Annotation

Биографический роман

Максим Давыдов является ярким примером современного человека, сохранившего в себе понятия совести, чести и справедливости.

Его уникальная биография будет полезна как молодежи, ищущей свой жизненный путь, так и зрелым личностям, желающим эффективно развиваться.

Владимир Осипов, писатель

Максим – человек слова, этичности, невероятного мужества, силы духа и тела. Он пример преданной дружбы, проверенной испытаниями. А эта книга – отличная возможность познакомиться с ним и перенять опыт простого парня, сделавшего грандиозный прорыв в жизни, вопреки сложному детству и противодействующим обстоятельствам. Он сделал себя сам, став успешным предпринимателем и отцом двоих детей.

Эдуард Севч, предприниматель

Youtube канал Осипова В. В.: www.youtube.com/@OsipovWriter

Э-почта Осипова В. В.: vl.osipovs@proton.me

- Владимир Осипов

- Часть первая. Молодость

- Глава первая.

- Глава вторая.

- Глава третья.

- Глава четвертая.

- Глава пятая.

- Часть вторая. Посадят или убьют

- Глава шестая.

- Глава седьмая.

- Глава восьмая.

- Глава девятая.

- Часть третья. Новая жизнь

- Глава десятая.

- Глава одиннадцатая.

- Глава двенадцатая.

Владимир Осипов

Максим Давыдов. По совести и чести

© Владимир Осипов, 2023

© Осипов Владимир Владимирович, текст

© Ольга Бутане, редактирование, корректура

© Виктория Орлова, обложка

© Виктор Каика, электронный формат

© Zelta Rudens, оформление

ISBN 978-9934-38-013-6

Zelta Rudens

Рига

Кто встречался со смертью,

тому знаком вкус жизни

Альбер Камю

Часть первая. Молодость

Глава первая.

Детство, или выживание

Очередной день близился к своему логическому завершению. И уже ни медперсонал, ни даже сама мать не верили, что чудо произойдет именно сегодня. Однако не успели часы пробить полночь, как раздался пронзительный крик новорождённого ребенка.

Для большинства людей это был обычный апрельский день тысяча девятьсот восемьдесят седьмого года, радующий разве что отсутствием осадков и приемлемо теплой температурой воздуха в границах десяти градусов. Однако двое людей, Анатолий и Елена, вот уже три дня находились в состоянии чрезмерного напряжения из-за затянувшегося ожидания.

Молодая мама была готова к появлению на свет своего второго ребенка, а вот он сам почему-то медлил. Две ночи в рижском роддоме, крики рождающих и уже родившихся людей начинали сводить ее с ума. Надо было срочно что-то предпринимать.

– Подруга, что это у тебя там за таблетки? – окликнула она прибывшую новенькую женщину.

– Вызывают роды, – безо всякого стеснения и подозрения ответила та. – Я не намерена тут торчать больше положенного. Дома другие дети ждут.

– А ну-ка, – долго не думая, попросила Елена, – поделись с ближним.

Таким образом, без ведома врачей, но, к общей радости, процесс был запущен, и Максиму не оставалось ничего иного, как отправиться в свой новый путь под названием жизнь.

Латвийская столица недолго воспитывала мальчишку. Хоть мать была востребованным высшего разряда поваром, да и еще подрабатывала бесстрашным высотником-маляром, ее тянуло в родные края. И вот в один прекрасный день приехавший по делам в Ригу председатель поселка с заманчивым названием «Заблудовка», а также знакомый Елены, предложил ей работу и квартиру неподалеку от ее родового поместья.

– Повара толковые нам нужны и в детском саду, и в местном кафе, – соблазнял он. – А жилье мы вам выделим, будь спокойна.

Так, обменяв возможности самого крупного города в стране на близкие маминому сердцу земли, вся семья перебралась почти на триста километров направо от столицы пальцем по карте, навстречу восходящему солнцу.

Отсюда и начались первые осознанные воспоминания Макса.

– Залез я, значит, в своей модной клетчатой рубахе за диван: шарик искал, – рассказывал он. – Достал, смотрю на него довольный и думаю, в свои-то три года, как это получается, что все вокруг о чем-то вспоминают, рассказывают о своем прошлом, а я вот ничего не помню, живу здесь и сейчас? Так и решил – с этого момента буду все помнить!

Мальчишка оказался не только с пытливым умом, светлой душой, но еще и с достойными личными качествами. Например, терпеть не мог несправедливость. И поначалу при виде таковой, очень расстраивался и даже плакал, но со временем и с закономерным увеличением физических сил, стал решать неприемлемые ему ситуации по-своему, то есть по чести и правде. Вот только до этой поры пришлось изрядно попотеть и пошевелить мозгами, чтобы выжить.

С мамой и папой

А задача эта была не из легких. В скором времени, после переезда в Краславский район, глава семьи покинул их дом. Матери стало известно, что Анатолий еще до их встречи побывал в исправительном учреждении, о чем утаил.

Зачем? Скорее всего, звучал естественный мужской вопрос в его голове. Разве от этого кому-то станет лучше?

Но у женщины было другое мнение на этот счет. Поэтому бесконечные ссоры, несмотря на любовь и привязанность к детям, в итоге вынудили отца уйти, оставив на память лишь свою фамилию – Селиверстов.

Да, у Максима уже была сестра, причем старшая. Три года разницы давали ей значительное преимущество, поэтому самый маленький человечек в семье, пусть и сильный духом, зачастую страдал от ее пылкого характера. Возможно, причиной было раздутое детское эго или ее огненный знак Зодиака, а может, наличие сразу двух имен так влияло на детскую, нежную психику. Отец настаивал назвать дочь Леной, в честь матери, а вот родительнице больше нравилось имя Алена. В итоге, если сейчас заглянуть в ее паспорт, то можно познакомиться с Еленой, а вот в жизни услышать, как ее окликают, используя второй вариант.

Прежде чем надолго исчезнуть из жизни бывшей жены и детей, Анатолий предпринял две опрометчивые попытки оставить себе дочь. И сделал это не официальным, законным путем, а посредством элементарных похищений. Выбирая подходящие моменты, он попросту забирал с собой маленькую и доверчивую Алену, прятал ее у знакомых, а сам готовил план совместного побега в Россию. К счастью, правоохранительные органы хорошо знали свое дело и в обоих случаях благополучно возвращали девочку к матери.

С мамой и сестрой Аленой

Можно ли в чем-то упрекать отца? Думаю, нет. Ну разве что в наличии огромной любви к родной дочери.

В итоге, отделавшись штрафом, батя уехал, и вестей о нем не было несколько лет.

Жизнь втроем, с двумя представительницами женского пола, была для Макса совсем не легкой, хотя и недолгой. В семье периодически появлялись отчимы, которые вроде бы с одной стороны облегчали жизнь, но вот с другой – делали ее непредсказуемой и опасной.

Мать была очень трудолюбива и заботилась о детях как могла, но с мужчинами ей не везло. Все они проявляли пристрастие к алкоголю, собирали друзей в доме и любили на пьяную голову подраться. Доставалось и Елене, а маленький Максим впитывал увиденное и постепенно заполнял свою чистую детскую душу горечью и страхом.

К сожалению, однажды ужас настолько сильно заполонил его сердце, что его мозг дал сбой. А причиной тому стала даже не бестолковая агрессия взрослых, а невинная детская глупость.

Квартира, в которой они проживали, находилась на первом из трех этажей здания. И пройти в нее было вроде бы легче легкого, но не для юного, податливого разума мальчишки. При входе в подъезд, сбоку, находилась всегда открытая дверь, а внутри – темнота. Самый чудовищный неприятель ребенка. Правда, Максим научился справляться с этим препятствием по-своему и, чтобы никоим образом не соприкасаться с этой черной бездной, вначале всегда затаивал дыхание, а после пулей проносился мимо. Какое же было потрясение, когда, совершая уже очередной свой привычный забег, из мрака внезапно выскочила фигура с умопомрачающим криком!

От такой неожиданности Макс остолбенел. А впоследствии стал заикаться.

Причем так, что понять его порой без основательного запаса терпения не удавалось. А Аленка-Ленка, которая, естественно, являлась причиной случившегося, как у детей обычно и бывает, не поняла значимости собственного деяния и вскоре обо всем позабыла. Благо конец у этой истории оказался вполне положительным, хоть и мистическим. Но об этом позже.

Можно ли отнести эту ситуацию к потенциально опасным для жизни? Думаю, да. Ведь даже маленькое детское сердечко могло остановиться.

Также оно имело все шансы на прекращение своей деятельности и при других, казалось бы, безобидных обстоятельствах.

В один из теплых деревенских дней Максим радостно плескался в одном из озер, каких в этих краях было огромное количество. На берегу расположилась его мама, мирно беседуя с подругой и чутко наблюдая за сыном. Четырехлетний карапуз, весело отталкиваясь ногами от дна, прыгал все дальше от берега, испытывая свою судьбу, но, конечно, ничего об этом не зная. Удивление пришло внезапно, вместе с пониманием, что глубина вдруг превысила его рост, и теперь уже, чтобы заглотить драгоценный кислород, а не воду, нужно изрядно поработать мышцами.

– Тону! Мама! Спасай! – отчаянно стал кричать он, как только удавалось вынырнуть на поверхность.

Паника затуманила разум, испуг овладел его действиями, но, когда он обнаружил, к своему еще большему удивлению, что помощь не спешит и с большой вероятностью и вовсе не поспеет, включился самостоятельный режим выживания. Быстро сообразив, что нужно повторить действия, но в обратном направлении, он снова стал прыгать. Но теперь уже лицом к улыбающейся и машущей ему маме.

– Почему ты не помогла? – запинаясь, со слезами на глазах, но уже в объятьях матери спросил он.

– Ты же игрался, – услышал он в ответ. – Ну хватит уже баловаться, мой «ягодка», – так она ласково называла сыночка.

Похоже, что ему так и не поверили в тот раз.

Конечно, в итоге Елена бросилась бы в воду, вытащила бы пацана и, с большой вероятностью, его бы успели откачать. Но все же в этот раз смерть уже подобралась к малышу на расстояние вытянутой руки. А вот от следующей передряги, по-моему, его спасло именно чудо, или можем назвать это усердным трудом ангелов-хранителей.

Прежде чем Макс, теперь уже вместе с Аленой, оказались в шаге от гибели, должна была произойти целая цепочка обстоятельств. А сама история является блестящим примером того, как алкоголь губит жизни людей.

Началось все с находчивости отчима, которого после очередной посиделки с дружком за бутылочкой спиртного вдруг озарила гениальная идея:

– Пошли! Грабанем магазин! – бурлила в нем горячая кровь, разбавленная этанолом.

Затея была тут же одобрена, и мужчины под влиянием дьявольской силы взялись за дело, которое даже увенчалось временным успехом. Опьяненные теперь уже не только алкоголем, но и чувством собственного величия от превосходной операции, злоумышленники притащили все раздобытое добро на исходную точку, то есть в квартиру к Селиверстовым.

А уже утром следующего дня к ним в гости пожаловали представители исполнительной власти. Доказывать ничего не надо было: все улики расположились прямо под носом следователей. Сопротивление уже было бессмысленным, поэтому и не оказывалось. А самым сложным в этом нелепом деле оказался вопрос, – с кем оставить детей? Ведь мать, хоть и без наручников, тоже задержали для выяснения обстоятельств.

Выход, конечно же, был найден, и двое малышей направились коротать свое долгоиграющее детское время к матери отчима.

Это была незнакомая и прилично отдаленная от их места жительства деревня, в которой внимания им особо не уделялось. Да, было где спать и что положить в рот, но затянувшееся на несколько долгих дней ожидание пагубно отразилось на детской психике.

– Нас бросили! Мы остались одни! – в какой-то момент не выдержала Алена. – Я не намерена здесь жить! И выход один – убить себя! Ты со мной, братишка?

Откуда такие мысли у шести-семилетней девчонки, не спрашивайте. Сейчас мы можем только об этом догадываться. А вот что действительно важно, так это то, что, несмотря на авторитет старшей сестры, Максим сохранял пытливость ума, интерес к происходящему и даже в столь юном возрасте не позволял собой манипулировать.

– А как? – прежде всего спросил он.

– Да очень просто! – долго не думая, с задором ответила она, – жди здесь!

Почему именно такой способ, тоже не спрашивайте. Это останется для нас тай ной. Добавлю лишь, что такой вид самоубийства мне не был знаком ранее, и показался мне довольно оригинальным, учитывая возраст инициатора. И, конечно же, абсолютно неприемлемым, как вариант решения сложившейся, в целом-то безобидной, ситуации.

– Держи! – вернувшись из кухни, Алена протянула находившееся в руке холодное оружие. – Мы встанем в позицию для отжиманий, ножи поставим острием к животам и расслабим руки.

Звучало реально, однако, слава Богу, сомнения тоже присутствовали. Несмотря на это, дети дружно приняли упор лежа, а под собой разместили стальную смерть.

– На счет три, – скомандовала сестра, – отпускаем руки, ножи пронзят наши животы, и мы умрем. Готов?

– Ты уверена? – выражал колебания Максим. – Может, все же еще подождем?

– Конечно, я уверена, глупыш! Главное, – вместе! Тогда вместе попадем на небо. И вместе ничего не страшно!

– Ну, хорошо.

– Итак, один, два, три!

На несколько секунд мертвая тишина воцарилась в комнате, а затем раздался справедливый вопрос мальчишки:

– И чего ты не отпустила руки?

– А ты чего не отпустил? – парировала Алена.

– Ну так ты же не отпустила! – защищался младший брат.

– Ладно, давай еще раз, только теперь по-настоящему!

– Хорошо, считай!

– Раз, два, три…

Не знаю, чего стоило ангелам-хранителям именно такое стечение обстоятельств. Надеюсь лишь, что это не была какая-то злая шутка, а светлые силы воистину сделали все, что смогли.

На счет три во дворе вдруг послышался шум двигателя, а затем раздался визг тормозов. Макс вскочил на ноги и пулей помчался к окну. На улице стояла машина, а из нее вылезала долгожданная мама.

Таким образом наш герой вместе со своей сестрой пережили уникальный случай, в котором самый сильный человеческий страх – страх перед смертью – оказался другом и спас ему жизнь.

В итоге все кровные члены семьи благополучно вернулись домой. А в скором времени у Макса, возможно, на почве именно недавних стрессовых событий, разболелся зуб. Но не просто разболелся, а нахально и жестко давал о себе знать именно ночью, не давая спать не только своему хозяину, но и всем остальным.

Семья выдержала пару ночей, а затем мать потащила мальчишку к дантисту.

– А ну-ка, посмотрим, что у тебя там, – дружелюбно заявил зубной врач, держа в руке тарахтящий «отбойный молоток».

Во всяком случае, именно так представлялся обычному человеку современный лечащий инструмент в советское время. А что уж тут говорить о податливой психике ребенка!

Любезность доктора не произвела на Максима нужного влияния, и пациент настойчиво стал возражать против вмешательства в его частную ротовую полость. На помощь пришел ассистент, затем и сама мать, но трех фигур не хватило, чтобы справиться со страхом и ловкостью пацана.

Тогда в поддержку пригласили еще двух мужчин. Итого, пятеро держали руки, ноги и голову ребенка, но усилия их оказались тщетны.

– Я не живодер! – первым сдавшись, выкрикнул врач и швырнул в сторону устройство, так сильно напугавшее молодого клиента.

С такими словами и раскаленными нервами хозяин кабинета покинул помещение, громко хлопая за собой дверью.

А юный воин провел свое первое успешное сражение против нескольких противников одновременно, тем самым заявив миру о своих особых борцовских способностях.

По дороге домой мать, конечно, всячески бранила сына и предупреждала о последствиях, если он снова осмелится ночью пищать. Но в то же время, сама того не осознавая, она гордилась его настойчивостью и находчивостью, ведь далеко не каждый способен справиться с пятью превосходящими по возрасту и силе соперниками.

Кто бы что ни думал, а по факту вылазка к стоматологу увенчалась успехом. Впитав очередную порцию эмоций и получив позитивный заряд от удачно проведенной операции, зубную, назойливую боль как рукой сняло. А сам зуб, видимо, лихо перепугавшись, никогда больше не смел о себе напоминать.

Заблудовка, семейное празднование 1 сентября, когда Алена впервые пошла в школу

Жизнь вернулась в обыденное русло. Мать много трудилась, дети познавали мир через всевозможного рода игры. В их доступности еще не было ни интернета, ни мобильных телефонов, благодаря чему детская фантазия работала на высоких оборотах, позволяя ярко проживать каждый божий день.

Зубы больше не беспокоили, поэтому можно было смело приниматься за сладкое. Вот только дело это было непростое. Вначале нужно было внимательно наблюдать, а затем аккуратно и целенаправленно действовать. И как-то подловив момент, когда матери не было дома, находчивые малыши решили залезть в шкаф за конфетами, которые, наверное, большинство взрослых просто прячут повыше. Но для каких детей высота является препятствием? Это, скорее, вызов. И гладильная доска отлично подошла для достижения вкусной цели. Однако детишки не рассчитали свой вес, и приспособление, сначала успев выполнить возложенную на него важную функцию, не выдержало нагрузки. Все до единой конфеты были быстро поглощены прожорливыми детскими ротиками. Осталось лишь замести следы, и в ход была пущена вся доступная фантазия и подручные материалы, такие как пластилин, жвачки и даже гвозди. Уж больно не хотелось получить от матери ремнем. В итоге конструкция кое-как держалась и была возвращена на свое законное место. Тем не менее, когда настал час гладить белье, и Елена разложила доску, детские сердца застучали быстрее, а когда мама обременила прибор утюгом, произошла катастрофа. Материнское расследование закончилось, не успев толком начаться. Доказательств внешнего вмешательства оказалось в достатке. Таким образом авантюристы очутились в разных углах комнаты на продолжительный срок, получив достаточно времени, чтобы хорошенько обдумать, какие же инженерно-технические оплошности они могли допустить.

Драгоценный опыт был получен, и продолжилась ежедневная рутина. Дети как могли помогали любимой маме по хозяйству. Часто вздорили между собой, но также быстро мирились. А затем все начиналось сначала. Такая уж была их судьба, сотканная из множества различных испытаний, и в скором времени настала пора очередного.

В темное зимнее время суток в их квартире раздался телефонный звонок. Стандартный аппарат, с барабанным механизмом набора номера и большой пластмассовой трубкой, трезвонил своим привычным для всех тоном, не предвещая ничего сверхъестественного.

– Да, – обычным способом поприветствовала звонящего Елена.

– Сестренка, привет, – услышала она из трубки, – это я, Ваня.

– Здравствуй, братец!

– Тут, значит, дело такое, – прямо заявил слегка заплетающимся языком Иван, – я в Даугавпилсе, загулял со Светкой. Когда вернусь, не знаю. Отец один дома остался. Сама понимаешь, одному ему не справиться. Так что вся надежда только на тебя. В общем, я тебя в известность поставил, а дальше ты уже сама. Хочешь не хочешь, а он теперь – на твоей совести.

Из динамика послышались короткие гудки.

– Алло, – безнадежно промолвила женщина, – алло, – повторила механическим голосом и уселась на стоявший рядом диван.

Две пары слегка напуганных детских глаз, предчувствуя что-то неладное, уставились на мать, которая еще секунд десять сидела молча и неподвижно. А затем резко вскочила на ноги, вернула незамысловатое устройство с трансмиттером звуков и микрофоном на законное место и громко заявила:

– Собирайтесь! Идем спасать вашего деда!

Кто такой дед и что его недавно парализовало, дети прекрасно знали. А вот что собирать и как они будут к нему добираться морозной ночью, не имели ни малейшего представления.

Это и оказалось очередным, прежде всего, физическим испытанием для малышей.

Елена быстро собралась сама и накинула на детей шубы. Спасительный отряд был готов и, не теряя ни секунды, бравым шагом направился в нелегкий путь.

По прямой было километра четыре, но такой маршрут однозначно был бы обречен на провал. Поэтому, чтобы добраться до цели, пройти им предстояло все шесть. И все бы ничего, да вот совокупность сопутствующих условий критически усложняла, на первый взгляд, простую, задачу. Ладно мать да старшая сестра, живо хрустящие снегом впереди, а вот маленький мальчик, чей рост был сопоставим с близлежащими сугробами, вынужден был изрядно пыхтеть, чтобы не отставать.

Темнота, освещаемая лишь редкими звездами да то и дело прячущимся за облаками полумесяцем на небе, мучительно обжигающий нежную кожу на лице мороз, изнурительно тяжелая одежда и внезапно накатившая усталость после активного дня – висели в сознании ребенка мертвым грузом. По сути, для него спасательная операция превратилась в выживание, в котором, с одной стороны снежной преграды, замерзал его дедушка, а с другой, – он сам безысходно утрачивал свои силы еще столь маленького и хрупкого человека.

Были моменты, когда Максиму казалось, что это – конец. Он изможденно плюхался попой в снег и с мокрыми глазами следил за постепенно исчезающими, столь дорогими ему, фигурами. Однако слегка отдышавшись, он все же находил в себе скрытые резервы и рьяно догонял родных представительниц женского пола.

Каким бы бесконечным не представлялся этот ночной поход мальчишке, все же, как и все, у чего есть начало, он обрел свой горячо желанный конец.

– Леночка, Леночка! – обрадовался дед, когда в уже изрядно выстуженную хату ворвалась мать с двумя своими верными шерстяными комочками на маленьких ножках. – Я думал, что уже все.

Елена мигом растопила в печи и следом наготовила еды. Накормила отчаявшегося отца и уложила двух маленьких героев спать. Спецоперация увенчалась успехом, и ни одна из сторон особо не пострадала.

Этот нелегкий и грубо закаляющий опыт на долгие годы отпечатался в памяти Макса, у которого, как оказалось, начинался новый этап в жизни.

Глава вторая.

Юный защитник

Брат Елены, Иван, в итоге так и не вернулся в родной дом, выбрав для проживания более перспективный Даугавпилс, второй по величине город Латвии. Были, правда, еще трое других братьев, но и они уже давно выбрали для себя иные места обитания. Поэтому чувство долга перед родителем, в связке с отсутствием других вариантов, вынудило семью переехать.

Особого труда это не составило, так как, возвратившись на следующий день в квартиру за вещами, обнаружилось, что их обокрали. Как говорят, «беда одна не приходит», а, естественным образом, притягивает за собой последующее негативное событие. Но на четырехлетнем пацане это особо не отразилось. Какое там личное имущество в его возрасте?!

Оставшись с двумя маленькими детьми и лежачим отцом, матери предстояло срочно что-то предпринимать. Недавнего отчима, естественно, посадили, а без мужчины в деревне хозяйство вести крайне сложно. Вот и, разумеется, появился новый, впрочем, не менее предыдущего проблематичный «кормилец».

Справедливости ради следует отметить, что, помимо пристрастия к алкоголю и физическим расправам над слабейшими, от него все же был прок.

Так, например, несмотря на личный страх, он поспособствовал излечению Максима от продолжающегося несколько месяцев заикания. Неподалеку от его родной деревни жила наводящая на местных постояльцев ужас колдунья. Слухи о ней ходили в народе всевозможные, и соваться к ней без жесткой надобности никто не смел. Но с пацаном надо было что-то делать, и однажды, набравшись мужества, он решился.

– Вон видишь колодец, – рассказывал он Максу, когда они уже приближались к владениям ведуньи, – а рядом с ним – колокол? Говорят, к нему и близко не стоит подходить. Бабка дважды в сутки, утром и вечером, звонит в него, и ночью колодец кишит змеями, а днем после сигнала они исчезают, разрешая набирать воду. Вот так-то!

Преждевременное впечатление складывалось далеко не из приятных. Но, чтобы там ни говорили, хозяйка дома оказалась вполне себе милой женщиной в возрасте, которая за скромную плату согласилась помочь парнишке.

– Бабка посадила меня перед собой, – вспоминал Максим, – поставила между нами двухсотграммовый стакан со сметаной и стала что-то шептать над ним. Закончив свой заговор, обратилась ко мне: «Поставь у иконы и каждое утро съедай по чайной ложке».

Так он и сделал. Проснувшись на следующий день, взял маленькую ложку и сунул в рот сметану. Его лицо резко искривилось, так как вкус был далек от истинного, обычно присущего белой густой массе. Его языковые рецепторы легко распознали горечь и заставили мальчишку помучаться. Несмотря на это, ровно через двадцать четыре часа он повторил процедуру. Уж больно хотелось избавиться от недуга. Но тут ему на ум пришла гениальная идея модификации процесса и, чтобы более не возвращаться к столь неприятному действию, он тут же опустошил стакан.

Ни современная медицина, ни уж тем более обычный человек не в состоянии точно объяснить произошедшее. Максим, как по волшебству, стал тотчас балаболить без единой запинки. Единственной погрешностью, учитывая его нетерпеливость, оказался чрезмерно высокий темп его речи, ярко отличающийся от остальных людей. Но уж с рекламацией никто обратно к бабке идти не осмелился, а со временем и скорость подачи слов пришла в норму.

Кто-то назовет это сказкой, кто-то ложью, а еще кто-нибудь – эффектом плацебо, но я уверен в том, что ранее люди были ближе к природе и, соответственно, обладали знаниями и навыками, эффект от которых теперь нам может показаться чудом. А на самом деле, это элементарные познания мира сего, которых мы, к сожалению, пока лишены, в связи с захватом нашего драгоценного внимания системой.

Таким образом, единственная хворь, мешающая Максу жить, была изгнана. А вообще, ни он, ни Алена никогда не болели. Некогда было. Первостепенная задача стояла – выжить. Да и три основных параметра для крепкого тела соблюдались ими регулярно. Как говорят, «холод, голод и движение» – вот основные друзья железного здоровья.

Двигался наш герой очень много. Такая уж была и есть его суть. С самого раннего детства ему надо было быть везде и все знать. Так что сидеть на месте он не мог. Эта его особенность сказывалась, например, на чтении книг, которые требовали слишком много времени и концентрации внимания. Но зато Макс очень быстро усваивал любую информацию, поэтому, как покажет потом опыт в учебных заведениях, ни зубрить, ни делать домашние задания ему не представлялось нужным.

Холод и голод тоже были неотъемлемой частью первых лет его жизни. Присутствие дома отчима зачастую означало пьянство и рукоприкладство, поэтому даже в лютый зимний мороз, который мог достигать временами и тридцати градусов, дети спасались бегством из дома, а порой даже ночевали на сене, свернувшись вдвоем калачиком под шубой. Когда же матери все же удавалось выгнать представителя сильного пола, приходилось самой с удвоенной силой трудиться на всевозможных работах, чтобы хоть как-то прокормить семью. Советское время неожиданно закончилось, страна переживала кардинальные перемены, и найти стабильное место труда, особенно в деревенских условиях, было непросто. Поэтому Елена подрабатывала везде, где только представлялась возможность. Полола соседям огороды, доила коров, убиралась в поле, за что получала скромные вознаграждения, чаще всего в виде еды. А основной едой в то время была, конечно же, картошка, которой собирали вроде бы и много, но и ее надо было заслужить.

А еще спасала рыба, которой в окрестных водоемах водилось в достатке. Так что мама была еще и умелым рыбаком, иногда даже побеждала на местных рыболовных соревнованиях. Но это ремесло, поболее остальных, было связанно с определенной опасностью, особенно, в холодное время. Так, в одну из зим Елена отправилась за пропитанием на местное озеро, да вот только лед оказался слишком тонким, и мать двоих детей оказалась под водой, тем самым рискуя оставить их без единственной кормилицы. Благо неподалеку сидел с удочкой мужик, который не побоялся прийти на помощь, и, подоспев вовремя, подал пешню и вытащил быстро теряющую силы женщину.

В проруби также попадал и Макс с сестрой, правда, преднамеренно. Таким, на первый взгляд, суровым образом, мать закаляла малышей, тем самым укрепляя их иммунитет и психику. Зачастую холодные практики шли в паре с горячими, то есть вначале Елена максимально парила ребятишек в традиционной бане по-черному, а затем выбрасывала на снег и растирала. Жестко, но весело и эффективно.

Так что, если хотите, чтобы ваши детки росли здоровыми, берите этот надежный способ на вооружение.

Такими всевозможными доступными способами жизнь проверяла Максима на прочность и в итоге делала его сильнее. А может не жизнь? А какие-то особые силы создавали условия, в которых светлая душа испытывала максимальный дискомфорт на Земле? Кто знает…

Вот, например, вам когда-нибудь падала с неба на голову дверь? Мне нет. Да и о таких случаях я вовсе не слышал до знакомства с Максимом. Ему же «посчастливилось» испытать такой опыт на собственной шее, когда он однажды миролюбиво присел на лавочке возле дома, наслаждаясь купанием в солнечных лучах. День был приятным, радовал не только теплом, но и легким ветерком, который между делом пошатывал дверь на чердак прямо над мальчуганом. Тогда в деревнях вход в помещение под крышей создавали снаружи, а попадали в него по переносной лестнице. Правда, в данном случае, не уделяли ему должного внимания, и поэтому дверь висела всего лишь на одной петле, слегка поскрипывая под воздействием движения воздуха.

– Что-то не так, – подумал Максим, когда медитативный скрип прекратился.

Мальчишка поднял голову, чтобы понять причину, и в этот момент ему на голову рухнула здоровенная, деревянная плита. Крошечный лоб принял удар, а свалившийся сверху объект полностью накрыл ребенка.

– На помощь! Помогите! – раздался детский крик, чудом сохранивший возможность звучать в этом мире.

Спасатели в виде родителей прибыли довольно быстро, вот только не сразу сообразили откуда доносится сигнал СОС, так как дверь с лихвой превосходила своим размером и весом свою жертву, надежно удерживая ее в плену. В итоге, конечно, Макса спасли. Вытащили, обработали кровоточащую рану, подбодрили и отправили снова на встречу с приключениями.

Не поднял бы он тогда голову, не обратил бы свой взгляд наверх, страшно и подумать, что бы с ним было, так как удар бы пришелся затылку, у которого далеко не столь высока стрессоустойчивость.

А хотите верьте, хотите нет, однако помимо многочисленных физических стечений обстоятельств или же вмешательств, на маленького человечка оказывалось также психологическое потустороннее влияние. А происходило это в темное время суток, когда он мирно спал в своей кровати. Километров в двух от их поместья было расположено кладбище, с которого, как уверен сам Максим, прилетали к ним духи и норовили вытащить его из дома. Все это, конечно, происходило во сне, но, к сожалению, повторялось регулярно каждую ночь, изрядно пугая мальчишку. Он точно знал, что если им удастся вытянуть его, то ему – конец. А пытались они сделать это с помощью и окон, и дверей, и различных уловок, но Макс то и дело оказывался изворотливее и хитрее.

Что его ждало, получись у них задуманное, – неизвестно. Думаю, как минимум психологическая травма была бы обеспечена. Но, так как мир этот дуален и, если есть негативное, то и позитивное найдется. Соответственно, и в этом случае нашелся понимающий происходящее человек и народным, естественным, способом заговорил парнишку, придавая тем самым его снам спокойствия.

В то время и в тех местах такие ритуалы были нормой, хотя и нормой, не совсем понятной для обычных людей. Но главное, что они работали как надо. И вот, пользуясь невежеством людей, наряду с благими, практиковались также общепринятые церемонии с противоположным эффектом.

В частности, таким обрядом являлось и до сих пор является религиозное крещение младенца. Как бы так было принято и так делали все. Так зачем же староверам Давыдовым отличаться от них? Но Максим, тогда еще не умея ни говорить, ни ходить, интуитивно понимал, что дело тут нечистое, и когда местный поп намеревался его окунать в бочке с водой, яро сопротивлялся. Вариантов, правда, особо не было, но одним он незамедлительно воспользовался, крепко вцепившись в густую бороду представителя церкви. И как бы их ни пытались разъединить, ничего не получалось. Так что ответственному батюшке пришлось замочить свои волосы на лице и только через личную боль завершить ритуал.

Мало кто знает, что такие действия закрывают связь ребенка с миром предков, тем самым лишая его дополнительных сил. Некоторые люди возразят, аргументируя, что их чадо вело себя неспокойно и много плакало до момента крещения, и несомненно будут правы. Однако следует заметить, что именно потому, что связь обрезается, малыш и успокаивается, потому что перестает видеть то, что мы, грубо материальные взрослые, уже не видим.

Так что положительность такого обряда весьма и весьма сомнительна.

Возвращаясь к более приземленной жизни, нельзя не отметить еще одно великолепное качество, которое не раз помогало Максиму уцелеть в далеко не наилучших условиях. А именно, – находчивость. И помогала она ему не только самим фактом улучшения бытовых условий, но и возможностью хорошенько посмеяться над собой и развеселить окружающих.

Находчивость, вперемешку с отменным чувством юмора, непоколебимым стремлением к справедливости, щепоткой хитрости и решимостью действовать – является гремучей смесью, которая была присуща мальчугану.

А то, что это было именно так, подтверждала и сама его сестра, Елена, любезно поделившаяся своими воспоминаниями.

Две самые яркие ситуации, по ее словам, были связаны с пополнением пищевых запасов естественным путем.

Первой была рыбалка. Как-то раз мама сама смастерила им из орешника удочки, и они все втроем отправились на озеро. Погода стояла явно не рыбная, потому что у женщин улов представлялся совсем скудным, в отличие от самого маленького, но и самого шустрого рыбака. Он гордо преподнес им целый бидон добычи, за что и был щедро награжден вначале похвалой, а после и сытным обедом. И только через какое-то время выяснилось, что Максим каким-то образом договорился с завсегдатаем этих мест, Андреем, который удил неподалеку и охотно поделился с пацаном своим пойманным «добром».

Как говорится, «важен результат», а уж каким способом он достигнут, – дело второстепенное.

Второй случай произошел, когда они снова втроем отправились в лес по грибы. И тут женщинам не особо везло. Через два часа поисков у каждой на дне корзинки красовались лишь несколько находок. Зато Макс снова удивил. Когда дамы вернулись домой, увидели неожиданную картину. Малыш как ни в чем ни бывало смотрел мультфильмы, а на кухне выделялась целая корзина шикарных грибов. Ничего не подозревая, мальчишку расхвалили, а когда принялись чистить добытые трофеи, сразу стало все ясно. Тара была в большинстве своем заполнена мхом, и лишь сверху виднелись, как на подбор подготовленные боровики.

Интересно, каким бы на самом деле был его результат, если бы он весь свой творческий потенциал направил на поиски, без уделения внимания хитростям.

Вот так, без учебников и чьих-то подсказок, Максим в любой ситуации, независимо от уровня ее сложности, находил свое, специфическое решение. Также и произошло, когда его любимый дед обрезал ему и так крошечные детские деньги на карманные расходы. Реакция последовала незамедлительно, зажигая у него в голове изобретательскую лампочку.

– Знаешь, внучек, – сказал Иван, когда Макс подошел к нему с долгожданным вопросом в «казенный день», – пенсия бывшего моряка совсем невелика нынче, вследствие чего, вот тебе пятьдесят копеек, так как ты самый маленький. А Аленка, сестренка твоя, постарше будет, вот ей и поболе полагается.

Что ж, делать было нечего, пришлось взять хоть столько. Но вот осадок в душе остался. И вроде бы дед все верно говорил, но все же какая-то несправедливость прослеживалась. А она на Максима действовала, как красная тряпка на быка!

Долго не думая, самый младший Селиверстов залез в мамины туфли, чтобы повыше казаться, нацепил платье сестры, завязал на голове косынку и пошел на второй круг.

– Деда, это я, Аленка, – запищал он несвойственным себе голосом, – Максим сказал, что ты ему копеечку дал. Можно и мне?

Иван, хоть и прикован был к кровати, а на полученные деньги находил способ выпить, почуял неладное и для надежности спросил:

– Это точно ты?

– Да-да, деда, конечно, я, – продолжил ломать комедию внук.

– Ну хорошо, – быстро сдав свою позицию из сомнений, ответил глава семейства, – вот, держи!

Довольный своим успехом мальчишка придержал какое-то время выручку у себя, но после оздоровительной порции смеха при виде картины, как настоящая Алена обращается к дедушке, честно передал редкие денежные средства сестре.

Честность прежде всего!

Младшая, Лена, несмотря на благополучную концовку истории, конечно, была не особо довольна выходкой брата, что повлекло за собой целую цепочку обид, разногласий и драк. Но вообще, учитывая пылкий характер и огненные знаки Зодиака детей, стычки между ними были в порядке вещей.

Так, например, мама могла прибраться в хате и выйти ненадолго во двор, а вернувшись, застать дом в таком виде, как будто в нем только что побывало торнадо. За что, естественно, дети получали нагоняй и в последствии приобретали ценный навык собственноручной уборки.

Поэтому, чтобы увеличить свои шансы, смышленый мальчишка с опытом стал применять более изощренный подход к делу. Теперь, попадая под односторонний, но справедливый суд брата, Аленка могла, к примеру, неожиданно для себя обнаружить в своей тетрадке мучной блин или вдруг потерять один из резиновых сапог. А могла прочувствовать на собственной шкуре и более резкий способ возмездия, получая вдогонку за свои выходки яблоко или камень. А метал малец отменно, неосознанно, но целенаправленно используя свой мощный энергетический потенциал.

Тактика сестренки была проста и изящна. Чаще всего она неожиданно накидывалась на брата, колотила его своими тонкими ручонками, а затем шустро смывалась с места происшествия. И как-то раз, совершив свой привычный маневр и пользуясь преимуществом более длинных ног, она уверенно неслась вниз по горке, легко уходя от наказания. Бросаться в погоню смысла не было, оттого малыш просто швырнул подвернувшийся под руку булыжник, прекрасно понимая, что цели он не достигнет. Однако каким-то магическим образом метательный предмет, быстренько упав на землю, продолжил свое грозное преследование своей жертвы и, катясь, ударил ее и рассек пятку. Ни зачинщица драки, ни изначальный потерпевший не ожидали такого поворота событий, но тем не менее он случился. Она отделалась малой кровью, а он прибавил к своей уверенности еще несколько баллов. А в результате частота применения сестрой физической силы поубавилась.

Но однажды Алена «перегнула палку». Маленький Макс, проснувшись утром, радостно пошлепал босиком на улицу поприветствовать солнце. И каким же было его удивление, когда он обнаружил крышу дома украшенной в различного рода атрибуты детской одежды. Поначалу, это творческое произведение искусства даже показалось ему забавным, однако внимательно присмотревшись и признав в них свои собственные, его изначально легкая улыбка резко превратилась в дикий крик:

– Ленка!!!

Месть была незамедлительной и не менее коварной. В следующую минуту все вещи сестры, до каких смог добраться мальчуган оказались на дне колодца.

Таким образом, вследствие гениальной детской фантазии, и без того насыщенный трудовой график Елены-старшей пополнялся дополнительными задачами. Ладно крыша, по которой даже интересно вскарабкаться, а вот залезть под землю через узкий проход, а потом еще оттуда выбраться, – дело непростое. Пришлось договариваться с местными смельчаками, чтобы те почистили колодец и возобновили доступ к драгоценной воде.

Так что, если намерение у человека было недобросовестное, лучше Макса было не трогать. Он всегда отбивался изо всех сил, прежде всего, потому что был самым маленьким в семье и до последнего отстаивал свою честь. Но вот с чем всегда можно было к нему обратиться, так это с вопросом, где что лежит. Этой информацией он обладал превосходно. Две хозяйки частенько не могли что-то найти и тогда направлялись к молодому «провидцу».

– Нитки? Так вон они там, в верхней шуфлядке, – быстро показывал он пальцем.

И был прав.

Да, природа ко всему прочему наделила его отменной памятью, которой он умело пользовался и в быту, и в учебе, а потом – и в делах. Но до этого времени надо было еще дорасти, а это было непросто, учитывая непрекращающуюся потребность в выживании.

Самозащита с каждым днем ему давалась все лучше. Маленькие кулачки старшей сестры уже не кололи так больно, да и частота их уменьшалась ровно пропорционально растущей силе отдачи. Разум его становился холоднее и сообразительнее, особенно в трудные минуты. А ноги крепчали и уносили его от бед все быстрее и надежнее. Вот только когда он решился повысить ставки и встать на защиту матери, довольно уже внушительного набора сил растущего супергероя оказалось недостаточно.

Очередное пьяное застолье заканчивалось стандартной потасовкой. Физически, от еще одного кандидата в отчимы, конечно, страдала, прежде всего, мать. И в чем-то ее винить или взваливать все на невезение в выборе сильного плеча было бы в корне неправильным. Достаточно взглянуть правде в лицо, которая отчетливо твердит, что процентов девяносто, а то и более мужчин в окрестностях, в меньшей или большей мере, употребляли спиртное, что, естественным образом, влияло на их личные характеристики. Просто-напросто выбирать было не из кого. Долгосрочный план истребления населения посредством дурманящих жидких и дымовых средств приносил ожидаемый эффект. А Максим стал одним из немногих, не согласных с таким порядком вещей, особенно, когда это касалось его семьи.

– Отстань от нее! – крикнул маленький храбрец, в добавок подтверждая серьезность своих намерений толчком.

Несмотря на относительно худые руки, этого оказалось вполне достаточно, чтобы пьяный мужик, потеряв равновесие, в итоге с грохотом рухнул на пол. Возможно, на мгновение малыш себя почувствовал победителем, но, когда глаза взбешенного зверя, отравленного дьявольским напитком, обратили на него свой взор, он тут же осознал, что дело плохо. А когда чудовище поднялось на ноги и схватило первое, что попалось под руку, а этим, к сожалению, оказался стальной нож, что-то придумывать было уже поздно. Оставалось лишь одно – бежать! Бежать что есть сил!

Так Макс и сделал. Мигом выскочил из дома и помчался по дороге в надежде, что погоня не продлится долго. Однако самолюбие агрессора было задето не на шутку, и, вопреки затуманенному спиртным мозгу и ослабленному телу, он продолжал целенаправленное преследование юного наглеца. Спаситель родной матери двигал всеми своими конечностями так быстро и так долго, как только мог. Надежда была на лес, в котором он мог бы запросто спрятаться, но увы, он находился слишком далеко. И когда его силы были уже на исходе, а враг совсем близко, ничего более не оставалось, как только нырнуть в траву и, смотря в глаза смерти, дожить свои последние секунды.

Лежа на спине он отчаянно выставил руки и начал что-то живо бормотать, когда над ним зависла роковая угроза. Сталь блестела на солнце в метре от его лица и не решалась закончить начатое. Олег, а так звали неистового отчима, как заколдованный, застыл, смотря сквозь свою жертву. А затем, как будто наотрез забыв, зачем он здесь, спокойно развернулся и потащился обратно.

Макс был снова спасен, на этот раз от реального зомби, невесть от чего вдруг утратившего видимость и вкус к своей цели.

В кульминационный момент у нападающего проявились остатки здравого разума? Он вспомнил, что лежачих не бьют? Или опять напряглись приглядывающие за Максимом светлые силы? А может, у самого потерпевшего в критическую минуту открылись уникальные способности колдовства? Кто знает… Главное, что судьба человека не прервалась, а получила еще один шанс на продолжение.

Как бы трудно ни было, случалось, что опыт добывался куда более мирными путями. Некоторые из мужчин, которые должны были становиться примером мальчику, обливали его холодной водой и учили физическим упражнениям, таким как бег вокруг дома, отжимания и даже шпагат. А уж совсем уникальными считались духовные практики. Таким, в частности, явилось умение ментально передвигать стены, которому настойчиво обучал его один довольно уважаемый в тех краях господин. Правда, преподавал он лишь теорию, а в практике силен не был. Возможно, именно поэтому и у его доверчивого ученика в итоге ничего не вышло, как бы усердно он ни старался.

Другой же, тоже Олег, преследуя, впрочем, свои цели, поспособствовал в наработке штурманских навыков Максима. Он брал пятилетнего мальчугана на озеро, где ему предстояло самостоятельно управлять массивной, деревянной лодкой, пока капитан ставил или же вытаскивал сетки. После нескольких таких заплывов, смышленый мальчишка, несмотря на несоответствие его физических сил величине и тяжести управляемого объекта, справлялся ловчее самого учителя. Причем делал это при любых погодных условиях.

Но что же делать, если плавающее средство не соответствует элементарным требованиям техники безопасности, а желание вытащить рыбку зашкаливает? Действовать вопреки здравому рассудку? Так, к сожалению, однажды и получилось, вновь тестируя на прочность Макса и проверяя совестливость Олега.

Была ранняя весна, лед только-только растаял, а местами даже еще держался небольшими островками. То ли голод, то ли охота продать или обменять улов на более ценные товары сподвигли взрослого мужчину выйти в плавание. И, конечно же, он взял с собой своего верного помощника, без которого реализация замысла была бы крайне трудна.

Чья это была лодка и откуда взялась, история умалчивает. Зато точно известно, что не успели рыбаки порядком удалиться от берега, как стало понятно, что в посудине течь, причем внушительных размеров. Но бравого капитана эта, на первый взгляд, мелочь не остановила, и у не менее отважного гребца добавилась еще одна обязанность. Вскоре, заметив, что борта изнутри все выше заполняются ледяной водой, главный зачинщик уже не столь заманчивой операции, тоже присоединился к процессу вычерпывания воды, по возможности продолжая закидывать в озеро сеть. Однако, как бы они ни махали ведрами, воды становилось все больше. И не удивительно, ведь за зиму, без надлежащего хранения и ухода, лодка потеряла свои основные свойства, а попав в агрессивную водную среду и вовсе отказалась служить наивным пользователям.

Когда ситуация полностью вышла из-под контроля, Олег, долго не думая и ничего не говоря, прыгнул в воду и как ни в чем не бывало поплыл к берегу. Максим снова оказался в безнадежном положении и мог рассчитывать только лишь на себя. Молниеносно взвесив все доступные варианты, коих было не так-то уж и много, он отчаянно последовал примеру капитана, так подло оставившего не только судно, но и весь, пусть и немногочисленный, экипаж.

Плавать к этому времени Макс уже умел превосходно. Грустный опыт чуть более двухлетней давности достаточно замотивировал мальчишку вначале самостоятельно обучиться, а потом и усовершенствовать навык перемещения в воде во время частых вылазок на близлежащие озера в теплое время года. Но одно дело плескаться летом в одних плавках в теплом водоеме, а совсем другое – плыть в тяжелой шубе через тянущую ко дну ледяную смесь водорода и кислорода. Правда во втором случае присутствовал еще один, по серьезнее всех остальных, аргумент.

Стимул. Стимул – выжить любой ценой!

Не знаю как, но ему это удалось. Изможденный, без чьей-либо помощи, он все же добрался до суши. А безответственный или же, может, слишком самолюбивый Олег лишь скомандовал:

– Снимай шубу и побежали домой греться!

И с этой, уже менее сложной задачей, они лихо справились. А добравшись до хаты, естественно, получили нагоняй от испуганной увиденным женщины. На что реакция главного виновника произошедшего была абсолютно безразличной.

А через несколько лет карма все же настигла этого человека, и он не вернулся с рыбалки, на которую отправился один в пьяном виде.

Жизнь воспитывала Максима естественным образом, жестко готовя к взрослому будущему. Никакой детский сад не способен был бы дать ему то, что передавала ему сама природа. Тут был перечень всех известных и неизвестных человечеству видов спорта. От самых распространенных, бега и плавания, через заплывы с дополнительным весом и спринт от реального противника, до преодоления полосы препятствий с элементами неожиданности.

Так, однажды летом, подрастающий богатырь направился босиком в лес позавтракать земляникой. Да настолько увлекся сладким и питательным процессом, что напрочь позабыл о времени и забрел так далеко, что стали слышны звуки проезжающих по главной дороге машин. Тут-то он и осознал, что пора бы возвращаться домой, где мать уже, по-видимому, приготовила обед. Он смело зашагал в обратном направлении. И каким же было его потрясение, когда на тропе, которая еще совсем недавно казалась полностью безопасной для его босых детских ножек, откуда ни возьмись появилась смертоносная преграда. Внезапно больше уже весь лес не представлялся таким уж дружелюбным и приятным, а желание вернуться к матери возросло в разы. Лишь одна небольшая, но скользкая гадость смогла испортить красочную картину текущего момента в сознании ребенка. Максим, в своем привычном репертуаре, не стал искать обходных путей, а ринулся напролом! Ловко перепрыгнув змею, которая безобидно грелась на редком здесь островке из лучей солнца, он скорее помчался вперед. Но гад оказался не один. Спустя несколько метров, приподняв свою узкую голову, очередной приветствовал взволнованного бегуна. Останавливаться и думать было некогда, поэтому в ход пошел уже проверенный способ. Так, перескакивая поваленные деревья и страшных тварей, продираясь через ветки кустов и низких деревьев, переполненный страхом и любовью к жизни, Макс не останавливался, пока не вырвался из пленившей его лесной чащи и не очутился в чистом поле. А отсюда уже было рукой подать до надежного, проверенного дома.

Помимо самовыживания и спортивных занятий с трех до шести лет он был занят частым и усердным трудом. К нему приучила не только мать, но и сами условия обитания. Хотел зимовать в тепле – заготовь дрова, хотел есть – вырасти урожай да научись готовить, хотел молока – подои корову. Так оно и происходило, ведь мать физически не могла со всем справиться. Брат и сестра самостоятельно опустошали вымя буренки, пололи грядки и ухаживали за домашними питомцами, коих было серьезное количество. И куры, и свиньи, и коровы, и собаки, и кошки нуждались в поддержке людей. Само собой, поддержка эта была обоюдной, и кормежка имела двухсторонний характер. Животные бы не выжили без человека зимой, а человек был бы ограничен в своих возможностях без них.

Особенно Максиму нравилось рубить дрова. Насмотревшись, как это делают взрослые, в один прекрасный день он решил, что и ему пора держать топор в одной руке, а другой придерживать полено. И вроде бы это даже приносило желаемый эффект, да вот при очередном замахе, в самый ответственный момент, его внимание вдруг отвлекла птичка.

– Она так красиво запела, – признался Макс, – что я позабыл обо всем на свете!

Благо каким-то интуитивным и автономным способом, он убрал-таки большой палец, и острие впилось в дерево, отняв лишь крошечную часть левой ладони. А как напоминание о неуместности романтизма при работе с холодным оружием, дровосеку остался шрам на всю жизнь.

После усердного труда, особенно на свежем воздухе, всегда просыпается зверский аппетит. Этот вопрос обычно решался женщинами, но однажды Максим остался с ним один на один. И, оперативно покопавшись в памяти, решил самостоятельно сварить суп. Он точно знал, чтобы растопить печку, для начала необходима бумага. Тут его взор пал на домашнюю библиотеку, какие традиционным образом успешно пылились в любом советском жилище.

– Подойдет, – подумал он и, не скупясь, заполнил топку до отвала.

Естественно, такой варварский подход увенчался провалом. Толстые книги в связке с отсутствием необходимого количества кислорода, не подарили молодому повару огня. Книжная коллекция пострадала, так же как и попа от кожаного ремня. Зато через лет так двадцать пять, многочисленные писательские произведения в бумажных, электронных и аудио версиях стали близкими друзьями Максима, обогащая его разум и принося успех.

А на нелегком пути к осознанной жизни, прежде всего учитывая обстоятельства, несущие наглядный пример поведения современного человека, герой этого романа просто обязан был рано или поздно лично столкнуться с пьянящими голову и отравляющими организм средствами. Возможно, лучше рано, чтобы потом, соответственно, быстрее от них отказаться напрочь.

И вот еще в дошкольном возрасте был получен первый опыт с алкоголем. Слишком рано? Возможно. А возможно и нет. Ведь главную роль в воспитании личности играет опыт, полученный в течение первых пяти лет жизни. И как себя ведет человек в различных ситуациях, часто напрямую связано именно с этим, ранним периодом развития.

Поэтому, что воистину имело значение, это вывод, который сделал маленький человек после «снятия пробы».

А дело было так. Мама занималась текущими домашними делами, напевала песни, готовила еду, прибиралась и раз за разом доставала бутылочку с неизвестной красной жидкостью, и, налив чуть-чуть в рюмку, выпивала. Конечно, всем интересующийся и внимательный Максим, обратил на это явление свое внимание. И, долго не думая, как только мама вышла на улицу за водой, решил лично на практике проверить, что же это за волшебный напиток. Ловко добравшись до тайника, он дотянулся до емкости с ликером. Вещь оказалась горькой и сладкой одновременно, что вызвало недоумение в голове и недовольную гримасу на лице мальчишки. Следы вмешательства во взрослую жизнь тут же были устранены предусмотрительным дегустатором, чтобы родительница ни о чем не догадалась. Прошло немного времени и, когда Елена вернулась, а затем вновь пересекла порог дома, теперь уже направившись в огород, пытливый сынок отважился повторить маневр, чтобы убедиться в правильности понимания полученного вкуса. Процесс произошел снова, рецепторы языка выдали такой же, уже известный, отчет, а следом – зашумело в голове.

– Странно, – проскочила мысль в голове Макса.

А при очередной подходящей возможности ребенок еще разок прошелся по уже отработанной схеме. Все же никак не мог понять, что же такое мать нашла в этом напитке и зачем его употребляет.

Третья рюмка, пусть и заполненная всего несколькими каплями, оказалась критической. Малыш успел лишь выйти на шатких ногах на крыльцо и повернуть голову в сторону, прежде чем из его горла фонтаном выстрелило содержимое желудка.

Молодой, чистый организм оперативно справился с инородным, пагубным веществом самым надежным и быстрым способом. Мама так ни о чем и не узнала. А у Максима зародилось неосознанное отвращение к алкоголю.

Само собой, на этом не закончились приключения с дьявольской выпивкой. Уж больно много неблагоприятных примеров встречалось на пути.

Но не только спиртным травили и травят население. Курение – еще одно гениальное изобретение для облапошивания и ослабления людей. Почти каждый в своей жизни в той или иной мере сталкивался с этой дымовой дрянью. Следовательно, и Максу досталось.

А впервые это произошло в его лет пять, когда в гости к соседской бабушке приехал внучок, на несколько лет старше местного искателя приключений. И в этом случае сработала самая эффективная образовательная программа – по примеру. А особенно она хороша, когда этот пример исходит от более старшей, а значит, и авторитетной особы.

Мальчишки отправились в лес, где новый знакомый обещал что-то тайком показать. И, удалившись от дома на безопасное расстояние, в руке у интригана появились сигареты. Конечно, Максим ранее уже наблюдал, как с этими загадочными, белыми цилиндриками обходились другие люди, но то были взрослые, а он и его напарник все же еще были детьми. Понимание этого ничуть не напугало и уж тем более не остановило Макса. Он любил все тестировать на собственной шкуре. Поэтому, получив короткую инструкцию о том, что нужно делать, он отважно принялся вдыхать, а после кашлять и выпускать дым с воздухом обратно.

Так же, как и в случае с алкоголем, ни удовольствие, ни понимание «зачем это делать» получены не были, а вот драгоценный опыт и личные, пусть и наивные, выводы были. И, кстати, они очень быстро подверглись укреплению в сознании и памяти юного экспериментатора.

Возвращаясь домой с легким чувством головокружения, произошла одна из редких и нелепых случайностей, которая на долгой дистанции принесла благо.

– О! «Ягодка», а ты что здесь делаешь? – потревожил лесной покой материнский голос. – Иди-ка к нам. Поможешь чернику собирать.

Макс, как ни в чем не бывало и без какой-либо задней мысли бодро пошагал к родным, а когда приблизился к Алене, чтобы взять свободное ведро, та, нахмурив брови, тут же предательски заявила:

– Мам! От него как-то странно пахнет!

Елена старшая, получив тревожный сигнал, разумеется, подозвала сына к себе поближе. А малыш, не имевший до этого дня опыта в курительных секретных операциях, простодушно выполнил приказ свыше.

– А ну-ка, дыхни! – потребовала мама, когда он оказался рядом, беззаботно выделяя запах табака, впитавшийся в его одежду и волосы.

И даже теперь в непосредственной близости угрозы Максим, ничего не подозревая, честно открыл рот и дунул. А затем кубарем покатился по лесной поляне от крепкого, но любящего удара ладонью по лицу. Когда инерционная сила прекратила свое воздействие на его детское тело, он в недоумении уселся и мокрыми глазами вопросительно взглянул на мать, которая яро заявила:

– Пока я жива, даже думать не думай о курении!

Так, не ощутив наслаждения от запретного дела, а в добавок получив доходчивый нагоняй, отношения Макса с сигаретами закончились, не успев толком начаться. Позже, изредка они возобновлялись, но лишь на краткосрочные промежутки и только совместно с алкоголем.

Таким образом лес, с одной стороны, кормил и малыша и всю его семью, так как натуральные и полезные плоды употреблялись в виде пищи или же обменивались на деньги, а вот с другой – частенько ставил его в затруднительные и даже опасные для жизни ситуации.

В частности, брат с сестрой не раз находились на волоске от гибели, просто проходя мимо дома зверей. А случалось это после долгих посиделок возле озера, где они проводили много времени, купаясь и запекая картошку на костре. Бывало, задержатся допоздна, а по дороге домой тряслись от страха и надеялись на удачу, когда чувствовали на себе взгляды диких хищников, выглядывающих из-за деревьев. Да, в этих районах обитали волки, и особенно ночью, когда подыскивали себе легкую добычу. А маленьких безобидных детей, уверенно можно было назвать таковой. Конечно, к людям эти животные уже давно предпочитали не соваться, все чаще получая болезненный и даже смертельный опыт. Охотники не щадили их, искусно уменьшая численность особей в стаях пронзительными выстрелами и острой болью, что, несомненно, записывалось в их инстинктах. Однако детеныши двуногих не представляли серьезной опасности и могли сойти за идеальные жертвы для мести. И все же, сколько бы раз красные пары точек в темноте не выслеживали их, к счастью, кровавое возмездие никогда не свершилось.

Возможно, по причине уже устоявшегося страха перед народом с вилами и ружьями, а возможно, потому что звери порой куда более человечны, чем сами люди.

Итак всяческими способами испытывая свою судьбу снова и снова, без надежного мужского плеча рядом, в условиях неуверенности в завтрашнем дне, порой в голоде и холоде, но с чистой душой и сильным духом, Максим смог выжить, закалиться и подготовиться к следующему, не менее опасному, этапу своей запутанной жизни, а именно – к обязательной, государственной программе образования.

Но прежде чем он пошел в школу, будучи в тесных отношениях с природой и истинным я, мальчишка уже по-особому ощущал этот мир и уже тогда задавал себе вполне целесообразные вопросы:

– Кто я? И для чего я здесь? – приходило ему в голову в спокойные и благостные моменты. – Ведь эта жизнь такая интересная, и я не просто так здесь родился! И это место – ведь всего лишь крошечная часть огромного, разнообразного мира! Надо лишь понять его и мою суть!

А когда он становился свидетелем несправедливостей, с которыми не мог ничего поделать, или просто с чем-то не справлялся, то настойчиво повторял себе:

– Я способен на большее! И я обязательно к этому приду, обязательно достигну. Мой потенциал безграничен! Вот только в каком направлении мне идти? Кто бы подсказал?

Отличные вопросы, учитывая юный возраст. Кто-то скажет «стандартные, как у каждого ребенка», а я соглашусь, но добавлю, что вот только далеко не каждый ребенок отправляется на поиски ответов и уж тем более не каждый их находит.

А Макс помнил эти вопросы долгие годы и остался верен своим убеждениям, несмотря на все тяготы, ожидающие его впереди.

Глава третья.

Начало учебы

Перед тем, как Максим отправился в первый класс, семья снова переехала. Деда Ивана забрал к себе в Краславу сын Павлик, а Елена с детьми перебралась в Аглону к другому кавалеру, личные характеристики которого, как показала в итоге практика, не уступали предыдущим.

Казалось бы, трудолюбивая, заботливая и любящая мать должна получить от вселенной награду в виде порядочного жениха, но нет, судьба долгое время была к ней неблагосклонна в этом щепетильном вопросе. Возможно, причина была в родовой карме или в какой-то неосознанной установке в голове, а может, просто в статистике, которая твердо указывала на наличие скудного процента достойных мужчин среди местного населения.

Матери с малышами снова доставалось. У женщины накапливались синяки, а у детей – психологические травмы. И пускай первые, физические быстро исчезали с тела, то вот другие прятались куда-то в глубину души и там же, со временем позабытые, хранились, непроизвольно влияя на решения и настроение их владельца.

Доходило до того, что приходилось, порой, сломя голову, спасаться бегством. Так, однажды закрывшись втроем в уборной на втором этаже дома, пострадавшим от чрезмерной агрессии хозяина ничего иного не оставалось, как удрать через окно. Веревка была, а вот ресурса у скромной двери, стоявшей между ними и буйным проявлением алкогольного опьянения, оставалось все меньше. Поэтому действовать следовало крайне быстро. Соответственно, проводить инструктаж по технике безопасности мать не стала. Алена, будучи все же постарше, благополучно достигла земли, а Максим, крепко вцепившись в спасательный канат руками, очень быстро сжег себе нежную кожу на ладошках.

Да, верхние конечности еще долгое время не были в состоянии толком выполнять свою функцию, но главное, конечно, что все родные члены семьи были освобождены и смогли спокойно переждать, пока этанол вышел из крови текущего отчима Павлика.

Пока было лето, погодные условия позволяли с легкостью и удовольствием проводить время вне напряженной домашней обстановки, а когда наступил сентябрь, Макс отправился навстречу новым знакомствам не только с людьми, но и со знаниями.

Школа находилась на приличном расстоянии от их места жительства. Двенадцать километров в одну сторону, это все же серьезный вызов для шестилетнего мальчишки, пусть и такого гиперактивного как «Ягодка». А уж тем более, если он повторяется дважды в день пять раз в неделю. Машины, естественно, у них не было, автобусы курсировали, но значительно реже, чем требовалось, зато у первоклассника был отличный велосипед «Орленок», какие были популярны в то время. Ну как популярны, – просто особо-то выбора не было, либо этот, либо белорусский «Аист», со значительно меньшим диаметром колес. Поэтому, если выбирать между двумя доступными вариантами транспортировки в учебное заведение и обратно, а именно между трамваем номер одиннадцать, то есть на своих двоих, и двухколесным железным конем, то однозначно предпочтение было отдано второму.

Тем не менее если пешком дорога в одном направлении должна была занимать у новоиспеченного школьника около трех часов, а крутя педали, – в раза четыре меньше. По факту гонщик порой умудрялся добраться до Гравер, где на улице Ezeru, то есть в переводе с латышского Озерная, тридцать три, находилась заветная школа, лишь к полудню. Просто по дороге встречалось слишком много развлечений, страстно привлекающих детский интерес.

Какие развлечения могут быть в деревенской глуши, спросите вы? Самые что ни есть натуральные. Леса, с их вкусными угощениями и забавными зверьками, озера, с еще теплой водой, ручьи, с их обилием насекомых и земноводных и многое, многое другое. А что может сравниться с непосредственным изучением воочию настоящего мира? Неужели утомляющие уроки за партой? Да даже при наличии самого душевного и увлекательного учителя, ничто и никто не обучит ребенка лучше, чем сама матушка-природа.

Таким образом, нередко прибывая на учебу только к обеду и поучаствовав всего на пару предметах, Максим к вечеру возвращался домой, прежде всего, развивая мышцы ног. Так что посещаемость оставляла желать лучшего, а уж тем более с учетом того, что в некоторые дни он и вовсе не появлялся в школе.

Бывали и уважительные причины. Как например, огромный КамАЗ, дезориентировавший простодушного мальчугана, колесившего по краю дороги. Пока Макс оборачивался, чтобы взглянуть на настигающую его грохочущую махину, руль бесконтрольно завилял и потянул его вправо. А когда велосипедист вернул голову в стандартное положение, было уже поздно. Так он и полетел кувырком в кювет, где его изящно остановила насыпь из земли со вкопанным в нее столбом. Правда, ничего особо страшного не произошло, отделался всего лишь несколькими ушибами да царапинами, но вот буковок «н» в классном журнале напротив его имени добавилось.

Надо было срочно что-то делать!

И мальчишку пристроили на некоторое время к маминой подруге в Граверах, чтобы значительно сократить расстояние между двумя стратегическими точками и увеличить шансы на получение образования.

Школа, в которой Максиму выпала честь познакомиться с латвийской системой обучения, была построена еще в далеком тысяча восемьсот восемьдесят седьмом году как церковная. И лишь незадолго до появления в ней нашего героя, а именно в тысяча девятьсот девяноста первом году, стала предоставлять полноценную девятилетнюю учебу. А когда юный ученик перебрался во второй класс, рядом с ней и вовсе появилось общежитие, предусмотренное для тех ребят, кому было далеко добираться. И Макс, конечно же, попал в список проживавших в нем, ведь по факту его истинная семья обитала на расстоянии многих километров, а у приятельницы Елены вечно оставаться было нельзя.

Так начался новый, уже немного самостоятельный, этап в жизни еще ребенка. Почему немного? А потому, что два основных параметра, необходимых для выживания, закрывались внешними силами и лишь с небольшой поддержкой мальчугана. Тут были обеспечены и крыша над головой и пропитание, а остальное все – второстепенно. За общежитие платить не надо было, его предоставляло государство, а вот с едой было все немного сложнее. Чтобы полноценно питаться, а кормили тут аж четыре раза за день, следовало каждый месяц совершать взносы в размере детских денег, которыми страна снабжала всех родителей. И вроде бы все красиво, система продумана и должна работать, да вот только не всегда финансы попадают к тому, кому они полагаются.

И вот в один очередной месяц платеж не поступил, оставив Макса и Алену, которая, учитывая новые условия, перебралась в Граверскую школу, без привычной кормежки. Но и для таких ситуаций у системы нашлось решение. При учебном заведении был оборудован огород, на котором ученики не только получали практические знания о земледелии и овощах, но и сами выращивали себе пищу. Соответственно, целых тридцать дней двое ограбленных детишек сидели на отдельных от всех местах в столовой и питались лишь общедоступными картошкой, морковкой, да капустой.

Похоже, что с психологией, а особенно детской, воспитатели знакомы не были, потому что в противном случае не стали бы подвергать и так пострадавших, еще и насмешкам товарищей, которых, к слову, ни в чем винить нельзя. Ладно пищевые ограничения, которые тоже могли бы быть с легкостью устранены, выступи хоть один из взрослых с инициативой поделиться, но вот зачем было наглядно подчеркивать их несправедливое отличие от всех остальных? Ведь именно такие наказания или исключения зарождают в человеке ущербность, которую потом приходится лечить чистым принятием и любовью.

Целый месяц Максим доблестно справлялся, получая по несколько доз издевательских шуток и презренных взглядов за день, а сам думал о другом:

– Неужели опять этот негодяй отнял у матери деньги, чтобы потратить на выпивку? Вполне возможно. И мы теперь тут должны обходиться картошкой в мундирах? Ну ничего, очень скоро я вырасту и вот тогда поговорим.

Несмотря на далекое от братского отношение к нему с сестрой в это нелегкое время, Макс остался верен своим принципам. Он охотно помогал всем нуждающимся, участвовал во всех доступных событиях и всегда прямо говорил то, что думал.

Если была возможность дать списать контрольную, давал, если кого-то обижали, вступался, если учитель был неправ, умело пользуясь своим авторитетом, заявлял ему об этом прямо в глаза. За это его все уважали и любили, а некоторые преподаватели частенько выгоняли из класса, чему он, в принципе, был только рад.

Любимыми предметами были математика с геометрией, с которыми он не только помогал старшей сестре, но и по которым даже ездил на олимпиады и с легкостью завоевывал почетные места. А вот литература изнуряла во время долгих и скучных сорока пяти минут. В таких случаях он занимал тактические места на задних партах и, прикрывшись книгой, тихонько пел песни одноклассницам, пока все остальные занимались чтением какого-нибудь «великого произведения». А когда приходила пора писать сочинение на основе прочитанного, не всегда получая подсказки от юных коллег, Максим находил выход в своем воображении и воистину сочинял.

Так, например, произошло с рассказом Льва Толстого «После бала», который обрел не только совершенно иные очертания, но и саму суть, которая теперь вещала об изрядно напившемся сударе и всевозможных из этого вытекающих, какие только пришли в голову молодому таланту, основываясь на полученном богатом опыте из личных наблюдений за местными мужиками.

Учительница, кстати, оценила писательскую креативность ребенка и не раз, улыбаясь, просила оставить ей шедевр на память. На что Максим, видя внизу листа двойку, отвечал:

– Конечно, берите. Вот только оценку попрошу повыше.

Педагог, как бы того ни хотела, не могла пойти на такую сделку, отлично понимая, что, во-первых, это неэтично, а во-вторых, такое соглашение могло бы повлечь за собой волну искушенных последователей. Поэтому, исключительные произведения и так попадали ей в руки, а Максу доставалась ее симпатия, которая в итоге все же отражалась на его баллах в других, более удобных случаях.

В другой раз он даже заставил недобросовестную преподавательницу, теперь уже латышской литературы, побегать за ним. Загнала она, правда, сама себя в такое положение, а проблемный ученик лишь был собой. Намечался диктант да вот только, вместо того чтобы зачитывать текст, Марья Ивановна, так ее аккуратно назовем, записывала его мелом на доске. Ученики наблюдали, время урока заканчивалось так же, как и свободное место на настенной зеленой плите.

– Вы нам, может, весь диктант так напишете? – не выдержал в итоге гиперактивный Максим.

– Селиверстов! – обрушилось на него в паре с озлобленным взглядом обернувшегося педагога. – Я бы на твоем месте лучше помолчала.

– Да, но вы не на моем месте, – тут же смело парировал ученик.

– Хорошо, – заиграли нервы у взрослого, – я вот на своем месте скажу, чтобы ты вышел из класса!

– Да? Ну а я вот на своем месте останусь! – пал издевательский ответ.

– Что?! А ну вон из класса!!! – сотрясла стены ожидаемая реакция.

Ничего другого не оставалось, как только послушно ретироваться, что, на самом то деле, являлось очень даже желанным результатом для бунтаря. Таким образом, с удовольствием погоняв мяч в спортивном зале с другими ребятами и хорошенько набегавшись, уже после уроков он наткнулся на Марью Ивановну в школьном коридоре.

– Максим, иди сюда, – ее голос звучал куда вежливее прежнего, – напиши диктант.

– Так вы же меня сами выгнали?! – удивился, внушительно пропотевший мальчишка. – И хорошо, не буду писать!

– Иди, пиши!

– Не буду писать!

– Вот тебе тетрадка с уже написанным. Садись и перепиши.

– Не хочу! Вначале выгоняете, а потом просите после занятий оставаться! Так не пойдет!

В итоге учительнице все же удалось уговорить непокорного школьника всякими правдами и неправдами. По-видимому, уж больно важна ей была статистика успеваемости ее подопечных.

За свои, вызывающие уважение в глазах других учащихся, выходки, добродушную, отзывчивую манеру поведения и всегда веселое настроение, Макс пользовался повышенной популярностью у девчонок. Таким образом, он мог смело приходить к ним в гости в общежитие, обниматься, играться и даже по-детски целоваться, а потом, сменив комнату, забавляться и с другой. Понятное дело, это все носило малолетний и несерьезный характер, но придавало уверенности в себе.

А вот у его матери в любовных отношениях царил настоящий хаос. Во время какого-то праздника, то есть при очередном поводе выпить, агрессия Павла достигла небывалых высот, и он вначале избил беззащитную женщину, а затем схватил свой меч, сделанный из острия косы и обычной палки, и нанес ей без пяти минут смертельное увечье. Хорошо, что веселились они не одни, и какая-то женщина, вовремя заметив кровавый след на боку Елены, вызвала скорую. В конечном счете медики успели спасти мать двоих детей, а родным сообщили, что будь рана на пару миллиметров глубже или прибыли бы они чуть позже, пришлось бы заказывать венки, а не приносить маме цветы в больницу.

После выздоровления Елена Ивановна вернулась в родной дом в «Вовери», где вскоре всю их семью ждал сюрприз.

– Ну, здравствуйте, родные! – в один прекрасный день на пороге родового дома стоял, улыбаясь, Анатолий Селиверстов.

Несколько лет от него не было ничего слышно. Алименты, естественным образом, не выплачивались. Ответственная и любящая мать воспитывала, кормила да одевала детей сама. Однако прошлые обиды не помешали доброму сердцу женщины впустить и приютить бывшего мужа.

Правда, надолго он не задержался.

В ближайший субботний день, нежданно для всех, к дому подкрался полицейский желтый бобик. Быстро выскочившие из него двое представителей исполнительной власти сразу же направились к жилому дому. Заблудившийся в своей жизни отец все же успел среагировать вовремя и пулей выскочил из здания через дверь с другой стороны.

Как обычно это бывает на деревнях, в этот день топилась баня. Тут она была еще старого типа, так называемого по-черному. Основные ее отличия от современных проявлялись в отсутствии дымохода и в наличии термически ядреных условий парения, а как бонус при этой планировке шли внутренние стены всегда только одного цвета – черного. То есть, пока она топилась, дым валил из всех щелей и, конечно, в нее можно было забегать лишь на короткое время, чтобы подкинуть дров, дабы не угореть. А когда помещение достигало нужной температуры, все оставшиеся угли из печки выносили, а дым выгоняли через двери и окна.

В панике Анатолий нашел себе убежище на чердаке плюющегося дымом строения. А куда смог направляется первым делом? Правильно, вверх! Поэтому, как сумел уцелеть в таких адских условиях, по всей видимости, нарушивший закон, остается загадкой. Особенно трудно было не кашлять и вести себя предельно тихо, когда к мыльне подоспели двое полицейских, один из которых направился внутрь и, размахивая казенной шапкой, пытался что-то рассмотреть.

Желания возвращаться в исправительное учреждение, откуда, как оказалось, он недавно сбежал в России, у него не было никакого. Вполне возможно, что в этот день он установил местный, абсолютный рекорд по задержке дыхания, а главное, оставил двоих мужчин в униформе ни с чем.

Само собой, Елена не была рада таким обстоятельствам, но и выгонять натворившего дел не стала. А вскоре, когда мать с двумя детьми поехала в Краславу по делам, он и сам ушел, а точнее, сбежал не попрощавшись, оставив лишь незабываемый подарок.

Как оказалось, имущество и без того далеко не богатой семьи резко обмелело на целый цветной телевизор, пару икон и оставшиеся несколько килограммов картошки.

Анатолий был в розыске. По его следам упорно шли хранители общественного порядка. Надо было бежать!

Но как это сделать, если за душой ни гроша? Вот он и решился на отчаянные действия, обокрав родных детей. Оперативно продав по дешевке самое ценное, что было в доме, он исчез.

Это был последний раз, когда Максим видел своего биологического отца, после которого осталось лишь воспоминание об утерянной возможности смотреть мультики.

Семейный цветной ящик пропал, зато в скором времени появился во втором доме, то есть в школе. Директор как-то раз приволок телек вместе с видеомагнитофоном, которые уже стали появляться в Латвии. Изначально начальник образовательного заведения приносил и смотрел вместе с учениками различного рода увеселительные программы, такие как КВН, но, по многочисленным просьбам смотрящих, в итоге согласился на настоящий боевик.

Ох, какую радость это доставило мальчишкам! Но не меньше ее в них проснулось и желание быть похожими на главного героя. Поэтому Макс как самый шустрый, долго не думая, очень быстро решился протестировать увиденное и дал с ноги в ухо соседу.

На этом показ кинофильмов с элементами драк и насилия временно был приостановлен, что, в целом, как мне думается, очень даже позитивно отразилось на восприимчивой психике молодых ребят.

Максим продолжал учиться, что у него получалось очень даже легко и успешно, особенно учитывая тот факт, что на занятиях он появлялся не особо часто. Уж слишком сложно было высидеть сорок пять минут на одном месте.

Его больше привлекали активные действия, для которых даже повод не требовался. А уж если таков находился и тем более был связан с нуждой в помощи у ближнего, то Макс включался в процесс без промедления, используя все подручные средства и не обращая внимания на общепринятые нормы поведения. Так, к примеру, когда его одноклассница Екатерина, не выполнив домашнее задание и впоследствии солгав учительнице, что просто тетрадь забыла дома, попала в неловкую ситуацию, он по-рыцарски кинулся ей на помощь. Проблема Кати в данном случае заключалась в том, что жила она относительно недалеко от школы, что было хорошо известно преподавателю, который, чувствуя явный подвох, отправил ее за доказательством сказанного.

Казалось бы, ложь раскрыта, и девочке придется краснеть, но тут в игру неожиданно вступил местный супергерой Максим. Выждав немного, чтобы не вызывать лишних подозрений, он попросился в уборную. Получив одобрение и взяв с собой свою «домашку», он выбежал из школы, вскочил на спокойно припаркованный учительский велосипед и помчался вдогонку за всерьез встревоженной девчонкой. А достигнув своей цели, дал ей списать и быстренько вернулся обратно.

Таким образом честь дамы была спасена, учитель вынужден был признать свою неправоту, а «джентльмен» добавил себе в копилку еще одно доброе деяние.

Однако, как известно, природа не терпит искажений и всегда стремится к равновесию. Поэтому в итоге настала пора пригасить и сверхэнергичность этого мальчишки, как мне думается, весьма странным способом.

Во время ежегодного праздника Пасхи, Максу попались тухлые яйца, что было замечено его сестрой, которая, разумеется, подняла панику. Утоливший свой голод сомнительными по качеству продуктами неотлагательно попал в больницу, где застрял на почти месяц. И вроде бы ничего необычного, вот только чувствовал он себя отлично, а помещен был в отдельную от всех палату, без возможности контакта с внешним миром.

– Единственное, что мне было доступно, это щелка с видом на часть телевизора вдалеке, – вспоминал он.

Конечно, это не карцер и не психушка, но все же крохотное помещение, в котором маленький человек был оставлен двадцать три с половиной часа в сутки наедине со своими мыслями. И лишь примерно тридцать минут занимали приносящие ему еду работники и редкие врачи. Может быть, в более зрелом возрасте, при наличии ноутбука и интернета, ему бы это время показалось отпуском, избавив от ежедневной суматохи, но в данном случае это приравнивалось к пытке.

Первые дни не сулили ничего иного, как сумасшествия. Комок бурно пульсирующей энергии в замкнутом пространстве не мог найти себе места. Но спустя некоторое время за отсутствием выбора он успокоился и стал воспринимать мир по-другому. Поэтому каким же было его потрясение, когда его в конце концов выпустили на волю.

– Макс! Привет! Как ты? Что с тобой делали? Как ты себя чувствуешь? Мы рады тебя видеть! – вспыхивали радостные голоса, приветствующих его школьных друзей.

А так как здесь его знали все, то голосов этих было огромное количество.

– Мне казалось, они все такие сверхактивные, и их так много, и все они слишком быстрые, – задумчиво вспоминал Максим.

По истечению нескольких дней и процесса адаптации он и сам вначале приравнялся к ним, а затем и перебил на голову в оживленности и жизнерадостности. Так что эффект от «Випассаны» сохранился лишь на короткий промежуток времени.

Жизнь деревенского ученика вернулась в привычное русло. Много движения, свежего воздуха, различных идей и незабываемых, в том числе и грешных, приключений.

А что могут придумать мальчишки почти уже в подростковом возрасте, предоставленные самим себе в свободное от учебы время? Да все, что угодно, лишь бы не делать домашних заданий. А если это что-то вдобавок будет запретным плодом, то интерес к такому замыслу автоматически возрастет в разы и неумолимо сбудется.

Так, все еще в очень раннем возрасте, продолжились отношения Макса с алкоголем. Ведь на прилавках магазинов красовался не только ликер, а целый перечень различных, привлекающих внимание бутылочек. И надо было попробовать их все.

Лет в десять было попробовано пиво. Какими тайными каналами оно просочилось в его распоряжение, эта история умалчивает. Зато точно известно, что шустрику с его приятелем Витькой хватило одного литра на двоих, чтобы продуктивно разрушить планы по поездке домой на выходные. Пацаны, налакавшись, почему-то через соломинку, легкого спиртного, безнадежно завалились спать, ни на что более неспособные.

Лучше уж так, чем если бы они вдруг задумали буянить и осуществлять свои пьяные замыслы.

В следующий раз испытание предстояло посерьезнее, да и в другой компании. Старшеклассники субботний день провожали самогоном, кой можно было без особого труда раздобыть на местных «точках». Юный исследователь, теперь уже вместе с дружком Дайнисом, прихватив с собой обычную воду из колонки и свежие огурцы со школьного огорода, присоединились к более опытным товарищам. Их приняли без особых возражений, четко понимая, что много драгоценного спирта на них не потратят, а вот дополнительная закуска им явно может пригодиться.

План удался. В молодых головах очень быстро зашумело и те, как процессоры, пораженные вирусом, безоговорочно отказались выполнять свои основные функции. Мальчишек уложили в горизонтальное положение, а наутро, когда организм вроде бы сумел справиться с ядом, Макс поднялся на ноги и едва успел добежать до подходящего места. Его пищеварительный тракт, как бы ни старался, все же не смог принять инородные жидкости и обильно вернул кое-как пережеванные овощи тем же путем, но в обратном направлении.

После такого сомнительного развлечения Максим еще несколько месяцев не мог есть огурцы, ощущая рвотный рефлекс лишь при одной мысли о них.

Тут следует отдать должное экспериментатору. Пробовать алкоголь он пробовал, а вот пристрастия не испытывал, как это, к сожалению, случалось с многими хорошими парнями. Да, этот дурманящий напиток еще долгие годы присутствовал в его жизни, но бывал лишь кратковременной ее частичкой, хотя и навлекающей лишние беды.

В классе четвертом Максиму оформили опекунство на сестру отчима Олега, а физически воспитанием стала заниматься их мать, то есть бабушка Нина. Поначалу мальчишка довольно часто бывал у нее в гостях. В основном помогал по хозяйству. Но со временем обстановка как-то накалилась, и отношение к подопечному заметным образом ухудшилось, что он, естественным образом, ощущал.

Чашу весов с желанием и нежеланием общаться со своим попечителем перевесил в негативную сторону вначале один неприятный случай, а вскоре и второй, вовсе не простительный.

Действия, происходящие в каждой из ситуаций, само собой, были разбавлены все тем же, хорошо уже нам известным, алкоголем. И если первая закончилась лишь подозрением и обвинением, то вторая снова приблизила семью Селиверстовых к очень вероятному трагическому окончанию.

Вначале десятилетнего Макса упрекнули в воровстве. После очередного застолья у хозяйки дома якобы пропали десять латов. Тогда в Латвии так называлась государственная валюта. И, конечно же, виновным безо всякого разбирательства она назначила самого безобидного и непьющего мальчишку. Кто же, как не он?

– Это не я! Я не брал! – звучал честный, детский ответ.

Так, к сожалению, частенько бывает, палец истинного виновного тыкает в единственного совестного и более слабого физически человека. Другой на месте Максима, возможно, поддался бы атаке взрослого и, может, даже зародил бы искусственно созданную вину, но не наш герой, который всегда яро отстаивал правду и боролся за справедливость. Пускай иногда через свои слезы, прежде всего, в более юном возрасте, но всегда оставаясь верным своим принципам, что дополнительно закаляло его характер.

Не сумев доказать свое беспочвенное заявление, порочная опекунша Нина решила прибегнуть к хитрости, которая вызвала у Макса лишь насмешку. Она стала преднамеренно оставлять на холодильнике денежные средства в виде монет, якобы искушая мальчишку совершить бесчестный поступок. Однако сколько бы раз она ни пересчитывала содержимое ловушки, ее ценность не менялась.

Кстати, через некоторое время она сама нашла собственноручно спрятанные на пьяную голову те самые десять латов и рассказала об этом Олегу, одному из участников этого недоразумения. Вдобавок она попросила сына ничего не говорить Максиму, зачем, мол, ставить себя в неловкое положение, да и еще извиняться перед молокососом?

Но информация все же просочилась, укрепив убеждения мальчишки в непорядочности женщины.

Последней каплей в терпении Макса и в оставшемся, маломальском принятии своей опекунши оказалась ее, опять же затуманенная спиртными напитками выходка.

Елена с Олегом приехали к ней в гости и засиделись допоздна. Ягодка уже был отправлен в свою постель, когда за столом разбушевалась ссора, настоящая причина которой осталась неизвестной. Но что-то подсказывает мне, что была она связана с деньгами и воспитанием ребенка. Спор активно продолжался какое-то время, но быстро получил все шансы на затухание после того, как более рассудительная Елена оделась и покинула дом, не желая более выслушивать упреки в свою сторону. Казалось бы, конфликт исчерпан, можно выпустить пар, но не для раздутого эго хозяйки.

– Хватай нож, – долго не думая, приказала она своему сыну, – догони ее и убей!

От таких слов у Максима, который не спал и отчетливо все слышал, замерло дыхание. Страх и опасения за жизнь матери заполнили его сознание и взбудоражили душу.

– Ты что, с ума сошла?! – противился Олег.

– Бери, говорю, и делай что велят!

Более разумный, хотя и тоже нетрезвый мужчина не желал совершать преступления, но, похоже, мать в их семье была в авторитете. Как бы ни отнекивался он, она была более настойчива в своем намерении и в итоге сумела-таки его продавить.

Когда голоса утихли, а до более ушей Макса донесся звук захлопнутой двери, он, не медля ни секунды, вскочил на ноги и голышом выскочил на улицу.

– Не тронь ее! – в деревенской темноте раздался напуганный, но в то же время очень настойчивый детский голос. – Мама! Мама! Берегись! У него нож! Они хотят тебя убить!

Елена, быстро осознав опасность, побежала, а главная зачинщица идиотского замысла, при виде свидетеля, тут же сменила свой голос на милый и озадаченный:

– А ты что здесь делаешь? Ты почему не спишь? Давай обратно в дом.

Спасителя не только своей матери, но и двух заблудших душ, не особо интересовали слова нарушительницы его покоя и сна. И домой он вернулся лишь вместе с Олегом, предварительно убедившись, что его мать в безопасности.

Таким образом, благодаря своей отваге и лихим действиям, он в очередной раз подтвердил свой «статус оберега» собственной матери.

После этого шокирующего события Максим исключил из своей жизни посещения бабушки и лишь один раз в месяц навещал тетушку. Он не стал бы и вовсе у нее появляться, но надо было забирать половину от полагающихся ему материнских денег. Такова была договоренность между ними. Псевдоопекунша оставляла себе половину ежемесячных материнских денег, а вторую половину отдавала истинному их владельцу. Хотя, по-хорошему, должна была отдавать их все, поскольку никакого вклада в воспитание ребенка вообще не вносила.

Школьника отсутствие между ними отношений никоим образом не напрягло. Ему было где жить и что есть, ведь пропитание в учебном заведении продолжала оплачивать его родная мать, а дополнительные, пусть и небольшие финансы делали его жизнь слаще. Следует также отметить, что даже эти скудные денежные средства Макс, прежде всего, тратил не на себя, а использовал для покупки продуктов, которые впоследствии отвозил своей матери. Получался весьма забавный круговорот ресурсов. То есть Елена оплачивала еду сына в школе, а он, в свою очередь, на половину суммы от детских денег приобретал и доставлял ей пищевые запасы.

На первый взгляд, схему можно и нужно бы было упростить и сделать более прибыльной для семьи Селиверстовых, но, учитывая обстоятельства, так она работала куда эффективнее, чем если бы оба детских пособия проходили через Елену, рядом с которой находился всегда голодный на деньги и спиртное сожитель.

Жизнь Максима, несмотря на довольно раздутый перечень не очень приятных в ней событий, все же радовала его и вполне интересными. Хотя, правильнее бы было сказать, что Макс сам выбирал радоваться и брать от нее все!

Он участвовал во всех официальных учебных кружках и бывал на всех происходящих вблизи мероприятиях. Все практические знания, от вязания по футбол, доступные в школе, быстро им усваивались и применялись. И, конечно же, ни одного события в Граверах не оставалось без внимания его всем интересующегося ума.

То есть, если бы вам в то время нужна была бы какая-то местная информация, надежнее всего было бы просто спросить у Макса, который, с большой вероятностью, охотно бы ее вам предоставил. И сделал бы это даже надежнее и качественнее, чем замечательный поисковик «Гугл», которого, к слову, тогда еще и в помине не существовало.

Поэтому, когда к ним в школу приехал первый представитель государственной организации «Jaunsardze», которую с латышского языка можно перевести как «Молодая стража», Максим обязательно должен был попасть в их ряды. Правда, было одно, казалось бы, непреодолимое, препятствие. Он не подходил по возрасту. А армейский регламент даже посерьезнее божественных заповедей будет, которые нарушать ну уж никак нельзя. Но и в этом случае нашелся выход, довольно быстрый и очень внушительный! Вся школа одним мигом встала на защиту мальчишки:

– Да вы что?! – звучали возмущенные голоса учеников. – Без Макса нельзя! Его обязательно надо принять!

С таким единогласным напором инструктор в камуфляжной форме, скорее всего, еще не встречался, во всяком случае, в мирное время. Потому быстро капитулировал и записал в свой состав, возможно, самого молодого защитника, который очень быстро оправдал возложенные на него надежды и ни разу не заставил поверившего в него жалеть о своем решении.

Максиму эти занятия, которые проходили как дополнительные два раза в неделю, пришлись очень даже по вкусу. Тут прививали необходимые для жизни навыки и привычки, взращивали гражданскую осознанность в паре с патриотизмом и развивали детей физически и духовно. А особенно увлекательно было бегать по лесам и выполнять возложенные на него, как воспринималось ребячьим еще умом, важные миссии.

У этой организации также были свои олимпиады и соревнования, на которых юный Максим тоже блистал своими личными качествами и уникальными навыками. К примеру, в эстафете с промежуточным элементом по разборке оружия, ему не было равных. Самые опытные инструктора диву давались, как этот мальчишка ловко раскладывал на части «Калаш», делая это порой даже быстрее своего учителя.

Возможно, командира этого отдаленного от основных латвийских вооруженных сил отряда «Молодой стражи» можно назвать одним из первых менторов и позитивных мужских примеров для Макса. Знакомство и общение с ним способствовало куда более эффективному воспитанию у мальчишки таких значимых личностных качеств, как дисциплина, ответственность и решительность, которые в будущем сыграют огромную роль на его жизненном пути.

Первым шагом к кардинальным изменениям было осознание Максима, что пора перебираться в город побольше, коим является расположенная на двадцать два километра южнее Краслава. Вторым, незамедлительно последовавшим вслед за первым, была непоколебимая решимость действовать в связке с непосредственной реализацией задуманного.

В то время уже шестиклассник самостоятельно направился в самый большой город в районе. Тогда в нем проживало около двенадцати тысяч человек, из которых подавляющее большинство составляли (по убывающей) латыши, русские, белорусы и поляки.

Перед Максом открывались новые возможности, из которых, прежде всего, его интересовали боевые искусства. Поэтому, первым делом раздобыв адрес спортивной школы, подросток целеустремленно направился туда.

– Не подскажете, где здесь каратэ? – спросил он у незнакомого, коренастого старичка, встретившегося у него на пути, блуждая по многочисленным коридорам учебного заведения.

Максим почему-то был уверен, что именно каратэ – это то, что ему надо. Впрочем, понятно почему. Боевички с такими яркими героями, как Ван Дамм, оставили твердый след в сознании мальчишки.

– А ну-ка, пойдем со мной! – мужичок, внимательно присмотревшись парнишке, схватил его за шлейку рюкзака и с легкостью потащил за собой.

Макс сопротивляться не стал, решив довериться судьбе, которая поволокла его слегка в ином направлении.

– А вот так хочешь? – спросил спортсмен, остановившись у зала, полностью покрытого матами, на которых кувыркались ребята.

– Ну да, можно, – тут же беззаботно принял возможность новичок.

Так начался новый, пусть пока еще переходной, но очень важный этап в жизни Максима.

Глава четвертая.

Краслава

Старичка звали Юрий Николаевич Чиликин, он оказался никем иным, как тренером по борьбе. Причем таким тренером, которого не просто знали все жители Краславы, но еще и считались с его мнением.

Максим, находчиво договорившись с предводителем «Молодой стражи», регулярно по вторникам и пятницам стал посещать спортивные занятия. Два раза в неделю после дополнительных армейских уроков он вместе с преподавателем прыгал в машину и направлялся в Краславу, где каждый рабочий день ровно в семнадцать ноль-ноль начинались испытания мышц и разума.

Схема была проста, но требовала стойкости характера, особенно по вторникам. После трех-четырех часов в спортзале, а именно столько длились тут ежевечерние физические нагрузки, Макс направлялся к родному дяде. То есть хорошенько размявшись, поиграв в футбол, поборов других потных ребят, а на десерт потягав тяжести в качалке, мальчик с горячим чувством всемогущества шагал домой к брату матери. Там его всегда ждал ужин и уже спящие в своих постелях постояльцы. С благодарностью подкрепившись и прибрав за собой, малец плюхался в кровать, где восстанавливал свои силы ровно до четырех тридцати утра, когда первым, издавая вредный звук, просыпался будильник. Максим вскакивал на ноги, оперативно собирался и, пока все еще спали, пулей летел на вокзал, откуда отправлялся первый автобус в сторону Аглоны. Досыпая еще несколько драгоценных минут в холодном, междугороднем общественном транспорте советской сборки, он успешно добирался до Гравер, где в общежитии тоже все еще спали. Оставалось лишь дождаться, пока все встанут, и вместе отправиться на завтрак, а затем – и на стандартные уроки.

Пятницы были к подростку менее требовательны, поскольку, как известно, после них наступают субботы, когда не было нужды вставать ни свет ни заря и отправляться на учебу. Зато дядя, согласно семейной традиции, стал брать племянника с собой в церковь. Причем в церковь не простую, а в божий дом с оригинальным названием «Адвентисты седьмого дня». Принцип здешнего служения был таким же, как и в других вероисповеданиях. Приходи, молись и давай десятину, которая обязательно зачтется на небесах и потом приумножится материально. Учитывая такой расклад, все честные приверженцы верований давно должны были стать богачами, да вот по факту почему-то так не случалось. То ли система имела какой-то изъян, то ли люди отдавали дань не от чистого сердца, а может, и вовсе имелась тому другая причина.

Как бы там ни было, у Максима это был первый опыт с религией. И, кстати, он сразу почувствовал что-то неладное своим чистым детским сердечком. Написать, что данные субботние практики были хоть в какой-то мере интересны мальчишке, было бы равносильно вранью. Но, несмотря на это, Макс добросовестно посещал каждую из них на протяжении последующих почти двух лет, прежде всего, из уважения к дяде.

А однажды ему приснился как минимум странный сон. Как будто он поднимается на второй этаж дворца культуры, идет по длинному коридору к помещению, где обычно собирались верующие, а вместо обычных, красивых картин на стенах весят полотна с жуткими изображениями чертей и крови. Увиденное, пусть и не наяву, так всколыхнуло мальчишку, что он не просто рассказал о случившемся замешанным в этом сомнительном вероисповедании родственникам, но и, внимательно прислушавшись к голосу собственной души, осознанно перестал посещать эти религиозные встречи. А через несколько долгих лет его примеру последовали и двоюродные братья с сестрами, проведя свой, независимый анализ и сделав однозначный вывод, что божественностью там и не пахнет, а предпочтение отдается алчности да чревоугодию.

Зато Максим отдавал предпочтение реальному спортивному искусству, которому он с удовольствием посвящал свое свободное время. Усердно трудясь и регулярно посещая непростые занятия, он невольно завоевывал уважение тренера, который, видя потенциал борца, в итоге поднял вопрос о его переезде.

– Почему ты приезжаешь сюда только два раза в неделю, тратишь уйму времени на дорогу и лишь частично используешь свой потенциал? У тебя огромные перспективы, так почему бы не использовать их по полной? Здесь вообще-то тоже есть школа.

Максу два раза повторять не надо было. Совместно с Владом, знакомство с которым произошло во время занятий борьбой и который являлся одним из двух его текущих друзей, он подал документы в местную школу, а затем – и в общежитие. И таким образом, восьмой учебный год теперь уже можно было смело назвать началом очередного, нового этапа в жизни энергичного подростка.

Этот период стал новой ступенью в его развитии, так как подразумевал взятие полной ответственности за свое существование. В данном случае только место проживания обеспечивалось заботливым государством, а вот о пропитании следовало заботиться самому. Да, в общежитии имелась кухня с газовой плитой и холодильником, вот только продукты питания сами там не материализовывались, да и огорода рядом с нынешней школой не было. Поэтому практически все скудные денежные средства шли на приобретение продовольствия.

Несмотря на грустные финансовые возможности, Максим в обязательном порядке умудрялся покупать и привозить своей матери такие припасы первой необходимости, как макароны, картошка, мука, гречка, да и еще и баловать ее какой-нибудь вкуснятиной. Навещал он ее теперь, правда, значительно реже и обычно оставался не на долго. Всего два часа было у сына с матерью, чтобы пообщаться, пока автобус, на котором приезжал Макс, колесил в Дагду, а затем разворачивался и держал курс обратно на базу. Тут-то мальчишка и прыгал в него снова, возвращаясь в самостоятельную жизнь.

И вот в одну из таких коротких встреч, Елена по-женски разрыдалась на плече сына, который постепенно становился мужчиной.

– На днях я лес бабушкин продала, – изливала она душу, роняя слезы, – так этот пьянчуга разузнал об этом, приперся с дружком-алкоголиком и давай вымогать деньги на бутылку. У меня и впрямь сил уже нету. Не знаю, что и делать…

При виде горюющей матери и на основе понимания явной несправедливости, в четырнадцатилетнем подростке вдруг вспыхнула злость нового качества. Это та злость, которая, учитывая уже приобретенный жизненный опыт, настойчиво подталкивает к действиям, но слегка гасится сомнениями из-за неуверенности в собственных силах.

– Я же вроде бы как уже два года спортом занимаюсь, – думалось Максу.

С такими мыслями, крепко держа за горло весь свой гнев, чтобы тот придавал ему мощи, молодой борец за честь матери направился в соседнее помещение, где находились два примерно тридцатипятилетних мужика. Обнаружив цель, не теряя ни секунды, спортсмен подскочил к отчиму Олегу и с лихвой вмазал ему кулаком в нос.

Краслава, Максим после купания в Даугаве

Потерпевший от такой наглой выходки пацана зашатался на ногах, потерял равновесие и с грохотом рухнул на пол.

– О! Работает! – подумал Максим и, пользуясь сложившимся преимуществом, продолжил свою атаку.

Он колотил неродного папашу что есть мочи и руками и ногами, вкладывая в каждый удар всю свою злость. Собутыльник Олега, немного придя в себя после шока от увиденного, намеревался было вступиться за товарища, но тут пришел на помощь Дайнис, второй друг Макса, который по удачному стечению обстоятельств в этот день вместе с ним приехал в гости.

– Пускай сами разбираются! – жестко заявил он, положив руку на плечо назревающей подмоге.

Возражения не последовало, и второй пьяный мужчина остался сидеть на своем месте.

Вскоре, окончательно опустошив заряд собственной ярости на немощном, лежачем теле, мальчишка в сопровождении своего союзника вышел на улицу. Руки его изрядно тряслись, ум был потрясен и разбит.

– Пошли! – скомандовал явно знающий, что следует делать, товарищ.

Неподалеку была «точка», где спиртное сомнительного качества мог получить каждый, были бы в наличии деньги. Дайнис взял самогон: тут требовалось лекарство покрепче. Все-таки у Макса это был первый намеренный опыт избиения человека, причем более крупного и сильного, да и почти в два с половиной раза старше его самого.

– Пей! – протянул Дайнис другу небольшую бутылку.

– Не буду я! – поначалу отгрызнулся победитель в недавней неравной схватке.

– Надо! – последовало подбодрение.

Максим нехотя сделал глоток и тут же скривился от горечи. Но каким бы отвратным не был напиток, функцию свою он выполнил. Психологическое, а следом и физическое равновесие вскоре вернулось в норму.

– Надо проверить, что происходит дома, – оправившись, заявил боец.

Мальчишки направились обратно. Страшно, конечно, было, но совсем чуть-чуть, и, скорее, не за себя, а за Олега.

Макс по-хозяйски шагнул через порог и, очутившись на кухне, присел на табуретке в углу. Отчим уже был на ногах. Это и радовало, и пугало одновременно. Заметив пасынка, он бездумно шагнул в его сторону со словами:

– Ах ты щенок! Чтобы ты меня…

Дальше он особо не успел развить свою мысль, потому что Максим соображал быстрее. Условия к тому склоняли.

– Если я останусь здесь, то он меня тут прибьет, – проскочила быстрая мысль прежде, чем он вскочил на ноги и, решив не дожидаться мести, ринулся укреплять свою позицию нового хозяина.

Удар в нос снова подтвердил свою эффективность. Агрессор неумолимо грохнулся на деревянный настил, и кулачная карусель закрутилась по новой. Тут уже преимущество Макса было продиктовано не бешенством, а холодным, взвешенным решением и безупречным исполнением, которое стало еще куда более грозным, как только объединилось с умом.

Вскоре, остановив избиение, новый «глава семейства» подозвал к себе Дайниса, вместе с которым они вытащили живое, но дряхлое тело на улицу.

– Берем его с собой, – скомандовал Максим, – здесь его оставлять точно нельзя.

Ребята крепче схватили пострадавшего за подмышки и, волоча его ноги по земле, потянули к автобусной остановке. Когда подоспел транспорт и отворились двери, зачинщик замысловатой операции в нескольких словах объяснил ситуацию шоферу, который оказался нормальным мужиком и с ходу вошел в их положение. Кивнул пацанам и громко, чтобы слышали и другие пассажиры, заявил:

– Перебрал немного, усаживайте его на свободное место. Да смотрите, чтобы не буянил, а то мигом высажу.

Так он в итоге и сделал, высадил, да только в указанном Максом месте, примерно через километров девять, неподалеку от местожительства матери избитого. К тому времени он уже оклемался и даже кое-как держался на ногах, поэтому его просто вышвырнули на дорогу и, убедившись, что тот в сознании, отправились дальше.

Это был первый (и сколь же важный!) опыт применения физической силы. Ценность победы была колоссальной, так как еще глубже пропитала сознание Максима уверенностью в себе. Назвать это событие дракой не повернется язык, потому что в ней как минимум принимают активное участие двое. Здесь же присутствовал воин и боксерская груша, которая, кстати, оказалась не очень смышленой, что, в принципе, неудивительно.

Побои на теле ненадолго образумили Олега. Пользуясь положением, при котором превосходящий по силе и уму противник редко появлялся в родном доме, отчим довольно часто и смело захаживал проведать Елену, оставляя ей в подарок перечень новых синяков и угроз. Однако бывало и такое, что дорожки самцов снова пересекались. Тогда, видя подавленное состояние матери, которая, к слову, больше не жаловалась сыну, прекрасно понимая, что он вскоре уедет, а она останется, Макс совершал привычный и хорошо отточенный проход в ноги и валил на пол подлеца. А затем, комфортно усевшись сверху, обильно угощал его очередью из кулачных выстрелов.

Со временем такие избиения стали привычными для всех. Елена пыталась их избежать, опасаясь за свое будущее и рассказывая Максиму, что якобы все в порядке. Алена, наоборот, подстрекала брата, указывая на следы насилия на теле матери. Олег, сколько бы крови не терял, снова и снова возвращался на место побоища, а защитнику семьи ничего иного не оставалось, как только продолжать воспитательные меры, даже понимая, что эффективность их весьма сомнительна.

А однажды дело дошло до такого абсурда, что Максу даже пришлось заступиться за главный источник их бед. Как обычно, уже сидя на мужчине и преподавая ему очередной болевой урок, он заметил, что взбешенная сестра схватила кочергу и замахнулась ею на и без того уже поверженного противника. Целясь прямо ему в голову, девчонка резко повышала вероятность взятия на себя одного из тяжких грехов. Отлично это понимая, хладнокровный брат теперь уже стал отбиваться от стального, толстого прута, а затем и от яростных, острых каблуков. В итоге, защитив отчима, а главное, свободу Алены, мальчишка вновь выгнал подлеца и на какое-то время закрыл вопрос с беззаконием в их доме.

А уже окончательно долгоиграющий конфликт был исчерпан лишь спустя годы, когда Елена перебралась за границу. Но обо всем по порядку.

Максим никогда не сидел на месте. Новое место жительства предоставляло целый перечень возможностей, которые при правильном использовании эффективно влияли на раскрытие и развитие его незаурядных способностей.

Если не самое сильное, то уж, точно, одно из сильнейших воздействий на судьбу мальчишки оказало дисциплинированное занятие борьбой. Каждый будний день, восьмиклассник вначале шагал через весь город из общежития в школу, затем, получив дозу знаний, поспешно возвращался в свои «хоромы», чтобы подкрепиться, и бежал на тренировку, которая находилась примерно посередине, между двумя изначальными контрольными точками. Бывало, что времени после уроков оставалось недостаточно для такого маневра, и тогда школьник пропускал прием пищи в пользу физических упражнений. Уж лучше было остаться голодным, чем стать причиной гнева тренера, который, в свою очередь, был человеком весьма импульсивным и жестким.

Пять раз в неделю Макс проводил по три-четыре часа в спортзале, не зная усталости. Понятий «ай, надоело» или «я устал» не существовало. Зато присутствовало эйфорическое состояние уже после нагрузок, когда он бодрым шагом возвращался на место отдыха поздним вечером.

– Я чувствовал, что могу все! – вспоминал он. – Все, чего только пожелаю!

Так оно и происходило. Сила намерения мальчишки была настолько велика, что мир мгновенно предоставлял ему возможности для реализации задуманного. Может, не всегда этичные, как некоторым может показаться, но всегда в соответствии с честью и договоренностями. Поэтому зачастую оставалось лишь добавить смекалку и действовать.

Так, однажды ему повстречался отчаянный незнакомец, которому срочно нужно было добраться до Риги, а денег на билет не было. Большинство людей, скорее всего, просто прошло бы мимо отнекиваясь, но только не Макс, который такие случаи не упускал.

– А что у тебя есть? – спросил он.

– Да вообще-то ничего, только телефон, – последовал ответ. – Очень надо в столицу! Помоги, а?!

Проезд на автобусе стоял четыре пятьдесят, а мобильник можно было скинуть за тридцатку.

– Ты пойми правильно, – начал свою деловую речь подросток, – у нас тут люди небогатые, сами еле концы с концами сводим. Но вот помогать друг другу надо! Кто мы тогда будем, если ближнего поддерживать не станем? Верно?

– Верно, – подтвердил обнадеженный голос.

– Чтобы каждому было хорошо, ты мне – свой телефон, а я на последние деньги покупаю тебе билет. Идет?

Каждый из них прекрасно понимал, что стоимость сотового в обычных условиях далеко не сопоставима с разноцветной бумажкой, позволяющей отправиться в путешествие длиною в двести шестьдесят километров. Но и условия тоже были необычными.

Сделка состоялась. Нуждающийся благополучно добрался до цели, а Макс помог человеку, вследствие чего и сам обогатился.

Вообще, любые возможности с радостью им приветствовалась. Поэтому, когда к ним в общагу местные барыги притащили музыкальный центр с современной системой обработки сразу пяти дисков, юный предприниматель тщательно осмотрел и проверил товар в действии, а затем выторговал привлекательную для себя цену. Аккурат в тот день деньги у него были, да и в целом у смышленого мальчишки постепенно их становилось все больше.

– Оставлю-ка я его себе, – подумал он, – вещь толковая, отвезу матери, ей будет приятно.

Так он и сделал. Упаковал устройство и, прыгнув в автобус, отвез на деревню. А по возвращению его ждал сюрприз.

– Макс! Макс! – подлетели к нему товарищи. – Тут городские приходили. Здоровые такие. Тебя искали.

– И что? – особо не напрягаясь, кинул он в ответ. – Пусть приходят, будем базарить.

На следующий день после обычных занятий его поджидали. Мирно выйдя со школы на улицу, к Максу подступился высокий парень, еще не мужчина, но уже давно не мальчик, а вокруг них сомкнулось кольцо из любопытных лиц.

– Я Ванька-Цыган, – тут же заговорил он, – я здесь смотрящий. Мне известно, что у тебя наш музыкальный центр. У нас и пульт от него имеется и оригинальные документы. Так что получается, что ты его у нас украл.

Максим не стал ни возражать, ни защищаться, он вообще не стал ничего делать, кроме как спокойно слушать.

– Так вот, раз уж с этим разобрались, – продолжал свой монолог пройдоха, – теперь будем решать, что делать. У тебя вариантов немного: или отдаешь музыку обратно, вместе с компенсацией нашего морального ущерба и времени, или платишь всю его стоимость. Ну, что скажешь?

Школьник ничего не думал говорить, поэтому в ответ просто пожал плечами.

– Ну, или мы идем к мусорам и катаем на тебя заяву. Ты же сам понимаешь, что в таком случае у тебя будут серьезные проблемы. Надеюсь, объяснять этого не надо.

В объяснении и вправду никакой нужды не было. Подросток услышал достаточно и уже прекрасно осознавал, что происходит.

– Этот цыган сам себе приговор подписал, – вспоминал Макс, – меня воспитывали отчимы с разными сроками отсидки, поэтому я четко усвоил, что идти в полицию, – это дело последнее. И если он и правда это сделает, то сам себя и подставит.

– Чего молчишь? Что делать-то? – цыган требовал ответа.

– Ну, иди в мусарню! – смело заявил мальчишка и, не дожидаясь реакции, развернулся и нагло ушел.

После такой бравой выходки Ванька, если и встречал где-нибудь случайно Максима, просто отворачивал голову и по-тихому смывался, не желая иметь с ним дела. Зато вторая попытка вернуть ценный товар все же последовала.

В один прекрасный вечер был отправлен еще один гонец, теперь уже прямо на тренировку по борьбе. Правда, это скорее выглядело как жест отчаяния или тотальной глупости, чем тщательно спланированная операция.

– Макс! Иди сюда! – из-за двери в спортивный зал торчала голова мальчишки.

– Чего тебе? – спросил потный спортсмен, подбежав к нему.

– Тут такое дело, – говорил парнишка по прозвищу Кудря. – Смотри, – у меня документы и пульт от центра. Он, по сути, мой. И мне он нужен обратно. Так что верни и бабла подкинь. А то к ментам пойду.

– Ну ты вообще, как я посмотрю, бесстрашный, – пошутил в ответ Максим, – приходишь ко мне в зал, такую херню несешь, да я сейчас свистну парням – и тебя на куски разорвут.

Похоже, что лишь в этот момент Кудря осознал, что совершил грубую ошибку, а борец, видя загоревшийся страх в глазах глупца, продолжил:

– Ладно, не буду я тревожить ни ребят, ни тренера. Зато позвоню своему человеку, он сейчас подъедет и порешает твой вопрос.

Так он и сделал.

Вскоре появился Костя, тоже цыган, тоже шустрый малый, но свой.

– Привет Макс! Какие дела?

– Да вот, принес мне документы, деньги вымогает, обвиняет, что я его технику стырил, полицией угрожает.

– Понятно, сейчас решим, – не раздумывая, объявил союзник. – Звоню главному криминальной полиции, Дроздовскому.

Кудря в этот момент стал мечтать лишь об одном: как бы исчезнуть. Можно даже самым коротким, но сказочным путем – провалившись под землю.

– Алло, Эдик? Здравствуй! От меня тут какой-то парнишка чего-то хочет. Ты недалеко? Я возле спортивной школы. Можешь подъехать? Да? Спасибо. Ждем.

– Брат, – дрожащим голосом заговорил вымогатель. – Зачем ментов? Не надо ментов!

– Так ты же сам пришел и сам нам тут про ментов втираешь. Вот зачем тебе куда-то ходить, они сами сейчас приедут и будут разбираться, откуда у тебя это добро.

– Не надо, пацаны, не надо!

– Чего не надо? Документы и пульт давай сюда. Да, и деньги есть у тебя?

В конечном счете Кудря, прежде чем бежать что есть сил, отдал компромат и вывернул все свои карманы. А ребята, по-своему разобравшись с гнусным вымогательством, еще и подзаработали.

– Костя, а что с полицией-то? – спросил Максим, когда они уже остались одни.

– Да у меня телефон разрядился, никуда я не звонил, – ответил, пронырливо улыбаясь, тот.

Вот так злодеи пытались, пытались, да с носом остались.

С теми, кто поступал бессовестно, у Макса разговор был короткий, применяя либо силу, либо смекалку. А если человек обращался с чистым сердцем, то либо ему помогал, либо и сам принимал от него помощь, в зависимости от ситуации.

Поэтому, когда однажды Игорь, друг сестры Елены, пригласил его к себе домой на свежесваренный мамой суп, он с легкостью принял предложение. Вероятно, что совладелец горячей, питательной еды норовил подружиться с Максимом, вот только приобретенные стереотипы не позволили этому свершиться, оставляя Игоря без ценного союзника.

– А чем ты занимаешься? – всплыл вопрос во время обеденной трапезы.

– Школа да борьба, – наивно поведал гость, – учеба постольку-поскольку, прежде всего я люблю тренироваться.

Мать с сыном почему-то вдруг остановили свои привычные манипуляции столовыми ложками и переглянулись. Они явно были чем-то как минимум озадачены, а скорее, – даже напуганы.

– Молодой человек, – через секунд пять сдержанно заявила хозяйка, – после того как вы докушаете, прошу удалиться из нашего дома и более не общаться с моим сыном. Все борцы – бандиты!

Максима такие слова ничуть не оскорбили, а напротив, развеселили. Да, воспитанники Юрия Николаевича, действительно, так сказать, «держали» весь город. Не то чтобы в страхе, а просто следили за порядком, основываясь на законах совести. То есть на любой дискотеке или на другом развлекательном мероприятии они чувствовали себя по-царски, будучи представителями наработанной годами репутации. Но это не значит, что все им кланялись, нет. Это значит, что они были тем первым, бесстрашным оплотом, который продуктивно гасил любые зарождавшиеся проявления агрессии или несправедливости.

Поэтому Макс, подкрепившись, вежливо поблагодарил за гостеприимство и щедрое угощение, а затем послушно удалился.

В друзьях у него, как можно было уже догадаться, дефицита не было. Скорее, это к нему тянулись люди, среди них он выискивал подходящих себе знакомых. В его случае все происходило естественным путем. Он мог заговорить с кем угодно и когда угодно, невзирая ни на пол, ни на возраст незнакомого человека.

Таким ненавязчивым способом при вроде бы типичном, новом знакомстве в общежитии у него появился приятель Эдуард, статус которого очень быстро перерос в друга, а затем и в лучшего, поддерживающего его потом на протяжении долгих лет жизни. Но прежде, чем это случилось, им предстояло вместе, плечо к плечу, пройти многие испытания.

Одним из первых оказалось воровство, которое впоследствии укрепило их связь.

Эдуард по своему темпераменту – человек спокойный, способный выдерживать долгое время различного рода издевки. Как он сам говорит: «Если человек дурак, зачем мне вмешиваться?» А вот Максиму достаточно было краем уха уловить даже мало-мальски неприличную фразу в свою или друга сторону, чтобы тут же резко проявить напористую обратную связь. Поэтому, когда у Эдика стащили свеженький мобильник Nokia-3310, реакция уж тем более последовала, причем незамедлительно.

– Пошли! – скомандовал он, узнав о деталях происшествия.

Оказалось, что преступников даже искать не надо было, так как они сами недавно навестили потерпевшего, разыгрывая уже отработанную схему.

– Вот смотри, – показывал один из местных цыган. – Твой телефон?

– Ну, мой, – неуверенно отвечал Эдуард, видя знакомый чехол.

– Вот серийный номер батарейки, вот телефона, – фокусничал далее злодей, – а вот – подтверждающий документ. Сходятся цифры?

– Ну, сходятся.

– Так вот, даже если пойдешь в ментовку, ничего не докажешь, это наша труба, а вот – бумаги, подтверждающие ее законного владельца.

Делать было нечего. На первый взгляд, не придерешься. Вот только Макса такими штучками не возьмешь.

– Ты что, не понимаешь? – учил он жизни Эдика. – Они тебя элементарно разводят. Чехол твой, согласен, а вот внутренности – нет. Они в него свою заготовку запихнули, да и все.

– Пусть так, но что теперь-то делать? – не укладывалось в голове у жертвы обстоятельств.

– Все решим, не переживай!

После таких слов ребята направились прямиком в логово разбойников. К этому моменту Максиму были известны практически все ключевые личности города вместе с их местами обитания, поэтому дорогу ни у кого спрашивать не пришлось.

– Значит так, – смело заявил борец, когда они добрались до цели, – этот кореш – свой, – он кивнул в сторону Эдуарда, – и подрезанный телефон ему следует вернуть. Для вас будет лучше, если сделаете все по-хорошему.

Местные ребята, явно не ожидавшие такой дерзости, переглянулись, а кто-то из них даже попытался улыбнуться, несомненно, не до конца понимая происходящее. Затем промолвил старший:

– Я тебя знаю. Решим вопрос. Трубу вернем.

Одержав легкую победу, два друга направились обратно, но, прежде чем сумели отойти на солидное расстояние, их догнал предводитель воровской стаи и сказал:

– Все сделаем. Слышишь? Только Чиликину не говори, ладно?

Вот так один человек своим твердым характером и борцовскими приемами воспитывал молодежь и наводил порядок в городе получше правоохранительных органов.

В этот же день самый модный в то время мобильник вернулся к своему истинному хозяину. Уважение Эдуарда к Максу выросло в разы, и, несмотря на почти трехлетнюю разницу в возрасте в пользу недавнего пострадавшего, мальчишки стали все больше времени проводить вместе.

Как говорится, «одна голова хорошо, а две лучше». Соответственно, количество новых идей увеличилось, а вместе с ними и ситуаций, требующих нетипичного подхода. Одни шли на пользу, другие же – не очень, но, самое главное, работала фантазия и приобретался бесценный опыт.

Эдик тоже по вечерам занимался спортом и однажды предложил другу опробовать иной вид боевых искусств. Максим, всегда легкий на подъем, охотно согласился и обучился нескольким приемчикам кунг-фу, а на следующий день, по «естественному бартеру», потащил товарища на свою тренировку.

– Где ты вчера был? – прозвучал жесткий голос Юрия Николаевича.

– Да там, с другом на кунг-фу ходили, – как всегда, без задней мысли, честно ответил Макс.

– Чего?! – разразился гром в спортивном зале. – Какое на хрен кунг-фу?! Твое место здесь!

– Зато я вот новичка привел, – осмелился защищаться ученик.

– А ну марш переодеваться! – раздался приказ. – Попотеешь ты у меня сегодня!

В общем, как бы здорово ни было махать руками да ногами, после этой истории мальчишки вместе стали ходить на борьбу, за что, как признался Эдуард, он по сей день благодарен Максу.

Помимо совместных физических нагрузок и обоюдной поддержки в трудных ситуациях, дружбу ребят также укрепляли сердечные дела. Шустрый и бесцеремонный Макс давал теоретические наставления и приводил практические примеры старшему и робкому товарищу в вопросах с дамами. Для него не составляло никакого труда подойти к любой или даже сразу к нескольким незнакомкам, заговорить, следом – обнять и уже через несколько минут вместе идти гулять или веселиться. Для Эдуарда же, который слегка комплексовал из-за своего невысокого роста, такое поведение являлось настоящим вызовом. Однако вследствие помощи друга и приобретенной на борцовских тренировках уверенности в себе, он в итоге искоренил в себе это ненужное и мешающее ограничение.

А пока еще Эдик закалял характер в любовных вопросах, произошел инцидент, заставивший пройти проверку на прочность их мужскую дружбу.

В общежитии, прямо рядом с комнатой уже проживающих вместе приятелей, поселились две новенькие девчонки. И, как это нередко случается, одна была очень даже симпатичной, а вот вторая, скажем так, слегка от нее отставала. Во всяком случае, такую оценку выдали именно наши два парня. Ну и, конечно, они оба положили глаз на одну и ту же соседку по имени Лена. Само собой, трехлетняя разница в возрасте с этой красоткой, ничуть не смутила Максима, а напротив, добавила задора. Эдуард, хоть и понимал, что шансы его невелики, по сравнению с опытным сердцеедом, тоже старался как мог, накаляя тем самым отношения с другом. В итоге Еленин выбор пал на более энергичного самца, а второй, показав мудрость и силу характера, сумел справиться с эго и отпустил ситуацию. Правда, в гости к юбкам ребята все равно захаживали вместе, только теперь уже Макс к Лене, а Эдик – к ее подружке, так сказать, потискать за компанию.

Их место жительства закрывалось в двадцать один ноль-ноль. На каждом этаже сидела чуткая вахтерша и следила за порядком. А какой нормальный подросток пойдет спать в это время? Особенно, если его переполняет жажда алкоголя и любовных приключений, которые в совокупности создают «ядерную смесь». А такая мотивация к действиям, даже если дверь закрыта, всегда найдет выход. Например, через окно.

Высота второго этажа не имела значения, главное, что между двумя стратегическими окнами проходила водосточная труба, благодаря которой мальчишки лихо перебирались к своим принцессам или возвращались в свои уютные койки после ночных похождений. Правда, карабкаться на трезвую голову – это одно, а вот после нескольких литров пива – совсем иное дело.

Кстати, именно этого легкого спиртного напитка у ребят было в достатке, вследствие маркетингового хода пивоваренной компании и, снова же, находчивости Максима. Даже при пустых карманах следовало найти лишь несколько сантимов на одну бутылку, а после, в соответствии с акционными условиями, обменивать выигрышную пробку на приз в виде очередного пол-литра.

Каким образом он всегда знал, какую взять, спросите вы? Все просто. Глаз-алмаз при правильном угле наблюдения засекал следы отчеканенного нужного им знака даже на внешней стороне металлической закупорки.

Такой безграничный доступ к пивку иногда приводил к затруднениям в достижении следующих целей. Макс, бывало, срывался с трубы, приводя тем самым Елену в ужас, но тут же как ни в чем не бывало вставал и настойчиво забирался в окно. А если он под влиянием спиртного чрезмерно шумел, то в дверь зачастую начинали стучать.

– Что это у вас тут происходит?! – пытливый взор вахтерши бегал по комнате в поиске компромата. – Опять Селиверстов у вас в гостях?!

– Нет, конечно. Откуда ему тут взяться? – отбивалась Елена.

А как только опасность миновала, любовничек вываливался из шкафа прямо в объятья своей дамы сердца. Однако однажды он настолько не рассчитал меру спиртного, что заснул прямо в своем укрытии, начав громко храпеть, как только бдительная надсмотрщица покинула помещение. Что поделаешь, в ту ночь девушке пришлось обойтись смехом от возлюбленного, вместо горячих поцелуев.

Несмотря на свой пылкий темперамент и популярность у женского пола, Максим всегда оставался верен своим принципам преданности своей избраннице. А вот у нее задача была посложнее, в связи с ярким наличием кавалеров, охотившихся за ее красотой. Даже безобидных одноклассников она заранее предупреждала и не позволяла им провожать себя, точно зная, что если ее парень увидит, то проблем не оберешься.

Ведь сама она не раз была невольной свидетельницей проделок Максима, ловко справлявшегося с противниками, нередко даже значительно старше и крупнее его.

Зачастую побои имели место на дискотеках, но случались и средь белого дня. Так однажды, тихо-мирно шагая вместе Еленой утром в школу, Макс вдруг остановился, снял рюкзак и сказал:

– Жди здесь. Я сейчас.

Он быстро перебежал на другую сторону дороги, где проходил какой-то жлоб. Кинул в его сторону пару фраз, после чего свалил с ног и принялся молотить. Благо рядом трудилась дворничиха, которая прогнала забияку своим надежным помощником – метлой.

Как оказалось, этот несчастный был не особо предусмотрительным любителем потрепать языком. До Макса дошли слухи от более младшего товарища по борьбе, что в их школе один здоровяк громко хвалится, что якобы вовсе не боится борцов и что любого из них поломает. Такое поведение было недопустимым, репутацию важно было сохранить.

Поэтому ничего иного не оставалось, как при такой замечательной, утренней возможности преподнести этому быку сюрприз, который впоследствии заставил его призадуматься и надолго притихнуть.

Максим всегда и при любых обстоятельствах готов был отстаивать не только борцовскую честь и жестко пресекать пустую болтовню, но и вступаться за более слабых. Иногда, правда, перегибал палку, применяя слишком брутальные приемы или же зарабатывал увечья, будучи слишком самоуверенным, а значит, – неосторожным.

Как-то раз, придя на очередную тренировку, его неожиданно окружили мальчишки с криками:»

– Макс! Макс! Тут женщина приходила. На доске почета в твою фотку тыкала. Бандитом тебя называла!

– Какая женщина? С чего вдруг он бандит? Ничего не понятно. Одно лишь было ясно, следовало ожидать серьезного разговора с тренером.

– Ну, Макс, рассказывай, что вчера творилось на дискотеке? – голос Юрия Николаевича звучал жестко, но пока сдержанно. – Сегодня мать пострадавшего приходила, жаловалась, слезы лила. В больнице твой соперник, с черепно-мозговой.

– Какая мать? – быстро осознав, о чем речь, стал яро защищаться подросток. – Тренер, вы бы его видели! Там такой кабан, мужик почти, на голову выше меня. Сам виноват, а теперь еще за него мать впрягается…

– От темы не уходи! Рассказывай давай. Как дело было?

– Короче, – слегка расстроившись, принялся отстаивать свою правду ученик. – Мы танцевали спокойно в кругу, никого не трогали, а этот фраер напился, разделся до пояса, грудь колесом, возле нас дрыгался, бутылку об пол разбил, осколки полетели в девчонок, потом Викторию, сестру нашего Эдика, на руки схватил. Она брыкалась, по нему стучала, а ему хоть бы хны. Ну и что мне прикажете? Стоять да молча смотреть на этот беспредел?

– Ну и что дальше?

– Так я к нему подошел и сказал, что это моя девушка, хорош, мол, буянить. Ну и вежливо предложил ему выйти на улицу поговорить, на что он сразу же и согласился.

– И-и-и?

– Ну мы за угол завернули, а там я, уже долго не думая, «в ноги ему прошел», поднял и опрокинул головой вниз. Ну а чтобы наверняка, добавил несколько оплеух, – тут Макс призадумался и вскоре добавил, – да я его даже не сильно-то бил, так, баловался, как с этой маленькой боксерской грушей. В общем, голову ему в итоге солидно раздуло. Но я же за дело! Вступился за Вику.

Тренер постоял несколько секунд молча, а затем заявил:

– Правильно сделал. Мало дал!

На этом конфликт был исчерпан.

В другой раз Максим вместе с приятелем Владом шел мирно на танцы, а навстречу им – местный карлик по прозвищу Чиф. Идет, спотыкается, плачет.

– Чиф! Что случилось? Кто тебя обидел? – прозвучал закономерный вопрос.

– Да там, на дискотеке, в «Тодесе» леща по затылку мне дали да велели проваливать.

– Ты что, прикалываешься? А ну пошли, покажешь мне своих обидчиков.

Максу только дай повод, чтобы побороться за справедливость или за честь ущемленных. Поэтому с уверенностью, что таких-то людей уж особенно притеснять нельзя, они отправились вершить правосудие.

Добравшись до места бесчестия, вызвавшийся «герой» был слегка удивлен возрастом и ростом нарушителей порядка, но так как обратку давать он не привык, принялся смело за дело.

– Которые из них? – подойдя к кругу, в котором плясали ребята из двенадцатого класса, спросил Макс.

– Вот эти двое, – без стеснения указал Чиф.

– А ну-ка, ты и ты, пойдем поговорим!

Двое наглецов, на голову выше защитника карлика, с ухмылками на лицах направились к выходу.

– Ну что, не стыдно вам, жлобам, – начал свою поучительную речь Максим, когда они уже оказались на улице, – над инвалидом издеваться?

В эту секунду заступник повернул голову в сторону потерпевшего, тем самым подчеркивая серьезность сказанного, а когда вернул ее в исходное положение, внезапно получил щелчок в лоб, заставивший его непроизвольно сделать пару шагов назад. Гена, а так звали высоченного забияку, воспользовавшись удобным моментом и металлическим кастетом, провел атаку первым. Максим, склонив голову и приложив к свежей ране свою ладонь, быстро почувствовал на ней теплую, густую жидкость. А затем, учитывая направленное вниз лицо, принял второй удар в район макушки и затылка.

Эта подлая выходка, с учетом грязного приема, застала мальчишку врасплох, от чего он вмиг оправился и, сообразив, что получаемые увечья несут довольно грозный характер, решил, что надо срочно что-то делать.

А что может сделать человек с трехлетним опытом в борцовском искусстве и уже наработанными, четкими рефлексами?

«Проход в ноги», подъем противника и повал его на землю. Проверенный и эффективный способ.

И вот роли дуэлянтов кардинально поменялись и теперь уже Макс сидел на животе у Геннадия и щедро рихтовал его физиономию своими кулаками.

Вдруг из попавшего под жесткую раздачу вырвался отчаянный крик:

– Стреляй! Стреляй!

Максим приподнял окровавленную голову и тут же наткнулся на дрожащее дуло пистолета прямо перед его глазами. Точнее сказать, это дрожало не дуло, а рука приятеля Гены, непредусмотрительно вытащившего ствол, а теперь не знавшего, что с ним делать.

– Стреляй! Стреляй! – продолжал настаивать лежачий умник.

А Макс, не переставая работать руками и смотря прямо в черную дыру, в любой момент готовую выпустить пулю, не растерялся и добавил:

– Ну че?! Давай, стреляй!

И он выстрелил…

Но не по просьбам дерущихся, а случайно, от удара в его челюсть. Это Олег, один из борцов, подскочил на помощь брату и вмазал вооруженному агрессору, который уже в полете нажал на спусковой крючок.

Благо, никто не очутился на линии огня, а вот из-за взрыва пороха вокруг началась паника. Всех зевак вдруг как ветром сдуло, а Гена, вновь воспользовавшись подходящим мгновением, высвободился из-под натиска и тоже стал «делать ноги».

Несмотря на затуманенное сознание по причине пробоин в голове, Макс так просто его не отпустил. Он умудрился его догнать, вновь повалить и, не скупясь, добавить оплеух.

В итоге все участники и свидетели бойни разбежались, а Максим спокойно вернулся в «Тодес» и промыл в туалете свои раны водой, а затем приложил к ним салфетки.

И только после этого, надев аккуратно шапку, покинул место преступления.

И куда направился он далее? Домой? В больницу? Не-а. Он, с мыслью в голове: «ну пипец, случилось», пошел на дискотеку по соседству, где его, как на зло, ожидало еще одно испытание.

– Слышь, дай сигарету, – обратился к нему парнишка, тоже на года три-четыре старше.

– Не курю, – честно ответил борец.

– Ну и лошара! – огрызнулся тот и ушел.

Макс, естественно, такую дерзость просто так оставить не мог. И размышляя: «Да что за херня? Почему именно сейчас?» – догнал хама и потащил его обратно на улицу разбираться.

Немного повозившись с оскорбителем, опрокинул его на землю и, заняв самую выгодную тактическую позицию, стал его избивать.

Если у спортсмена как-то этот вечер не задался, то к желающему покурить, наоборот, удача благоволила. Ранения, которые всего минут двадцать назад прекратили плеваться кровью, теперь снова проснулись, заливая глаза побеждающего. А от быстрой потери обильного количества красной, несущей жизнь жидкости, Макс поплыл. Удары его замедлились, зрение размазалось, а крики толпы «Давай, Макс! Бей его!» удалились.

Вдруг кто-то подхватил его за подмышки и потащил. Это двое знакомых, видя, что он теряет сознание, решили остановить бой. Как оказалось потом, когда лихач очнулся, товарищи его забрали в спортшколу, где промыли раны и привели в чувство.

Ну что, теперь-то точно в больницу? А вот и нет. Даже после таких бурных событий, Максу приключений показалось недостаточно. И он отправился в более безопасное, но не особо спокойное место, к своей возлюбленной.

Елена, увидев голову своего любимого, настаивала на незамедлительном вмешательстве врача. И ее можно понять, ведь увечье на затылке, как выяснилось, было настолько глубоким, что в него можно было легко поместить палец почти на целую фалангу! Однако настоящий мужчина, если что-то решил, то остается при своем мнении до конца. Поэтому раны затягивались самостоятельно и очень долго, чему способствовало не только упрямство мальчишки и уровень их тяжести, а еще и борцовские соревнования, которые начинались через несколько дней после инцидента.

– Смотри, чтобы до турнира голова зажила! Поедешь выступать! – злился Голубев, директор федерации спорта в Даугавпилсе, когда Макс приехал на сборы борцовских клубов.

Конечно, ранения к началу первенства слегка покрылись лечебной корочкой, но полностью исчезнуть не успели, чем и пользовались находчивые соперники. Они, заметив слабые места, специально терлись о них лбами, тем самым пуская кровь. Однако это не помешало Максиму побеждать. На его счету было второе место в родной стране, третье – на Олимпийский играх Латвии и многочисленные золотые медали в мелких соревнованиях.

Его очень ценили тренера и видели в нем большие перспективы, особенно потому, что он дрался не как все.

К каждому бою он подходил налегке, без лишнего напряжения и, как пьяный мастер, танцевал со своими противниками, которые, выучив несколько основных приемов, терялись, не понимая, как с ним бороться.

Но, как это зачастую в жизни бывает, знакомая, наработанная обыденность подвергается естественным изменениям и заставляет человека крутиться в новых условиях, а значит, и жертвовать чем-то привычным в пользу других возможностей.

Девятилетняя учеба подошла к концу. Максим за нее получил аттестат с довольно высокими оценками, похвалу и пожелания от учителей и близких ему людей. Теперь перед ним стоял важный выбор, от которого, безо всяких сомнений, зависела его дальнейшая судьба.

Глава пятая.

Без тормозов

Предпочтение было отдано Железнодорожному техникуму в Даугавпилсе. Тут можно было получить специализированное образование и освоить профессию, связанную с поездами за четыре года. То есть, окончив училище, учащийся получал не только свидетельство об окончании средней школы, но и конкретные трудовые навыки.

При техникуме были два общежития, для первокурсников и для ребят постарше. Максим, соответственно, попал в первое, с которого его очень быстро попросили перебраться во второе по одной очень простой причине. Он гонял невоспитанных постояльцев. Например, с его появлением курение в туалетах стало строго запрещенным, с чем эгоцентрики согласиться ну уж никак не могли. Само собой созревали конфликты, которые молодой студент решал своими, проверенными способами, хорошо уже нам известными.

И, в общем-то, он делал благое дело, да вот только руководству проще было избавиться от источника побоев и возникновения жалоб, чем становиться на его сторону и вводить изменения в уже устоявшиеся привычки здешнего проживания.

Макс переехал, но от этого не особо что-то изменилось, потому что для него разница в возрасте не имела никакого значения. В этой общаге был свой куратор, который, так сказать, следил за порядком. Это был парень, который уже закончил все четыре курса и теперь наставлял молодежь. А кто в свои двадцать с хвостиком лет, получив искушающую власть, умеет ею распоряжаться с учетом законов совести? Очень редкий человек.

Однако для нашего новичка, как вы уже, скорее всего, успели догадаться, ни возраст, ни должность не имели никакого значения. Поэтому, когда ранним утром дверь комнаты Максима с грохотом отворилась под натиском удара ноги, реакция последовала соответствующая.

– Селиверстов! Подъем! Бегом на пары! – скомандовал местный начальничек, не понимая еще, с кем он связался.

Спокойно спящий подросток вначале был ошарашен такой дерзкой выходкой, но, быстро придя в бодрое сознание, применил простой силовой прием и вышвырнул наглеца в коридор.

– Еще раз таким образом сюда зайдешь, я тебе таких люлей навешаю, мало не покажется! – добавил он для надежности.

После этого нестандартного случая куратор, если и осмеливался будить первокурсника, то делал это максимально тактично, тихонько постукивая пальцами по закрытой двери и вежливо предлагая проснуться и направиться на занятия.

Другие ребята, у которых не получалось своими силами справляться с напористостью и агрессией официального наблюдателя за порядком, сообразив, что способ все же имеется, не стеснялись обращаться к более молодому товарищу, который с радостью откликался на их просьбы помочь. Таким образом поддерживалась человеческая, неформальная справедливость.

Очень скоро Максим создал и в этом, втором по величине в Латвии, городе свою репутацию. Особенно она была заметна в самом техникуме, где на досках почета появилось его фото.

При училище действовала борцовская секция во главе с тренером Наваенком, который быстро сдружился с новичком и в итоге не только стал просить его самостоятельно проводить тренировки, но и приводил к нему на проверку здоровенных мужиков из местной охранной фирмы, руководителем которой, к слову, он сам и являлся. А для взаимной выгоды снабжал мальчишку билетами на городские дискотеки, где за порядком следили все те же спортсмены, которых тестировал Макс.

Так, в свои шестнадцать лет он свободно посещал развлекательные мероприятия, на которые вход по закону полагался лишь совершеннолетним.

Финансовая ситуация Максима тоже постепенно улучшалась. С одной стороны, тому естественным образом способствовали новые возможности и связи, а с другой же, – неумолимо растущие расходы. Теперь, помимо пропитания, ему надо было также самому оплачивать проживание в общежитии, которое в целом требовало не особо крупных вложений, но вот растущий аппетит к увеселительным программам заставлял его находить варианты для увеличения бюджета.

Одним из таких являлся так называемый счетчик, на который попадали сокурсники по разным причинам, но чаще всего из-за несоблюдения договоренностей и щепотки хитрости Макса. А происходило это примерно следующим образом.

В четверг товарищ просил в долг три лата.

– Когда вернешь? – появлялся закономерный вопрос.

– Завтра, то есть в пятницу, – поступал ответ.

– Ты не спеши, впереди выходные, спокойно отдохни, а в понедельник рассчитаешься, – включалась смышленость, понимая, что за субботу и воскресенье, с большой вероятностью, деньги будут потрачены, – но если в срок не отдашь, то включится «счетчик» и тогда уже во вторник будешь должен четыре, а в среду пять. Все понял?

– Да, договорились, – при свидетелях жали руки мальчишки.

А в первый день новой недели, при невозврате или же возврате неполной суммы, запускался процесс с процентами.

В другие же разы, в воспитательных целях особо зажатых и боязливых коллег по учебе, Максим прибегал к более изощренным методам.

Так, к примеру, староста группы, придя в училище с новеньким телефоном, очень быстро, но, правда, временно его лишился.

– А ну-ка покажи, что это у тебя там?

До слез, нехотя, дрожащими руками мальчишка передал драгоценное устройство, а Макс, поместив его тут же в свой карман, как ни в чем не бывало направился к станку выполнять порученное трудовиком задание. Дисциплина у этого преподавателя была строгой. Даже выходить по нужде порой не у каждого получалось. Но, безусловно, самого шустрого и находчивого ученика это не касалось.

– Я выйду, – кинул он.

– Да, конечно, иди, – в целях соблюдения порядка и сохранения лица утвердил учитель.

Авантюрист вышел на улицу, выключил мобильник, выждал какое-то время и спокойно вернулся обратно в класс.

– Отдай телефон! – к нему, набравшись смелости, подошел законный владелец сотового.

– Или что? – издевался над ним Макс.

– Или куратору расскажу.

– Ну, ну. Валяй! Он и сам от меня по шапке получит.

– И что же делать? – понимая, что он в тупике, отчаянно спросил староста.

– Значит, смотри, дело такое, – только и дожидаясь такого вопроса, стал разъяснять Максим, – я, когда из мастерской выходил, передал телефон своему пацану, который уже побежал к барыге. Он вскоре за латов двадцать его «скинет», и мы с ним их поровну «попилим».

От услышанного у пострадавшего заслезились глаза, и зародилась собственная злость, которая в данной ситуации не имела никаких шансов на внешнее проявление.

– Но вот смотрю я на тебя, и жалость просыпается.

Похоже, что ты всю жизнь копил на этот мобильник. Поэтому ладно, так и быть, мне от тебя ничего не надо, но вот пацану, что бегает, десятку в любом случае надо заплатить. Есть у тебя такие деньги?

– С собой нету.

– Ну так решай вопрос. Да, и лучше поспеши, если хочешь еще увидеть свой аппарат. Чем дольше мы тут с тобой рассуждаем, тем больше вероятность, что он уже нашел себе другого хозяина.

– Да, но как…

– Смотри, мне все равно, как эта ситуация разрешится. Тут выбирать тебе. Найдешь деньги? Мне звонить пацану, чтобы он вернул телефон? Если, конечно, он еще есть.

– Да, звони, – паникуя, согласился потерпевший.

В результате, совершив тактический маневр повторного выхода из класса, Макс вскоре вернул модное устройство связи владельцу, а взамен получил лишь неполную оговоренную сумму, которую в этот день смогла собрать жертва хитроумной и спонтанной операции.

Соответственно включился «счетчик», после каждого захода солнца прибавляя по еще одному лату к оставшемуся финансовому обязательству.

Таким образом, порой Максим получал стипендию не только за себя, но и еще за нескольких товарищей, попавших в коварную ловушку.

А иногда деньги приходили совсем уж неожиданным путем, искушая подростка совершать не вполне этичные поступки.

Так, однажды катаясь с друзьями на трамвае, Макс заметил, что у пьяного в стельку мужчины, который вылез на остановке, выпала из кармана банковская карта.

Долго не думая, он подобрал потерю и решил воспользоваться этой возможностью по полной.

В магазине были приобретены всевозможные товары: от спиртного, до любого рода подходящей закуски. В то время, чтобы пользоваться кредиткой, не нужно было знать ПИН-код или придерживаться лимита, достаточно было оставить свою подпись на чеке у кассы, что ловко и осуществлял Максим по образцу истинного хозяина.

Было найдено подходящее место, у одного из товарищей в квартире, для успешного употребления всего раздобытого добра. Ребята веселились, наслаждались жизнью и ее дарами, а когда они были исчерпаны, за покупками направлялась делегация.

Все были довольны, схема работала, во всяком случае, пока расплачивался уравновешенный и внимательный Максим. А когда изрядно подпивший Янис, его сосед по комнате в общаге, вызвался побыть временным владельцем золотой жилы, чуткая продавщица ночной смены на автозаправочной станции наконец-таки предотвратила юношеский беспредел.

– Похоже, что она что-то заподозрила, – подумал изначальный зачинщик затянувшейся спецоперации, – и хот-доги не отдает, хотя они уже явно готовы.

Максим предусмотрительно огляделся. В это время суток движение на дороге было практически никакое. Поэтому, когда вдалеке появились две горящие фары, аккуратно ползущие в их сторону, его опасения усилились до стадии тревоги.

– Сваливаем, пацаны, – вначале спокойно, а затем и более настойчиво заявил он, – сваливаем!

Все, кроме Яниса, успешно разбежались по сторонам.

– Сейчас я все решу! – заплетающимся языком доказывал он свою правоту Максу.

– Ты что дурак? Быстро, сваливаем! Черт с ней, с этой картой! – уже таща силой, пытался он спасти упертого приятеля.

Но Янис яро сопротивлялся своему спасению и в итоге был оставлен самому себе. Правда, ненадолго. Так как вскоре подъехавшая машина привезла двух сотрудников охранной компании, а затем и нашла место для еще одного пассажира, который никак не смог доказать свою законную связь с платежным инструментом.

На следующий день задержанного отпустили, и он появился в общаге, но, быстро собрав свои вещи, исчез навсегда. А к Максу в гости еще несколько месяцев наведывалась полиция в поисках главного подозреваемого.

– Да нету Яниса. И не знаю я, где он, – уже по привычке встретил их в очередной раз Максим.

– Так теперь уж мы к тебе пришли, Селиверстов, – сообщили представители исполнительной власти. – Дружка твоего мы нашли. Показания он дал, бумагу подписал. Оказывается, это ты все это время нам был нужен.

Макс пытался увиливать как мог, но все было тщетно. У правоохранительных органов были подписанные сведения, в которых товарищ сдал его с потрохами.

Дело дошло до суда.

К тому времени Максим уже бросил техникум и вернулся обратно в Краславу. Проходя стандартную практику на Даугавпилсском локомотиворемонтном заводе, он наблюдал жуткую картину, которая моментально заставила его пересмотреть свои планы на будущее. В первый же день, придя за опытом на предприятие, он увидел целиком измазанных в мазуте мужиков, греющихся вокруг бочки с огнем.

– И сколько вам тут платят? – озвучил правильный вопрос студент.

– Сотку в месяц, – послышался ответ.

С таким разногласием меж дикими условиями и крошечной зарплатой подросток согласиться не мог. Поэтому, не видя тут для себя перспектив и другого логического выхода, распрощался с учебным заведением, позволив некоторым сокурсникам выдохнуть с облегчением.

Вернувшись на борцовские занятия к своему изначальному тренеру, Максим рассказал ему о случае с банковской картой, а в ответ Чиликин лишь спросил:

– Кто адвокат?

Получив фамилию, он заявил, что с ним знаком и выполнил один телефонный звонок, который мотивировал защитника к более продуктивному труду.

Это и еще одно крайне важное действие, совершенное теперь уже лично Максимом, стало ключевым в этом криминальном деле. Подсудимый заранее разыскал терпилу, извинился, объяснил ситуацию и честно вернул ему все деньги.

Поэтому на суде потерпевший никаких претензий к виновнику не предъявил, а напротив, подчеркнул, что по молодости бывает всякое и попросил взять во внимание тот факт, что все денежные средства были ему возмещены.

Прокурор, несмотря на благосклонность пострадавшего, требовал обязательного наказания в виде одного года лишения свободы. Будто бы, учитывая условия в исправительных заведениях, это заставило бы мальчишку задуматься, замолить свои грехи и стать на праведный путь.

К счастью, принять правильное решение судье помог адвокат, который мастерски огласил предварительно подготовленный монолог, расставляя ценные акценты на спортивных заслугах подростка и возможных близлежащих достижениях во имя своей страны.

Максим был очищен и свободен.

Можно было смело продвигаться к следующей цели – получению полноценного среднего образования, которое теоретически давало дополнительные возможности.

Для этого мальчишка поступил сразу в одиннадцатый класс вечерней школы в Краславе. Такого обучения было абсолютно достаточно, учитывая то, что на занятиях он и так редко появлялся, а успеваемость и без того была на высоте.

Правда, закончить и это учебное заведение ему не удалось.

Во время одного из занятий, которые он почтил своим присутствием, в коридоре раздались тяжелые, быстрые шаги, которые, предвещая беду, остановились у входа в класс.

– Селиверстов! – прогремел голос взбешенного директора, появившегося в дверях. – На выход!

Максим не стал испытывать судьбу и послушно покинул урок. А как только пересек порог, ему на руки проворно накинули металлические браслеты. Глава школы прибыл в сопровождении двух мужчин в форме, которые без разговоров повезли подозреваемого в участок для выяснения обстоятельств недавнего происшествия.

– Ну что, был сегодня в баре «Алладин»? – спросил участковый в комнате допросов.

– Был.

– В драке участвовал? Избил человека?

– Было дело.

– Деньги у него забрал?

– Да, брал.

– Ну вот и отлично. Молодец, что добровольно сотрудничаешь со следствием. Значит, сделаем так, сегодня уже поздно, устали все, шагай домой, а завтра с самого утра чтобы был в участке, зафиксируем сказанное тобою на бумаге.

Так его и отпустили, дав несколько часов попрощаться с домом.

Но направился Максим в ином направлении. Предварительно выполнив телефонный звонок и получив строгое приглашение, он направился в гости к Юрию Николаевичу.

– Рассказывай, как дело было, – уже в домашней обстановке потребовал тренер-попечитель.

– Играли мы с Владом в биллиард, когда в бар заявился здоровяк. Явно не местный, скорее всего, из столицы. На нем – дорогая дубленка, под каждой рукой – по девчонке, да и сам он весь на понтах.

– Ближе к сути.

– Так вот, Владу приспичило покурить, ну а, вы меня знаете, я с любым могу заговорить. Значит, подхожу к этому бугаю и вежливо прошу одну сигарету, на что мне тот в грубой такой форме «заработай и купи!». Ну а я же не могу так просто хамство оставить, вот и продолжил диалог словами «так деньги есть, нужна всего одна, можешь, так дай, в чем проблема? Че ты сразу бычишься?» И тут он совсем страх потерял и говорит: «Я тебя сегодня трогать не буду, а завтра я тебя убью!». Резко, конечно, но мне интересно стало, и я спросил: «А чего сегодня трогать-то не будешь?» На что мне этот клоун тыкает пальцем в мою голову и заявляет: «Потому, что у тебя шапка Найк». И тут у меня уж совсем аппетит разыгрался. Я головной убор снял и изрек ему: «Ну у меня шапки теперь нету, убей меня сегодня!» Дальше меня что-то отвлекло на секунду, и я голову отвернул, а вернувшись к нашему разговору, получил удар прямо в нос его огромадной ручищей. Ну я по инерции чуть назад отошел, руку к лицу приложил и чувствую кровь потекла из ноздрей. А он, главное, такой деловой, развернулся и пошел к барной стойке что-то заказывать. Ну я уж теперь точно не мог этого так просто оставить. Подошел к нему, левой рукой развернул к себе и, подпрыгнув, как дал ему в челюсть, от чего он тут же и рухнул на пол. После этого, чтобы не усугублять ситуацию, мы с Владом вышли и направились в соседний магазин, а когда вернулись на улицу, там уже целая толпа цыган собралась вместе с этим «шкафом». И тут при всех этот, как его, гнилой Цыпля говорит: «Брат, брат, пойдем, я покажу тебе, кто тебя ударил», – и ведет «быка» ко мне. Поначалу я, конечно, остолбенел от такой наглости и подумывал и ему «приложить», но быстро сообразил, что теперь уж слишком много свидетелей, поэтому срочно стал искать другой выход из положения. В итоге я сам этого здоровяка «загрузил», мол, это он первый напал, нос мне повредил, из-за чего теперь мне придется к врачу идти, а визит денег стоит. Короче, я нормально ему так по ушам проехал, что он по праву ощутил себя виноватым, и сам мне двадцатку на лечение передал. Меня такой расклад полностью устроил, и мы с Владом удалились.

– Понятно, – заявил внимательно слушавший тренер, – значит, завтра сделаешь вот как. Оденься потеплее и ступай к ментам, как и договаривались. Драку подтверждай, а по поводу денег отнекивайся. Максимум трое суток тебе дадут, остальное я порешаю.

Так он и сделал, все по инструкции. Полицейские, конечно, были в бешенстве:

– Ты что, щенок, себе позволяешь?! Ты же вчера отчетливо говорил, что деньги тоже брал!

– Ничего не знаю, пишите, как сейчас указываю.

Разгневанные дядьки в погонах, прекрасно понимая, что при таких показаниях никакое дело они не сошьют, просто вышвырнули пацана из полицейского участка, не желая с ним возиться.

А на улице опять вышедшего сухим из воды поджидал один из цыган, не без причины переживавший за свою шкуру.

– Макс! Это не я тебя сдал. Слышишь? Я тут ни при чем.

– Разберемся, – получил он лишь короткое в ответ.

В итоге оказалось, что цыгане, после того как Максим с Владом покинули место разборки, накинулись на бугая, избили, порвали дубленку, отняли все деньги и мобильник, а вину решили скинуть на борца. Вполне возможно, что из-за каких-то своих прошлых обид.

Но не тут-то было.

Правда, они еще довольно легко отделались, потому что Юрий Николаевич напрочь запретил жаждущему мести раздувать огонь и собственноручно вершить правосудие.

– Ты уже достаточно наломал дров, – отметил тренер, – не лезь! Я сам их накажу.

Так, снова не без помощи своего воспитателя, Макс вновь избежал тюремного заключения, которое могло как минимум оставить неприятный отпечаток в душе на всю оставшуюся жизнь, а возможно, даже и полностью ее разрушить.

Поскольку с учебой не задалось, пришлось в ускоренном темпе искать другие способы развития.

Вскоре подвернулась работка на стройке. Эдик, в надежде подзаработать, собирался ехать на строительный объект где-то под Ригой и заодно позвал с собой друга, который с легкостью согласился. Условия для первого такого опыта были просто катастрофическими. Ребята ночевали прямо на месте труда на пенопласте, питались чем попало, а на выходе заказчик еще и отказался выплачивать честно заслуженные деньги. Просто так смириться с таким положением вещей они не могли, и Эдуард, как главный зачинщик данной авантюры, постоянно названивал обманщику Васе, но ничего добиться не мог до тех пор, пока информация опять-таки не попала к Юрию Николаевичу.

– Передайте ему, что я его в порошок сотру, если он вам не выплатит все до сантима в ближайшие дни.

Как выяснилось, и этот нехороший человек был известен тренеру, который не мог не помочь своим мальчишкам.

Максим в краславском кафе

Всего несколько слов в связке с фамилией Чиликин добились значительно большего эффекта, чем многочисленные фантазии с угрозами юнцов. И законная оплата очень быстро очутилась в соответствующих мозольных руках.

Для Эдика такая сфера деятельности, особенно после еще одного незавидного, личного случая, стала отталкивающей, и он решил поискать счастья в других профессиях, а вот Максим продолжил набираться опыта в тяжелой строительной нише.

В Краславе был некий Виталик, который сколачивал ремонтные бригады из местных желающих и реализовывал всевозможные проекты, чаще всего, в столице или ее окрестностях. К нему и обратился Макс.

Получив в помощники парнишку по прозвищу Угол, они направились в старую Ригу, где удалось получить государственный заказ на ремонт офисных помещений в здании с декоративными, черными котами на крыше. Тут условия были получше, появлялись даже небольшие авансы, которых хватало на пропитание. Однако, когда дело подошло к конкретной зарплате, вдруг нарисовались местные бравые ребята и потребовали от Виталия свою долю, так как это якобы была «их территория». Все рабочие при виде спортивных, серьезных молодцов лишь опустили головы, но только не Макс.

– А ну-ка постойте, – осмелился возразить он, когда их начальника рэкетиры потащили к выходу, – так дело не пойдет. Мы тут пашем, жрать нечего, вы его уводите, он нам бабки должен. Давайте решать вопрос. Если мы не будем трудоспособны, то не сможем зарабатывать ни себе, ни вам.

– О, самый малый тут, а правильно говорит, – удивился главный вымогатель.

После таких слов трудящимся были вновь выданы скромные авансы, позволяющие хоть как-то прожить некоторое время, а уже через несколько дней Максима с помощником отправили на другой объект, якобы более спокойный, в «Яунмарупе» – спальный район Риги.

Был ли это тактический ход самого начальника, искусно пользующегося прикрытием якобы бандитов, чтобы отсрочивать момент выплаты жалований своим подчиненным, или на самом деле ему приходилось отдавать процент местным верзилам как дань за возможность трудиться на этой земле, мы не узнаем. Но вот что известно точно, так это то, что честно заработанные финансовые средства все же в будущем приходилось настойчиво выбивать из Виталика.

На новом рабочем месте тоже было весело. Местные трудяги под вечер любили побаловать себя алкоголем, который быстренько включал у них режим повышенной смелости и развязывал языки.

Максиму пустая болтовня, особенно с элементами выпендрежа никогда не нравилась, поэтому, долго не думая, сам словесно загрузил мужиков, которые вначале хотели было поставить малого на место, но вовремя уловили в его изречениях твердый опыт и воздержались от дальнейших выяснений отношений, что, безусловно, избавило их от вполне вероятных телесных повреждений. Распознав в нем «своего» пацана, они дали ему двадцать латов и отправили в магазин пополнить запасы спиртного.

Сперва мальчишка думал отказать, мотивируя себя нежеланием кому-то прислуживать, но живо сообразил, что сумма довольно крупная и ее хватит на пиво не только для заказчиков и его самого, но еще и сдача останется как плата за услугу.

До ближайшего магазина был солидный кусок дороги, а в крови у Макса уже безобразничал этанол. Поэтому, увидев стоящий на улице трактор, он вместе со своим «верным помощником» прыгнул в кабину и принялся проходить первую свою практику вождения тяжелой техники.

Как заводить тягач, он разобрался, доехать, как-то доехал, пугая встречающиеся машины и заставляя их прижиматься к обочине, а вот заглушить мотор оказалось сложнее всего. При первой остановке на месте закупки хмелящего товара ему в этом помог массивный столб, а вот подъезжая обратно была лишь хилая табличка с названием населенного пункта, которая не выдержала натиска железного коня и в момент приняла горизонтально положение. Далее канава помогла слегка замедлить ход неугомонного зверя, а в итоге лишь набор из хаотичных нажатий всех имеющихся кнопок и рычагов заставил его замереть в миллиметрах от забора и будки охранника.

Безбашенную делегацию встречал с широко открытыми глазами Виталик, который уже прибыл за ребятами, чтобы отвезти их на выходные в Краславу. Как начальник он, наверное, и хотел сделать строгий выговор за такую наглую выходку, да не успел открыть рот, потому что Максим первый на него напал:

– Где ты катаешься?! Сколько можно Тебя ждать?! Угол, давай пулей бери наши вещи и поехали домой!

Через пару минут двое прыгнули в БМВ шефа, готовые к поездке, которую, к слову, Максим всю проспал, похрапывая на заднем сиденье.

Прошло несколько дней, и усердный работник, гуляя неподалеку с друзьями, решил заглянуть в офис за полагающейся ему зарплатой. В один момент толпа ребят заполонила небольшой кабинет с удивленным Виталиком.

– Ты мне деньги должен, – с ходу заявил предводитель стаи.

– Макс, ты пойми меня правильно, трактор ты разбил, знак снес, это все – издержки, которые я вынужден вычислить из твоей зарплаты, – услышал он в ответ.

– Чего?! – поступило незамедлительное возмущение. – А ну гони честно заработанные деньги!

– Макс, Макс, не кипятись! Я же как лучше хочу, – вилял хитрый начальник, – вот смотри, сколько вас много. Если я тебе сейчас всю сумму выплачу, ты ее вмиг с дружками и потратишь.

– Че за базар?! – взбесился понимающий, что его пытаются развести. – Ты что думаешь, что можешь распоряжаться моими мозгами?! Ты что-то попутал! А ну бабло гони, а то разнесем тебе сейчас тут все! И твой офис и тебя с ним вместе.

– Ладно, ладно, не горячись! Вот твои деньги.

После такого инцидента Максим решил на какое-то время оставить строительную деятельность в покое. Он остановился в квартире сестры, в Краславе, развлекался, тренировался и не брезгал новыми приключениями на свою голову. А в итоге натворил всяких сомнительных дел и понял, что настала пора менять место жительства.

Сдав все, что плохо лежало и имело хоть какую-то ценность в ломбард, в том числе телевизор и две золотые цепочки Елены и ее приехавшей в гости подруги, а взамен оставив свою более легкую, он купил билет на самолет в один конец и двадцать блоков сигарет, которые упаковал вместе с немногочисленными личными вещами в спортивную сумку. Распрощался с родными и беспечно отправился в путь с горячей надеждой в сердце на лучшую жизнь.

Часть вторая. Посадят или убьют

Глава шестая.

В поисках лучшей жизни

Ставка была сделана на столицу Великобритании, привлекающую к себе каждый год толпы туристов. Одни прибывали туда познакомиться с достопримечательностями, другие – развлечься, а третьи – найти себе работу и обогатиться. Большинство приезжих оставались лишь временными гостями, а некоторые, приняв местные условия игры, запускали корни.

Макс же не знал об этом городе практически ничего, кроме того, что там его ждала девушка Лена.

Лондон, как обычно это бывает, вначале встретил прилетающих из Латвии пасмурной погодой, а затем потребовал пройти таможенный контроль. Максим, будучи более чем смышленым парнем, не стал расстраиваться раньше времени и, чтобы увеличить свои шансы проживания на этом перспективном острове, забрав свою сумку с ленты багажа, сперва направился в уборную. Там он весьма преобразился, преднамеренно сменив свою одежду на, скажем так, менее привлекательную. Теперь, вместо обтягивающих брюк и майки крутого пацана, на нем висели сомнительные шорты и грязная футболка, придающие ему, как он сам отметил, вид лоха.

Чтобы легально окунуться в возможности английской страны, ему предстояло сразиться с внушительных размеров темнокожим таможенником, бдительно проверяющим порядочность приезжих. Сразиться не в буквальном смысле этого слова, а, прежде всего, ментально и эмоционально, то есть с умом и спокойствием.

– Фром Рига? – прозвучал первый, закономерный вопрос.

– Ес, – кинул Макс одно из немногочисленных известных ему слов на здешнем языке, мастерски прикидываясь дурачком.

– Сигареты? – спросил человек в форме, указывая рукой на сумку.

– Ноу, – пришлось соврать после короткого раздумья.

Опытный взор контролирующего похоже сумел-таки засечь легкую неуверенность туриста, и он решил проверить это дело лично. Тяжелая рука приблизилась к багажу и всего лишь пару раз на него нажала, пытаясь тем самым нащупать табачные изделия.

– Окей, гоу, – Максиму было разрешено пройти.

Что ему позволило сохранить нелегальный груз, везение или, может, жалость таможенника, остается загадкой. Главное, что план сработал, и довольный Макс вскоре уже обнимал свою подругу.

Радости, правда, не суждено было продлиться долго.

– Я потеряла работу, – сообщила вскоре Елена.

Нужно было срочно действовать.

Привезенный товар быстро нашел себе нового владельца, а вырученных денег хватило на неделю проживания в съемной квартире и пропитание. Плачевности сложившейся ситуации придавал взорванный, типичный двухэтажный автобус, оставленный почему-то на продолжительное время на улице вблизи их места проживания, каждый день напоминающий об опасности террористических актов. А вскоре, не найдя за семь дней оплачиваемого труда, парочка отправилась в городской парк, где провела очередную неделю, ночуя на своих сумках и скамейках.

Каждое утро они начинали свой поход по местам, предоставляющим различного рода услуги. Елена прежде всего была нацелена на бары и рестораны, а вот Максиму больше по душе были автомойки.

– Просто говори – ай эм лукинг фор э джоб – учила его подруга быстрому курсу английского, который за все года учебы в школе уверенно оставался на зачаточном уровне.

Так он и делал, не имея никаких комплексов в общении с незнакомыми людьми. Ходил с утра до вечера по огромному мегаполису, предлагая свою трудовую силу, а к концу дня всегда возвращался на исходную точку. Тут-то ему и пригодились полученные в «Jaunsardze» навыки ориентирования, правда теперь уже в городских условиях. Телефоны тогда еще были без навигаторов, бумажная карта тоже отсутствовала, зато в его голове крутился интуитивный компас, точно указывая нужное направление.

Первой удача улыбнулась девушке, которую взяли в бар мыть посуду и прибираться. Следом и над Максом сжалилась судьба, и его приняли на первую его работу за двадцать фунтов в день.

– Умеешь мыть машины? – задан был самый главный в этом деле вопрос.

– Конечно! – долго не думая, кинул Макс, будучи уверен, что ничего сложного в этом нет.

Однако под конец рабочего дня шеф позвал его к себе и заявил, что все же его навыки в чистке автомобилей оставляют желать лучшего, и он готов платить ему всего лишь десять фунтов.

На такую сделку Макс пойти не мог, так как за комнатку, которую они с Леной только что сняли, приходилось платить семьдесят в неделю. Математика не сходилась, поэтому парнишка не глядя распрощался со скуповатым работодателем, получив самое главное – опыт.

Не прошло и пары дней, как другая автомойка стала его рабочим местом, обещая уже гонорар в тридцать единиц местной валюты. Тут недовольства его трудом не наблюдалось, зато быстро назрела зависть одного из сотрудников. Мойка принадлежала группе людей албанской национальности, а один из их родственничков там подрабатывал, тоже управляясь тряпкой. Рядом с главным рабочим пространством у них было организовано небольшое помещение для свободного времяпровождения и прокачки мышц. Соответственно там можно было потягать тяжести, чем примерно через неделю труда решил воспользоваться Максим. И все бы ничего, вот только эта «самоволка» почему-то не понравилась его коллеге, явно отстающему в способностях жима лежа. Вот только выразить свое недовольство он осмелился как минимум очень странным способом.

При выполнении следующего заказа жидкость, предназначенная для мойки стекол, была распылена на Макса. Ну а он, как мы уже отлично знаем, такие случаи не списывает на долю случайностей или просто принимает как есть, подставляя вторую щеку. На подзатылок виновного тотчас обрушился пока еще скромный, предупреждающий удар ладонью, что пробудило в нем отчетливо проявленную злость. На какое-то время он сдержал свои эмоции, но как только клиент отъехал на уже чистенькой машине, в латвийского сотрудника полетела грязная тряпка. Максим чувствовал, что что-то назревает и был готов к такому повороту событий. Поэтому вначале с легкостью поймал летящий в него предмет, а затем, подойдя ближе к напарнику, кинул ему ветошь обратно и искусно «прошел ему в ноги». Далее с легкостью поднял подлеца, перевернул его и бросил головой вниз.

Владельцы малого бизнеса, будучи свидетелями произошедшего, были в шоке, но держались уверенно, скорее всего, из-за наглядного численного преимущества. Макса настойчиво пригласили в офис, где начались многочисленные, а главное, непонятные ему, но явно угрожающие, крики в его сторону.

– Чего они хотят? – спокойно спросил борец другого своего коллегу, который был из Литвы и иногда помогал с переводом.

– Да возмущены они, говорят, что раз уж ты такой крутой, давай теперь с ними попробуй силами помериться.

– Так в чем проблема? – тут же отреагировал Макс, ощущая уже привкус хорошей драки. – Только чтобы по-пацански было, по одному, пусть выходят на улицу.

– Ты что, дурак? – удивился литовец.

– Переводи! Просто переводи, как говорю. Я пошел во двор, пусть выходят. Я готов с каждым из них сразиться.

Послание было переведено, и в помещении, как по волшебству, воцарилась гробовая тишина, прерванная в итоге лишь хлопком двери за спиной смельчака. Максим честно ждал, но никто из албанцев так и не высунул нос, зато отправили парламентера, который уже успел неплохо себя зарекомендовать в виде переводчика.

– Ступай домой, сегодня стрессовый день, отдыхай.

Максу повторять не надо было. Он взял свои вещи и мирно удалился. А на следующее утро, четко в положенное время был снова на трудовом месте.

День выдался напряженным, учитывая кружащие вокруг него и удивленные и одновременно озлобленные взгляды. А вместе с окончанием рабочего времени его позвал к себе шеф, выплатил полагающуюся зарплату за неделю и попросил больше не приходить, мотивируя сказанное наличием скромного количества клиентов.

– Мы тебе позвоним, – подытожил уже бывший работодатель.

– А куда позвоните? Номера-то у вас моего нету, – Макс решил до конца выяснить ситуацию.

– Ну запиши, оставь, – пал безразличный ответ.

Максим в съемной квартире, в Лондоне

– Ясно, – утвердил безработный вслух, прежде всего, для самого себя, отчетливо понимая, что звонка ему от этих людей никогда не дождаться.

Процесс поиска оплачиваемого труда закипел заново. Достижение желаемого результата усложнялось не только из-за скудного владения местным языком, но и еще из-за отсутствия необходимых для официальной занятости документов. Большинство потенциальных работодателей не хотели рисковать и создавать себе проблемы с властями. И хоть со временем Максим получил все надлежащие бумажки для легального труда, то так никогда ими и не воспользовался. А прожил он в Великобритании в итоге аж целых три года, занимаясь именно одним делом.

Как-то раз прогуливаясь по английским улочкам и рассматривая местную архитектуру, он обратил внимание на один дом в довольно плачевном состоянии. Во дворе возился со строительными инструментами в руках мужчина преклонного возраста. И было видно, что помощь ему явно не была бы лишней.

– Ай эм лукинг фор э джоб, – произнес Максим хорошо заученные слова, подойдя поближе.

Старичок выпрямился, взглянул на молодого, крепкого парня и предложил ему подождать, а сам вернулся к своим делам. Прошло некоторое время, и к дому подъехала машина, за рулем которой, как оказалось, сидел сам владелец имения. Двое местных мужчин провели недолгую беседу, то и дело поглядывая на Макса, а закончив, хозяин подошел к новичку и протянул ему руку со словами:

– Джерри Смит.

Начало было многообещающим. Как оказалось позже, старик убедил шефа в том, что ему одному не справиться на этом объекте, и сразу предложил вполне достойного кандидата в помощники. Чутье нанимателя не подвело его, ведь в будущем Максим превзошел в разы какие-либо возложенные на него ожидания.

Джерри, понимая, что новый работник в английском не силен, достал из кармана две двадцатки, объясняя тем самым величину его дневной зарплаты. Такая договоренность более чем устраивала приезжего, отчетливо помнившего, сколько получали мужики на ремонтном заводе поездов в Даугавпилсе.

Так началось их деловое сотрудничество, со временем переросшее в дружбу, а следом, и в практически семейные отношения. У Джерри, как оказалось, не было детей, и Максим, проявляя исключительные человеческие качества, в итоге стал ему как сын.

Начальник оказался человеком весьма состоятельным. Ему принадлежали семь домов и вдвое больше квартир по всему Лондону, которые он, прежде всего, сдавал в аренду. А параллельно продавал часть своего имущества и на вырученные деньги покупал недвижимость на аукционах. Далее реставрировал приобретенные объекты и добавлял их в уже проверенный оборот, таким образом способствуя разрастанию своих владений.

Максим, быстро проявив себя как человек, которому можно доверять и который стоит как минимум двух обычных сотрудников по скорости труда, стал накапливать привилегии. Бывали дни, когда он и вовсе не работал, а катался с шефом по городу, посещая кафешки и магазины.

Любые покупки оплачивал начальник, вдобавок сохраняя ему дневную зарплату, которая, к слову, также со временем росла.

Джерри, по всему видимому, не хватало своего отпрыска, и свою душевную пустоту он закрывал отношениями с Максимом. Иногда, словно любящий отец, он позволял себе безобидно стукнуть его кулаком по плечу, что всегда имело свои последствия. Борец никогда не оставлял такие выходки незамеченными, независимо от статуса задиры. Его железный принцип неизменно гласил, что любые проявления агрессии или неуважения следует пресекать на корню, дабы они не разрастались. Поэтому и его работодателю доставалось. Сдача за вроде бы удары в шутку всегда возвращалась с удвоенной силой, что заставляло эго Джерри немедленно просыпаться и настойчиво диктовать свои правила. Соответственно, махание кулаками приобретало более насыщенный характер, в котором более взрослый и менее опытный в боевых искусствах всегда оказывался в проигрышной позиции. А заканчивались обычно такие потасовки довольно серьезным конфликтом сторон, в котором шеф, будучи под влиянием бушующих эмоций, выгонял своего лучшего работника.

– Да без проблем, – в таких случаях отвечал Макс, – давай зарплату, я пошел.

А вечером того же дня или на следующее утро пыл оседал, и англичанин брал телефон и приглашал его обратно. Максим не держал зла или обиды, поэтому с легкостью соглашался, и их сотрудничество продолжалось.

А однажды ребяческие замашки начальника чуть не стоили ему жизни. Как обычно, едва стукнув рукой латыша, к нему мигом вернулась обратка. Страсти тут же накалились, и Джерри быстро решил приложить уже удар посильнее, что могло лишь добавить ему проблем, а не принести превосходства над мнимым противником. Так оно и получилось. Максим, ловко перехватив летящую к нему руку, вначале мастерски ее подломил, а затем своей второй готов был нанести сокрушительный удар, да, слава Богам, вовремя остановился, сообразив, что в ней у него зажат нож, которым он до возникновения потасовки мирно выполнял строительные работы. Глаза шефа от увиденного холодного оружия удвоились, а сам он застыл от страха. А когда шок прошел, в ход пошла проверенная схема.

– Что ты делаешь?! – закричал Джерри Смит. – Мне такие проблемы не нужны! Выметайся!

– Ладно, без проблем, будь здоров! – спокойно ответил защищающийся и покинул рабочее место.

А на следующий день проверенный сценарий повторился, и Максим вернулся к своей ремонтной деятельности.

Трудился он много и качественно, а в результате – надлежащим образом отдыхал. Деньги он не считал и уже тем более не откладывал, а когда веселился, то вместе с ним гуляли все.

Летал он порой и на родину, где с радостью проводил время со знакомыми и щедро их угощал. Макс был, так сказать, идеальным другом, который и «проставлялся» и защищал в случае чего. Ну а себя он уж тем более никогда не давал в обиду. И раскидывал всех, кто неподобающим образом себя вел.

К примеру, под его руку попали двое недальновидных и нерешительных охранников, один из которых посчитал, что модного посетителя не следует впускать на краславскую дискотеку. Максим пришел отдохнуть и, целеустремленно пробравшись через толпу людей, неуверенно мнущихся у входа, был готов вступить на территорию плясок, но один из стражей порядка непредусмотрительно схватил его за майку и потянул.

– А ну стоять! – прозвучал грозный голос.

– Ты че, прикалываешься? – возмутился борец. – Руку убери! Футболка стоит, как твоя месячная зарплата.

Между мужчинами стал разгораться спор, при виде которого подоспел и второй охранник со словами:

– Ты че быкуешь? Пойдем отойдем в сторонку!

– Так, с удовольствием, – пал неожиданный для них ответ.

Знали бы они то, что известно уже нам, точно вели бы себя иначе. Но так уж распорядилась в тот вечер судьба, что они столкнулись с соперником, который с превеликой радостью принимал подобные вызовы.

Макс пошел первый и, зайдя за угол, был готов к схватке. Вот только формальные блюстители порядка вдруг сменили тон и явно стали стремиться к мирному завершению дел.

– Ладно, все, успокойся, – заявили они, – шагай домой!

– Ну уж нет, – не согласился борец с таким ходом событий, – а ну-ка идите сюда!

Сперва слегка попугав своим грозным видом и шустрыми руками, Максим прошел одному из охранников в ноги, поднял его и опрокинул головой вниз. Затем присел на корточки, прижимая шею пострадавшего коленом к земле, и, то и дело похлопывая его ладонью по затылку, стал учить его хорошим манерам. Второй же «герой» принялся было защищать товарища, да делал это уж совсем как-то неумело. Вместо того чтобы нанести сокрушительный удар, для реализации которого ему были созданы все необходимые условия, всего лишь толкался руками и трусливо чесал языком. Макс, которому в итоге надоели эти женские выходки, встал и повторил тонкий прием. А затем, завершив разминку, спокойно направился танцевать на дискотеку, которая осталась в эту ночь без своих защитников.

Бурно и весело проводя время в Латвии, он встречал разных своих знакомых, многие из которых тоже желали себе лучшей жизни. А так как объектов для реновации у Джерри было в достатке, то дополнительные умелые руки приходились очень кстати. Поэтому тех, кто имел хоть какой-то опыт в строительно-ремонтных работах и возможность отправиться за границу, Максим стал постепенно забирать с собой.

Первым из таких счастливчиков оказался Эдгар, который присоединился к нему, как только он закончил свои продолжительные гулянки на родине. В карманах было пусто, оставшихся денег хватило лишь на дорогу. Вся надежда была на Джерри, который явно подбодрил бы финансами. Да вот только после прилета Макс никак не мог до него дозвониться.

Вариантов было немного. А одним из них являлся так называемый сквоттинг. Это довольно распространенная возможность бесплатного проживания в Великобритании и других странах с похожим законодательством в данном вопросе. Суть заключалась в том, что нуждающиеся в крыше над головой находили заброшенный или просто какое-то время пустующий дом, взламывали, а затем и меняли на свои, замки и становились временными жильцами. Истинный же владелец недвижимости после своего возвращения сталкивался с далеко не приятным сюрпризом и все, что мог сделать, так это вызвать полицию, которая, к слову, не имела права выгнать непрошеных гостей, и подать на нарушителей в суд. Вскоре сквоттеры получали повестку с приглашением на судебное разбирательство, на которое, конечно же, не появлялись. Процесс повторялся до трех раз, после чего хозяин дома или квартиры, наконец-таки, теперь уже легально, имел право выставить наглецов за дверь.

В общем, если вы когда-либо окажетесь в незавидном положении, без крова, то можете разыскать подходящее место и, совершив небольшой акт вандализма, занять жилище на время отсутствия законного владельца, – плюс три дополнительных, бесплатных месяца. Правда, я бы не стал испытывать судьбу в странах с более жесткими жителями, такими как, например, русскоговорящие, потому что они вряд ли станут вызывать правоохранительные органы, а просто собственноручно вышвырнут вас на улицу.

Максим с Эдгаром же поступили немного иначе. Не став кого-либо обременять своим присутствием, просто вломились в дом, хозяин которого был им известен. По крайней мере, одному из них точно.

Джерри, по непонятным причинам не выходивший долгое время на связь, приехал в итоге на один из своих объектов и был вынужден сразиться со вспыхнувшим в нем страхом. Войдя в дом, он услышал, что в нем явно кто-то есть, что сразу навело его на мысль о сквоттерах, из-за которых сроки окончания ремонтных работ могли бы значительно сдвинуться. Преодолевая свою тревогу, он поднялся на второй этаж, где выдохнул с облегчением, потому что его поприветствовал радостный Макс.

Финансовая ситуация ребят тут же улучшилась, и, сперва утешив свои животы, они сняли себе небольшую квартирку неподалеку.

Вскоре также прилетела подруга Максима Елена, которая еще на какое-то время оставалась дома, чтобы расслабиться. Коротко они пожили втроем, а затем Эдгар, подзаработав, вернулся на родину.

Отношения с девушкой складывались по-разному. Тут тоже случались разногласия, и грозные в том числе, но, в данном случае, конечно же, без рукоприкладства.

Бывало, молодые люди расходились, поддавшись коварной силе эмоций, однако лишь временно. Лена обычно в такие периоды жила у своей подруги, а затем возвращалась к возлюбленному, как только их чувства все же брали верх.

Принятая ими модель семьи имела под собой природную основу, правда, не всегда обоюдно соблюдалась. Максим, будучи истинным добытчиком, сам оплачивал и жилье, и пропитание, а на плечи Елены ложился уют в их очаге. Вот только вернувшемуся вечером с работы мужчине зачастую приходилось еще и прибираться в квартире, так как хозяйка не уделяла этому моменту должного внимания. Какое-то время Макс готов был мириться с таким пренебрежением, но после нескольких замечаний и отсутствия изменений его терпению приходил конец, а тогда разговор был коротким:

– Все, хватит! – заявил он после очередной собственноручной уборки и готовки ужина, – сколько это будет продолжаться? Я нас одеваю, кормлю, дом оплачиваю, а ты, блин, королевна, сидишь тут! Хоть основные женские дела ты могла бы сделать?! Мужик на стройке целый день пашет, домой приходит, а жрать нечего! А ты сидишь да ногти красишь! Ты вообще страх потеряла?! Мне такая не нужна! Давай, собирайся и вали отсюда!

Гордая дама соглашалась с такой постановкой вопроса и оперативно покидала совместное место обитания, а через некоторое время они снова сходились.

Джерри же в таких ситуациях, как старший наставник, учил Максима жизни, предоставляя в качестве примера свой шаблон поведения в семье. У них было принято все делить пополам. То есть пятьдесят процентов всех общих счетов оплачивала его женщина, хотя по факту она зарабатывала в десятки, а то и в сотни раз меньше. Но это не имело значения. На западе все равны и у всех равные права, что у женского, что у мужского пола.

Какая модель эффективнее, сложно сказать, ведь каждая из них – рабочая. Осмелюсь лишь предположить, что выбор подходящей зависит от уровня осознанности и нравственности личностей, принимающих участие в совместной деятельности.

Если в семейном деле ситуация часто имела характер синусовидный, то в профессиональном Макс преуспевал и с каждым днем набирал все больше ценного опыта. Джерри поручал ему все более ответственные задания и щедро вознаграждал. А когда были деньги, были и гулянки на широкую ногу.

Так, слетав в очередной раз в Латвию развлечься, Максим привез с собой еще одного друга – Сашку, который в итоге остался надолго, помогая своим трудом реализовывать проекты господина Смита.

Ребята вместе трудились, вместе развлекались, а чтобы жизнь стала еще слаще и веселее, стали добавлять в свой рацион «травку». Не то чтобы они сами к этому стремились, нет, просто обстоятельства, как это зачастую бывает, к тому вынудили. У них на объекте был сосед, англичанин, который как раз таки был заядлым любителем этого дурманящего дела. А так как в компании курить всегда веселее, он, раздобрев после нескольких затяжек, делился «добром» с работягами.

– Саня, давай работать! – подбадривал Макс, сам будучи навеселе.

– Какой работать? Я все, не могу больше ничего делать, – отвечал расслабленный друг.

Александр, получив дозу забавляющего дыма, мог балаболить часами, сидя без дела. Поэтому Максим, движимый присущей ему ответственностью, в итоге ввел запрет на употребление этого наркотика в рабочее время, дабы не нарушать эффективность труда.

Однако полностью отказываться от приносящего дополнительную, пусть и искусственную, радость в их повседневность товара они не стали, все чаще разрешая ему проникать в их юные жизни.

Глава седьмая.

Жизнь сладка

Работодатель Джерри, ведущий себя как заботливый отец и наставник, купил очередной здоровенный недвижимый объект и предложил Максиму в нем бесплатно пожить около шести месяцев, пока будут подготавливаться документы для реновации. Приглашение с благодарностью было принято, и расходы на основные жизненные потребности у борца значительно снизились.

В доме было все необходимое для комфортного проживания, и даже больше. Своей величиной и количеством комнат он запросто мог бы угнетать живущего в нем одного человека. Но у Макса дефицита в друзьях не наблюдалось, а доброта души не имела границ, пока с ним себя вели по-человечески. Поэтому вскоре свободные помещения стали заселяться его знакомыми.

– Бери с них арендную плату и зарабатывай, – учил предпринимательскому делу Джерри.

– Нет, я так не могу, – отвечал ученик, – это мои друзья. Пускай пацаны побольше заработают. Я же даром здесь живу, вот и они пускай.

В общем, все, кто откликнулся в этот период времени на зов Максима и отправился на заработки в Лондон, дополнительно обеспечивались бесплатным жильем и веселой компанией, что в связке с предоставленной, достойной работой рассматривалось как идеальные условия.

Одним из принявших тогда вызов был Артур, по прозвищу Герц, с которым наш герой был знаком еще со времен Даугавпилса. Собрав деньги на дальнюю поездку, он присоединился к ребятам и их ремонтной деятельности, однако в скором времени нашел себе иного рода занятость. Правда, это не сильно повлияло на их отношения и интенсивность совместных приключений.

Пристрастившись к травке, парни стали сами искать способы ее добычи, а для этого пришлось посещать не самые приятные и благополучные районы города. Соответственно, приходилось иметь дело с не особо нравственными личностями, в добавок не брезгующими защищать свои интересы холодным и огнестрельным оружием.

Во время одной из таких вылазок, Макс с Герцем даже раздобыли желаемое практически безвозмездно, играя, конечно же, с огнем. Выбрав одного из многочисленных, темнокожих торговцев наркотиков потенциальные покупатели решили взглянуть на товар.

– Показывай, что там у тебя, – заявили они, предварительно предъявив доказательство своего намерения в купюрном виде.

– Отличный товар, не пожалеете, – обрадовался продавец и полез за своей заначкой.

Хранил он ее в щели, где крепилась передвижная решетка, закрывающая на ночь витрину какого-то магазина. Во всяком случае туда он полез пальцами и стал ковыряться, испытывая терпение желающих курнуть. Макс, имеющий привычку все решать быстро, и тут принялся за дело.

– А ну-ка отойди, – сказал он, доставая из кармана небольшую отвертку, которую прихватил с собой на всякий случай, так сказать, для безопасности.

Строительного инструмента оказалось мало и Максим обратился за помощью к другу:

– Давай свой нож, – потребовал он.

Герц тоже был вооружен и не постеснялся этого продемонстрировать, достав свою раскладушку.

Нелегальные продавцы крайне редко занимались этим опасным делом в одиночку. Соответственно, и у этого был свой товарищ, стоящий неподалеку, с которым они настороженно переглянулись, увидев, что покупатели нынче пришли далеко не простые.

– Слушай, как достанешь, нас позовешь, – заявил Макс афроамериканцу, кладя себе в карман небольшой пакетик, который ему удалось извлечь из хитрого места хранения.

Сами же смельчаки развернулись и пошли по своим делам как ни в чем не бывало. Торговцы, конечно же, были возмущены таким положением вещей и принялись преследовать латышей, громко и угрожающе выкрикивая что-то им вслед.

Для соблюдения маломальского порядка английские улицы довольно часто патрулировались полицейскими машинами, о чем прекрасно знал Макс. Поэтому принял очередное быстрое решение и сделал то, что умел лучше всего. Повернулся к опасности лицом и прошел ближайшему ее представителю в ноги, а затем умело его кинул головой вниз. Артур тем временем не стоял без дела, а применил свои способности, которым обучался на тренировках по боксу. Хлесткий, боковой правой в подбородок настойчиво усадил второго агрессора на землю. А когда оба торговца оказались обезвреженными, поблизости замаячил свет мигалок, и раздался громкий сигнал правоохранительных органов.

– Делаем ноги! – крикнул Герц, и бойцы понеслись по улице, пока люди в форме принялись трясти поверженных барыг.

Вообще, увеселяющее растение поспособствовало не одной авантюре с участием ребят. А самой яркой, и к тому же с наличием немыслимых стечений обстоятельств, проявила себя встреча с местным поляком. Так мы его предусмотрительно будем называть.

На первый взгляд, это было обычное знакомство, коих было у Макса огромное количество, учитывая его открытость к возможностям и уверенность в себе. Однако, как выяснилось в ходе бесед и совместных тусовок, этот человек польской национальности был далеко не так прост.

Во-первых, он в свои молодые годы уже имел в Лондоне свое недвижимое имущество, которое успешно сдавал, что, соответственно, заинтересовало Максима, так как вечно жить Джерри явно не представлялось возможным. А во-вторых, этот поляк зарабатывал себе на жизнь подпольными боями, в которых лично принимал участие.

Телосложением он был крепок и на несколько сантиметров превосходил борца по росту, а вот с головой, похоже, дружил не особо. О самих бойцовских турнирах он выражался так:

– Кровь пущу, нос противнику разобью, тысячу фунтов заработаю.

Вот такая простая схема легкого, на словах, заработка. И легкомысленному Герцу она понравилась. Правда, сам он не очень-то стремился принимать участие в этом сомнительном мероприятии. Зато подбивал к нему друга:

– Давай, Макс, давай, иди! Порвешь там всех!

Но борец, не видя в такой затее особой для себя выгоды, решил вежливо отказаться. А вот обойтись без драки с хваленым польским бойцом все равно не получилось.

Чтобы обеспечить себе постоянство в наличии жилья, Максим предусмотрительно дал поляку задаток в размере двадцати фунтов на будущую аренду. Вот только никогда этой услугой так и не воспользовался. А встретив случайно через пару месяцев потенциального арендодателя, потребовал залог обратно.

– Ты что, шутишь? – посмеялся поляк. – Какие двадцать фунтов? Забудь.

– Ну, фраер! – подумал Макс и стал интенсивно размышлять, чтобы предпринять.

– Слушай, а трава есть? – быстро спросил смышленый латыш.

– Конечно, сейчас найду, жди здесь, – без задней мысли заявил подпольный боец, радуясь, что тема денег закрыта.

Максим с Артуром подождали немного, пока их общий знакомый побежал на близлежащую дискотеку и через несколько минут принес мешочек анаши.

– Сколько? – пал естественный вопрос.

– Двадцать, – ответил поляк.

Макс взял в руку пакет, присмотрелся ему и кивком головы утвердил сделку как состоявшуюся. Затем засунул товар в карман и собрался уходить.

– Деньги давай! – возмутился недальнозоркий продавец.

– Какие деньги? – теперь Макс запел свою песенку. – Ты мне должен был, не хотел отдавать. Вот я и забрал таким способом.

Поляк, не ожидавший такой дерзости, стал яро защищать свои инвестиции прямо посреди толпы людей вокруг. Резко встал в стойку и начал прыгать, размахивая руками.

Но мы-то с вами знаем, что опытного борца таким поведением удивить нельзя, а вот что точно можно, так это раззадорить его интерес к достойной драке.

На этот раз Максим начал с упреждающего удара кулаком в челюсть, затем ловко прошел в ноги, поднял противника, развернул его и опрокинул головой об асфальт. Теперь можно было смело приступать к добиванию. Но Герц, при виде многочисленных, испуганных лиц вокруг, стал силой оттаскивать друга.

– Сваливаем! Сваливаем! – настаивал Артур.

Макс особо сопротивляться не стал, даже будучи под влиянием искушающего адреналина, и парни помчались по дороге подальше от места происшествия.

Свернув через пару сотен метров во второстепенную улочку, ребята пробежали еще немного и, обогнув очередной угол дома, остановились, чувствуя себя в безопасности в узком проходе.

– Надо отсидеться, – предложил один из них, тяжело дыша.

– Ага, – подтверди второй.

А чего сидеть без дела? Проскочила шальная мысль у Герца в голове, и он тут же внес гениальную идею на рассмотрение:

– А давай «дунем».

Максим, не нащупав в своем сознании никаких сопротивлений, охотно согласился, и друзья забили, так сказать, косяк. Затем, безмятежно покурив и изрядно расслабившись, решили, что времени они здесь провели предостаточно и направились на все ту же второстепенную улочку, с которой они сюда попали. И каким же было их удивление, вмиг погасившее их задорное настроение, когда именно в этот момент, пробегая по главной дороге в метрах тридцати от них, повернул в их сторону голову поляк, явно ищущий возможности для возмездия.

– Да как же так, – проскочила мысль у Макса в голове, – почему он пробегал здесь именно сейчас?

Потерпевший недавнее фиаско, зафиксировав цель, которую он так отчаянно искал, ринулся на нее, что есть мочи.

– Побежали! – Герц стал тащить товарища за руку от надвигающейся угрозы. – Побежали!

– Ты что, прикалываешься? – отмахивался Макс, – как я буду укуренный по всему Лондону от этого дебила бегать?

– Перестань, сматываемся!

– Я не побегу, – обозначил свою четкую позицию борец, – спокойно, постой в сторонке, сейчас порешаем вопрос.

Боевая машина, весом минимум на десяток килограммов больше Максима, стремительно приближалась, всем своим видом демонстрируя готовность отвоевывать похищенную честь. А одурманенный травкой парень спокойно выжидал, расслабленно перелистывая в памяти борцовские приемчики, которые можно бы было применить в данном случае. А когда разъяренный враг в паре шагов от него подпрыгнул и с лету хотел нанести сокрушительный удар, инстинкты сработали автоматически. Простой шаг вперед переломил ход событий, не позволяя нападающему результативно завершить свою атаку, а защищающемуся снова присвоить себе победу. Оказавшись в непосредственной близости с поляком, Макс схватил его за ноги и мастерски поменял траекторию его полета, теперь уже, – головой вниз. А как только здоровяк оказался на земле, сел на него и стал одаривать его обильными ударами по лицу и защищающим его рукам.

– Полиция! Полиция! – стал вдруг кричать сам агрессор, кое-как отбиваясь.

– Ах ты, барыга! – подумал Макс, вскипев от злости – сам нам траву продавал, сам драку развязал, а теперь еще и ментов зовешь?

Удары посыпались еще чаще и с удвоенной силой, отчетливо передавая весь перечень чувств, задетых несправедливостью.

– Сваливаем! – снова включился Герц, видя вдалеке людей с телефонами в руках. – Сваливаем!

– Ну теперь можно, – ровно заявил борец, как будто его оторвали от чтения утренней газеты.

Друзья в темпе понеслись навстречу своей свободе и спокойствию, а, достигнув противоположной главной улицы и услышав приближающуюся полицейскую машину, остановились.

– Завяжи шнурки, – вдруг скомандовал Максим.

Ребята присели на корточки, одновременно скрываясь из вида проезжающих автомобилей за припаркованными у обочины. Механическое средство с мигалками, достигнув точки пересечения с улочкой, на которой, по их сведениям, происходил разбой, не обнаружив подозреваемых, развернулось и понеслось в обратную сторону. В свою очередь, двое причастных к нарушению порядка спокойно встали и миролюбиво зашагали куда подальше.

После этого случая поляк им на глаза более не попадался. Наверное, это даже и к лучшему для него самого, так как, мягко говоря, боец из него оказался никудышный, во всяком случае, на фоне закаленного уличными разборками Макса.

Вместе с Артуром было весело, порой очень даже опасно, но весело. Друзья поддерживали друг друга как могли, но, к сожалению, в итоге случилось то, что, во-первых, никто не мог предвидеть, а во-вторых, никто не смог решить. Макс старался как мог, но даже он оказался бессилен.

Мать Герца провела большую часть жизни в исправительных учреждениях, а ее сын, соответственно, – в детдоме. Когда он подрос и начал зарабатывать, то часть финансов, или же материальных благ, стал отправлять своей родительнице, чтобы ее поддержать. А однажды, живя уже в Англии, обнаружил в газете объявление от якобы ясновидящей бабки, которая за определенную плату, конечно же, могла помочь справиться с любыми житейскими бедами. К ней-то он и обратился с горячей надеждой в сердце и фотографией матери.

А по возвращению его, как подменили. Теперь он резко становился без какой-либо причины агрессивным и кидался на людей с кулаками, видя в них недоброжелателей к своей скромной персоне. Только Макса он кое-как слушал, тот не раз еще выручал его из создававшихся на ровном месте передряг.

В конце концов, когда однажды Максим отдыхал с Еленой, катая шары в боулинге, а по совместительству приглядывал за весьма теперь уже странным другом, Герц все же умудрился подловить удобный момент и улизнул. Нескольких самостоятельных минут ему хватило, чтобы затеять бессмысленную драку с охранниками, которые, долго не думая, вызвали полицию.

– В чем дело?! – обрушился на них Макс, когда все же сумел разыскать пропавшего товарища на улице. – За что его забирают?!

– Не лезь, – услышал он в ответ, – а то и тебя вдогонку закроют. Он на нас напал, вначале бормотал какую-то несуразицу, а затем и кулаками стал размахивать. Так что сам виноват.

Договариваться было поздно. Герца забрали люди в форме и поместили в тюремную больницу, где его «лечили» различными методами и препаратами, от которых бедолаге становилось лишь хуже. Максим тем временем навещал друга, принося полезные посылки. А потом Артура отправили на родину, где он попал в тюрьму под красивым названием «Белый лебедь».

Позже Макс наводил справки, пытаясь понять, что же произошло с его другом, а в ответ получил информацию, что Герца выпустили на волю, да вот все равно он каким-то чудным и остался. А все потому, что однажды сходил к колдунье за помощью…

Максим еще не раз летал в Латвию, где и сам попадал в серьезные передряги, из которых ему удавалось выходить сухим из воды, благодаря своей смелости, находчивости и везению.

При очередной поездке его мать, Елена, которая тогда проживала в Краславе, по-женски так, неосмотрительно пожаловалась сыну, что ее, мол, с друзьями обидели в «Тодесе», местной дискотеке, где проходили вечеринки для тех, кому за сорок. А дам ведь оскорблять негоже, это уж каждому известно. Поэтому Макс, собрав местных, давно знакомых ему пацанов, направился наводить свои порядки.

В «Тодесе» попавших на прицел возмездия не оказалось, и серьезно настроенные ребята двинулись в клуб по соседству.

Дело было зимой, и природа недавно порадовала обилием выпавшего снега, который не всегда и не везде как следует расчищался. Вот и их тропинка была создана ровно под одного пешехода.

Мама шла впереди, а боевая группа поддержки слегка отставала. В какой-то момент напротив появились две высокие фигуры крепкого телосложения, которые с каждым шагом приближались на встречном курсе. Мирно разминуться, не задев друг друга или не замочив ноги в глубоком снеге, не представлялось возможным. Поэтому деловые ребята, видимо посчитав, что их величественные личности куда важнее какой-то там незнакомки, просто оттолкнули ее в сторону. Елена под воздействием сильной руки полетела в сугроб, как перышко, а ее персональная охрана сперва слегка опешила из-за такого неожиданного поворота событий, а затем, без слов проведя мгновенный суд, лихо кинулась исполнять вынесенный нарушителям приговор.

Двое здоровенных мужчин такого явно не ожидали. Первого сразу завалили и отметелили, второй же на какое-то еще время сохранил свою способность стоять, отважно отбиваясь от атак, но в итоге и он оказался бессилен перед натиском спортивных ребят.

После моментальной расплаты за недостойное поведение проходимцев бригада Максима отправила Елену домой, а сама направилась на дискотеку, где очень быстро их приключения продолжились.

Как оказалось, двое избитых состояли в рядах местных охранников и не постеснялись вызвать подмогу, теперь уже, так сказать, для встречной мести. Четверо ребят, быстро взвесив свои шансы на победу, решили, что в данном случае надежнее будет применить вариант с бегством. Живо выскочив на улицу, они засверкали пятками и забежали за угол. Кроме одного из них, Эдика, который решил схитрить и, перебравшись на противоположную сторону дороги, тихо-мирно зашагал, как будто он тут вовсе не при делах.

– А если не сработает? – проскочила мысль в голове у Макса, который заметил изощренный маневр друга.

Так оно и случилось.

– Этот тоже был с ними! – заорал недавно избитый мужчина и первым подскочил к Эдуарду.

Опять завертелась драка, в которой Максим просто не мог оставить приятеля одного, особенно, с учетом приближающихся людей в камуфляжной форме. Борец, не теряя ни секунды, развернулся и отправился на помощь. А когда находился всего в паре метров от угрожающего Эдику, то ли споткнулся, то ли поскользнулся и, упав, доехал на коленях по снегу до цели, обхватил ее за ноги и технично опрокинул.

Со стороны, наверное, это выглядело впечатляюще, даже поболее эффектных картин из кинофильмов. Потому что подоспевшие охранники не стали наносить болезненные удары своими дубинками Максу, который к этому моменту уже вполне себе комфортно расположился на изначально проявившем неуважение к Елене и награждал его своими кулаками.

– Оставь его! – кричали голоса. – Вали отсюда!

– Вы что охренели?! – возмутился Макс, не переставая молотить руками. – Сами валите, а то и вам наваляю!

Вокруг смельчака плясали резиновые палки, иногда лишь тыркая в него, пытаясь оттолкнуть. Он же продолжал свое рыцарское дело, обучая хорошим манерам местного негодяя, а из-за поворота в этот момент выглянул полицейский бобик.

– Что там у вас происходит?! – раздался пронзительный вопрос вместе со скрипом тормозов.

Максим, отчетливо понимая, что с ментами шутки плохи, и вести себя с ними так же, как с охранниками было бы по меньшей мере неразумно, на ходу изобрел гармоничное решение. Он вскочил на ноги и потянул за собой свою боксерскую грушу, которую, к слову, пришлось придерживать, чтобы та не завалилась обратно на землю.

– Все нормально! – пояснил он. – Выпили, подрались, помирились. С кем не бывает?

У представителей правоохранительных органов при виде шатающегося, окровавленного типа, явно наблюдались сомнения по поводу высказанного. Поэтому они обратились за подтверждением к самому побитому:

– Это так?

Но ответ не последовал.

– Да так, так, – нашептывал на ухо своему недавнему противнику Макс, а в руку засунул ему десять евро, – вот тебе бабла. Подрались, помирились. Радуйся. Скажи – так! А то обоих загребут!

– Ну… да, да… – неуверенно замычал мужчина.

На этом машина с сигнальными огнями отъехала, а ребята, пожав руки, разошлись каждый в свою сторону.

Казалось бы, конфликт исчерпан, но не тут-то было.

На следующий день мирно шагающего по краславским улицам Максима настиг другой, полицейский автомобиль, а его водитель настойчиво так пригласил парня проехать с ним в участок.

– В чем дело? – поинтересовался Макс, сидя на заднем сидении. – В чем причина задержания?

– Вы ребята совсем обнаглели, – пал ответ, – из-за ваших вчерашних разборок теперь один мужик в реанимации, а второй заявление на вас катает.

– О чем это вы? – немного подумав, обвиняемый решил пойти в отказ. – Не было меня ни на каких разборках вчера.

– Ну это мы скоро выясним. Свидетелей много.

В участок для опознания виновного пригласили сотрудников охранной фирмы, но они, к счастью, тут же соскочили, утверждая, что вчера была не их смена, и они ничего не видели.

Тогда пригрозили самим пострадавшим.

– Так пусть приходит, – заявил Макс, до последнего не веря, что поступило официальное обвинение.

Но через несколько минут в кабинет вошел здоровяк с разукрашенной синяками физиономией. Именно тот, на которого вчера два раза обрушился гнев Максима.

– Это он? – спросил офицер у потерпевшего.

Борец, понимая, что его внешний вид соответствует тому, что был во время драки, решил не сидеть бездействуя в ожидании приговора. Резко вскочил со стула, одновременно стягивая с себя особенно приметную шапку, и встал лицом к лицу с распознающим.

– Ну что, я это был?! Я?! – закричал он, создавая переполох и наводя страх на и так уже изрядно побитого.

Полицейские силой оттянули Максима и усадили обратно на место, а сами направили вопросительные взгляды на опознающего.

– Похоже, что все-таки это не он, – в итоге промолвил потерпевший, скорее всего, еще раз хорошенько взвесив все «за» и «против», присущие сложившейся ситуации.

За недостатком доказательств Макса вновь отпустили. А люди с погонами, прекрасно все понимая, злились из-за своего бессилия и проделанной впустую работы.

Думаю, хорошо, что в итоге так все закончилось. Ведь попади парень за решетку, кому от этого было лучше? Особенно, учитывая крайнюю сомнительность в эффективности исправительных процессов, заложенных в современных тюрьмах.

Вступаться порой приходилось не только за мать, но и за сестренку, которая в это время уже проживала со своим кавалером, Валерой. А учитывая пылкость ее характера и мужское эго хозяина в доме, не терпящее посягательства на свою власть, семейные застолья, в меру разбавленные спиртными напитками, иногда принимали буйное направление.

Так, совместно отмечая очередной Новый год в краславской квартире, заснувшего уже Максима вдруг разбудила его подруга Лена, тревожно сигнализируя, что за стенкой начались серьезные разборки. Как оказалось позже, влюбленная парочка повздорила, и разъяренная женщина, сняв свою туфлю, опрометчиво швырнула ее в Валерия, у которого, благо, реакция проявила себя наилучшем образом, и он успел увернуть голову, прежде чем летящий предмет вонзился каблуком в стену.

Осознав всю опасность такой изощренной атаки, мужчина, естественно, вскипел и накинулся на Алену, у которой шансы на победу в этой неравной схватке были весьма малы.

Максим, вскочив с постели после глубокого сна, со словами «все, хватит!» подошел к Валере и, подняв его за ноги, «нежно» положил его на пол. Затем сел на него и стал придерживать его руки, ожидая полного успокоения страстей.

Но не тут-то было.

Сестра, воспользовавшись удобным моментом, схватила стоявшую рядом хрустальную вазу и со всего маху разбила ее вдребезги о голову своего обездвиженного противника.

При виде кровавого насилия, брат Валерия, который тоже участвовал в новогоднем веселье, набросился на непредсказуемую женщину и стал неумело пытаться ее побороть, катаясь с ней по полу.

Макс, утомленный идиотизмом происходящего, отправил главного пострадавшего в ванну промывать рану, а сам сперва оттянул за шкирку второго любителя женских побоев, а затем велел сестре одеваться. И только когда отвел ее в другую квартиру и убедился в безопасности ситуации, разрешил себе отправиться на боковую.

Встреча Нового, 2003 года. Максим (слева) и Эдуард

На этом закончились приключения той праздничной ночи, а пыл и обида вскоре угасли, и Валерий с Аленой снова вернулись к своей прежней, совместной жизни, которая продолжалась долгие годы.

Вообще, людей, которым Максим помогал то деньгами, то физической поддержкой, то дельным советом, – с каждым годом становилось все больше. А пропорционально его добрым деяниям росла и благодарность к нему.

В Лондоне у него появлялось все больше знакомых, а с некоторыми из них, обладающими благородными личностными качествами, завязывались отдельные, более дружеские отношения.

Одним из таких достойных приятелей стал на время Денис Шемякин, которого богатый отец, как это зачастую бывало, отправил на престижное обучение за границу. Как познакомились ребята история утаивает, зато точно известно, что товарищи любили проводить вместе время, покуривая и весело шутя.

А при одной из таких увеселительных встреч у Дениса на хате в дверь вдруг ворвались темнокожие ребята и безо всяких объяснений стали собирать все ценное. Телефон, игровая приставка, часы, и даже какая-то мелочь, попали к ним в жадные лапы. Максим со вселенским спокойствием наблюдал за происходящим, а вот его друг очевидно напрягся и то и дело поглядывал на борца с явной просьбой о помощи.

Когда обнаглевшие взломщики закончили сбор подати и были готовы попрощаться, путь им преградил незнакомый им Макс.

– Стоять! – коротко обозначил он их дальнейшие действия, закрывая им перед носом дверь. – Кто такие? И почему наведались?

– Он нам денег должен, – заявил один из хулиганов, показывая на хозяина квартиры.

– Правду говорят? – уточнил Макс.

– Да, – подтвердил должник.

– Когда брал? – продолжил свой допрос защитник.

– Вчера.

– Когда обещал вернуть?

– Через три дня.

– Так получается, что прошел лишь день. Так?

– Так, – заверил Денис.

– Вот через три дня и приходите, – снова обратился к разбойникам Максим, – договор был такой. Чего сейчас притащились?

Потрясенные афроамериканцы стояли как вкопанные, не зная, что ответить. А допрашивающий надавил еще сильнее, демонстрируя свое непоколебимое намерение отстаивать справедливость:

– Договор такой был?!

– Такой, – согласились, повесив носы, злодеи.

После чего, без дополнительных команд, осознав свою неправоту, они аккуратно положили все награбленное на места и откланялись.

В другой же раз Денис сам пришел к Максиму за помощью.

– Слушай, тусовался я тут с одним типом, а тот тем еще хитрюгой оказался, на деньги меня развел, в общем, должен он мне. Поможешь с ним разобраться?

– Да без проблем. А где его искать-то?

– Есть тут один дом, – пояснил Ден, – где вся их бригада обитает. Думаю, он может быть там.

И ребята бравым шагом направились в потенциальное место нахождения должника. А Макс по дороге пояснил:

– Твой английский значительно лучше моего, поэтому говорить будешь сам, а я поддержу если что.

Так они и условились.

Однако, когда дверь открыл агрессивный, без умолку матерящийся темнокожий мужчина, Дениса как подменили. Он встал, как столб и не мог выдавить из себя ни слова, пока его поливали грязью.

Макс, привыкший решать вопросы по-другому и понимающий, что надо выручать товарища, отодвинул его в сторону и проявил собственную силу намерения в паре с непоколебимой уверенностью в себе.

– Так, угомонись! – последовало жесткое заявление. – Мы Шоти ищем, где он?

Теперь хозяин дома открыл рот и замер от удивления и вспыхнувшей в нем тревоги.

– Шоти? – лишь смог выдавить из себя он.

– Да! Шоти! – настаивал Максим. – Он нам должен. Где он? В доме? Нам зайти и проверить?

– Нет, – промямлил недавний позер, – я не знаю где он.

– Как увидишь его, передай, чтобы сам к нам пришел. А то нам приходится ходить и искать его, да вас тревожить. Все понял?

– Да, да, – пал напуганный ответ.

В общем в итоге вопрос был решен, а Макс добавил еще один плюсик к себе в карму.

В целом Денис был отличным парнем и даже имел некий опыт в боевом искусстве, а именно кикбоксинге, но в критических моментах почему-то цепенел и не мог отстоять свое мнение.

Поэтому, когда Максим собирался уезжать из Великобритании, Ден выразил ему глубокую благодарность за, так сказать, наставничество и практическое обучение жизни, которого ему не хватало. К сожалению, контакт с другом в итоге был прерван из-за утраты мобильного телефона и всех записанных в нем контактов.

Во время пребывания в Англии Макс выручал и других товарищей. Например, приехавших из Краславы двоих братьев, младшего Олега и Славика Шквару. Старший являлся известным авторитетом в преступном мире и в Лондоне исполнял роль смотрящего в определенной группе людей. То есть в случае разногласий наводил порядок. А так как его годы давали уже о себе знать, он иногда обращался за помощью к нашему борцу.

– Не тот я уже стал, понимаешь? Будь другом, сходи, разберись, – просил Шквара-старший.

Максима никогда упрашивать не надо было. Он всегда откликался на зов, особенно, если дело касалось справедливости и чести. Так он защищал обиженных мужьями женщин, решал пацанские споры, наказывал беспредельщиков.

А однажды к нему обратился воистину обеспокоенный Шквара-младший.

– Макс, выручай, – говорил он по телефону, – сидели мы значит на хате, отдыхали культурно. Да с белорусским смотрящим повздорили, а он совсем безбашенным оказался, нож схватил, стал гоняться за мной. Я в комнате заперся, так он всю дверь искромсал. В конце концов удалось мне от него отделаться, но вопрос так оставлять нельзя.

– Согласен, – ответил борец, – что-то много он на себя берет. И где он?

– С хаты он уже соскочил. Но я знаю, где обычно обитает их банда.

Ребята условились о месте встречи, а затем направились в автосервис – базу белорусских братков.

Вечерело. Чужой район настораживал своей серостью, а вероятное численное преимущество противника создавало в голове сомнения в целесообразности затеи.

– Слушай, может не пойдем? – выразил свои опасения вслух Олег.

– Да ладно, – ответил не привыкший отступать Макс, – уже пришли. Чего ходить-то туда-сюда? Пойдем, разберемся.

– Так там куча мужиков.

– Нормально все!

И тут, как подарок с небес, из ремонтного ангара вышел человек и направился в кусты по нужде. А закончив, был готов вернуться в свое укромное гнездышко, да вот только Шквара его распознал.

– Так это он, – обрадовался Олег.

– А ну-ка, иди сюда! – сразу включился Макс.

– Чего надо?! – смело возмутился, будучи на своей территории, мужчина.

– Сегодня со Шкварой выпивали вместе? – пошел в словесное наступление борец.

– Ну, выпивали.

– Ты кем, вообще, по жизни будешь? Ты выпендривался, заявлял о своей авторитетности, ножом махал. Какой ты, на хрен, смотрящий после этого? Разве так дела решаются?

Короче говоря, загрузил его Макс по полной. А натворивший дел, проявив рассудительность и стойкость характера, в итоге протянул вперед руку, предлагая перемирие. Однако Шквара, в избытке набравшись стресса, таким финалом был неудовлетворен и, жестикулируя понятным для всех присутствующих образом, намекал своему защитнику, чтобы тот врезал обидчику в целях соблюдения равновесия и правосудия.

– Олег, успокойся, мир, – настаивал белорус, не опуская руку.

Неудобный момент затягивался, и Макс подумал, что надо, наверное, врезать. Что он успешно и сделал в следующую секунду, усадив недруга на землю.

– Вот теперь мир, – провозгласил Шквара, – и чтобы больше такого не было!

– Ага, щас, – пробубнил принявший удар, вытирая кровь с лица и целенаправленно шагая к ангару.

Не успели победители удалиться и на пятьдесят метров, как за ними ринулась дико орущая толпа из человек десяти, а то и пятнадцати. У всех из них в руках виднелись металлические и деревянные палки, сулящие максимально неблагоприятные предстоящие события.

– А вот теперь, Олег, – пояснил не без иронии Максим, – надо уже ноги делать. Здесь я вряд ли управлюсь.

И понеслись догонялки по лондонским улочкам да переулочкам, долго маневрируя по которым, ребята в конечном счете сумели-таки оторваться и спасти не только свои ценные жизни, но и удержать свои тела в целости и сохранности.

Будучи открытым к поддержке для нуждающихся, Максим попадал в различного рода передряги, из которых порой лишь каким-то чудом выпутывался без единой царапины. А иногда недобросовестные люди пользовались его авторитетом и скрывали за ним свои грязные поступки.

Как-то раз к нему поступил телефонный звонок от знакомого.

– Макс, привет! – заговорил Влад.

– Здорово!

– Слушай, – слегка неуверенно задал он вопрос, – ты что это, с моей подругой спал?

– Чего?! – возмутился борец. – Что за предъява?

– Она мне сама рассказала, что вы вчера с ней развлекались, – продолжил наступление Владислав.

– Да ты что?! – удивился Макс, – я ее уже год как не видел.

Эта дама была давней его знакомой из Краславы, девушкой легкого поведения, так сказать, которая, как и многие, тоже переехала в Англию в поисках лучшей жизни.

– А она утверждает обратное! – не унимался звонящий.

– Так пусть сама мне это скажет, – быстро придумал решение Максим.

Была включена громкая связь и девчонка без стыда и совести заявила:

– Да, мы вчера с тобой переспали.

– Да вы что там совсем потерялись?! – рассмеялся обвиняемый. – Все, пока. Сами разбирайтесь со своими проблемами.

Позже Максим разузнал, что она в тот день и вправду загуляла и прыгнула в постель с каким-то «щеглом», которого Влад бы просто прибил, если бы узнал истину. А на Макса можно было смело спихнуть вину, мол, попробуй, с ним разберись.

Такие случаи с катящимися в его сторону «лживыми бочками» происходили все чаще и постепенно перестали его удивлять. Что уж было брать с тех, кто был не в ладах с собственной совестью?

А пока Макс отлично справлялся с чужими проблемами, его постигла своя, появляющаяся уже не первый раз. Отношения с Еленой снова пошли под откос, и ничто не предвещало, что когда-нибудь их совместная жизнь наладится и станет гармоничной.

Поэтому, давно вынашивая желание сдать на права и владея информацией о том, что в Берлине существуют курсы на русском языке, Максим распрощался с близкими ему людьми и направился осуществлять свою мечту.

– Я скоро вернусь, – говорил он друзьям, расставаясь.

Но не вернулся.

Глава восьмая.

На Берлин

В немецкой столице Максима ожидали. Мать и новый отчим по имени Мирзад.

Елена уже некоторое время проживала в Германии, в один прекрасный день набравшись смелости и приняв приглашение на работу за границей. Изначально она предоставляла услуги по присмотру за престарелыми, ухаживая за ними, готовя еду и убирая. А вскоре познакомилась с мужчиной и перебралась жить к нему.

Новый кавалер был родом из Боснии и придерживался мусульманского вероисповедания. По профессии он был педагогом, но на тот момент занимался уже более перспективным и прибыльным строительным бизнесом. К своей даме он относился с уважением и опекал ее. Поэтому смело можно сказать, что наконец-таки судьба одарила Елену достойным кандидатом в спутники жизни.

Получив поддержку в виде сильного мужского плеча, мама Максима сменила деятельность на близкую своему сердцу, то есть стала готовить. Ее взяли трудиться в ресторан поваром, а быстро распознав в ней профессионала своего дела, начали приглашать на всякого рода банкеты, где тоже можно было прилично заработать.

Приехавший, как изначально планировалось на время, сын сперва поселился у них. И чтобы не тянуть, сразу пошел да записался на обучение водительским навыкам.

Без дела сидеть не хотелось, поэтому, послушав совета отчима, Максим оперативно открыл свою строительную фирму. Для этого понадобились: решительность, смелость, конкретные действия и знание английского языка. Пробежавшись по нескольким государственным учреждениям, у нового резидента Германии вскоре были на руках все необходимые документы для легального проживания и организации предпринимательской деятельности.

– Ты когда это все успел? – был удивлен Мирзад, когда пасынок заявил о своей готовности к труду.

В двадцать два года Макс отлично помнил о своей уверенности в том, что он может получить все, что только пожелает, а неиссякаемый запас внутренней энергии превосходно помогал ему реализовывать все задуманное. К тому же полученный в Лондоне опыт пришелся очень даже кстати. Поэтому ходить по незнакомым местам в новом городе и добиваться своих целей получалось быстро и качественно.

Таким образом, впервые в жизни Максим встал на официальную тропу предпринимательства, хотя еще долгое время все работы выполнял собственноручно. Для хорошего старта его компания получила возможность выступать в роли подрядчика для заказов более известной на рынке фирмы Мирзада, что, безусловно, являлось важным фактором успеха.

На объекты первые полгода, пока Макс проживал с родителями, мужчины ездили вместе, а так как путь нередко занимал час и более в одну сторону, юноша становился невольным слушателем всех тревожащих шофера мыслей на югославском языке. Дабы сохранять культуру поведения и уважения к отчиму, Максим внимательно его слушал, местами понимая, о чем идет речь, так как некоторые слова были похожи на русский, а чтобы в машине не звучал монолог, иногда поддакивал, соглашаясь со сказанным. А через некоторое время и сам заговорил на привычном боснийцу говоре, гармонично вливаясь в его компанию.

Строительному делу, даже имея уже немалый опыт, пришлось обучаться, потому что Мирзад специализировался в шпаклевочных работах, которые для Макса были мало известны. Однако быстро уловив принцип такого труда, живо стал профессионалом своего дела. А из-за того, что всегда подходил к работе совестно и ответственно, доверие к нему росло и заказов с каждым днем становилось все больше.

Иногда Максим умудрялся брать по два-три объекта сразу, справляясь с заявленным объемом и выдерживая сроки. Сам он порой выполнял нагрузку, как правило, возлагаемую на троих обычных людей, и, соответственно, зарабатывал втрое больше.

– А где остальные работники? – удивлялись маляры, прибывающие осуществлять следующий этап отделочных работ и видя масштаб задачи.

– Один я здесь, – отвечал шустряк и продолжал махать шпателем.

Максу не нужно было ни времени на перекур, ни на обед. Он вставлял наушники в уши и в ритм с заряжающей музыкой мог трудиться часами, иногда лишь закинув что-то съедобное себе в рот. Поэтому заказчики, если он орудовал на объекте, всегда чувствовали себя спокойно, прекрасно зная, что контролировать процесс нет нужды. А если какой-то заказ горел из-за сроков, то всегда знали к кому обратиться за помощью. Так они частенько вырывали Максима с его рабочего места или заслуженного отдыха, умоляя спасти их, и обещали премию. Однако, когда ценнейший из кадров приходил за зарплатой, обычно слышал такой текст:

– Макс, ты и так за троих получаешь, о какой премии мы можем говорить?

Трудяга не обижался, а просто делал выводы и дальше строил отношения с причастными к этому нелегкому бизнесу людьми.

На заработанные тысячи евро Максим гулял, и делал это по-королевски. А вместе с ним веселилась и вся его свита, то есть друзья да знакомые. Каждые выходные он посещал развлекательные заведения, коих в немецкой столице имеется в достатке. Алкоголь лился рекой, девчонки «виляли перед ним хвостами», а все представители мужского пола, кто вел себя недостойным образом, попадали под ловкие и опасные руки борца.

Первоначальная цель была забыта. Получение водительских прав отсрочилось в итоге почти на полтора года, а люди, вспоминающие о нем в Англии, так его и не дождались.

Джерри, который полюбил его как родного сына, изначально был против поездки в Германию. Он даже нашел для некровного наследника квартиру в Лондоне и строил грандиозные планы совместного развития, но какими бы ни были ожидания сторон, судьба распорядилась иначе.

В скором времени Максим познакомился с девушкой Катей, с которой в результате состоял в свободных отношениях около года. А тем временем Елена, с разгоревшимся вновь чувством надежды на общее счастливое будущее, прилетала пару раз в Берлин и проводила со своим возлюбленным время. Однако, услышав несколько раз направленное в свою сторону чужое имя, сперва поинтересовалась, кто такая эта Екатерина, а позже, хорошенько взвесив все «за» и «против», поставила точку в их затянувшемся романе. Тогда она написала длинное и красивое письмо, отмечая, что лучше мужчины чем он, ей никогда не найти, но расстояние между ними слишком велико, и она вынуждена закончить эту главу в жизни.

На этом любовная связь молодых людей прервалась навсегда. И лишь изредка они еще переписывались, обмениваясь произошедшими у них событиями.

Чтобы создать качественно новое, нужно отказаться от старого. Так оно и получилось у Максима, который, просто однажды собрав чемодан, полностью перестроил свою ежедневность.

Каким бы долгим и извилистым не был путь к заветному документу, разрешающему человеку управлять автомобилем, он все же в итоге был пройден. Дело оставалось за малым – приобрести подходящее четырехколесное механическое средство передвижения. И оно было найдено.

Один из строительных заказчиков продал Максиму всего за триста евро его первую машину – «Рено Клио». Ох, что юный водитель на ней вытворял на улицах Берлина! Это ни в сказке сказать, ни пером написать. Просто представьте себе парня без водительского опыта, но с горячей головой, сундуком заманчивых идей и распирающей его энергией в груди. Вот этот любящий приключения шофер, успешно колесил по немецким дорогам с полным уважением к пешеходам и другим участникам движения.

Чтобы эффективно справляться со всеми поставленными задачами, как в деловой, так и в личной сфере жизни, необходимо было, прежде всего, поддерживать в отличной форме физическое тело. Поэтому еще одним из действий, совершенных сразу по приезду в новую страну, был поиск объявления под названием «вольная борьба».

С легкостью найдя желаемое в своем районе, Максим отправился на свою первую тренировку в Берлине. Преподавателем борцовских навыков оказался парень лет двадцати пяти, который являлся чемпионом Испании в данном виде спорта. Пройдя через разминку, ребята поделились по парам и стали друг друга проверять. Оппонент латвийского чемпиона очень старался, пытаясь пройти ему в ноги, но все его усилия играючи были лишены своего потенциала. Тренер, наблюдая за необычно картиной, решил сам протестировать новичка и призвал к себе. Тут все ученики остановились и принялись лицезреть с открытыми ртами, как двое крепких парней катаются по полу, ни на секунду не позволяя своему сопернику расслабиться.

– Ты больше сюда не приходи, – заявил Максу тренер наедине, после окончания занятий, – у нас тут тренировки для себя, а тебе на соревнования надо ездить государственного уровня.

Так и закончилось его борцовское обучение, не успев толком и продолжиться. А остались еженедельные драки в клубах, где достойные противники попадались нечасто, и самостоятельные физические упражнения дома да в парке, на турниках.

Вообще, спустя несколько месяцев пребывания в Берлине, вход на многие дискотеки для Макса был закрыт. И причиной тому, как вы уже скорее всего догадываетесь, была резко растущая статистика количества разборок при появлении его незаурядной персоны.

Одним из ярчайших достижений борца было его первое появление в клубе под названием «Musikcafe». А началось все с безобидного новоселья, когда Макс переехал на другую квартиру и, естественно, пригласил знакомых парней отметить это важное событие.

Посидев дома и как следует разбавив кровь алкоголем, веселые ребята отправились потанцевать. Решив далеко не ходить, они смело разместились в близлежащем баре с музыкальным названием. Сидели мирно за своим столиком, плясали в соответствии с настроением души, выпивали. Но, как и у каждого кабака, здесь тоже имелись свои постояльцы, диктующие свои правила поведения, особенно, новичкам.

В какой-то момент за их столик подсели лица кавказкой национальности, которых часто можно было встретить в местах такого рода. Один, второй, третий – стали беседовать с Артуром и Егором, пока Максим с Иваном тряслись на танцполе.

– Все в порядке у вас? – заподозрив что-то неладное, подоспел борец с вопросом.

– Да, все хорошо, – пал ответ.

На всякий случай, затеявший эту тусовку присел на диванчик и стал вслушиваться в разговор. Хоть господа общались предпочтительно на русском, разобрать суть он все же не мог. То ли количество алкоголя давало о себе знать, то ли слишком громкая музыка создавала убедительные помехи для слуха. А когда Артур привстал со своего места, сидящий справа от Максима незнакомец вскочил и через стол твердо двинул ему кулаком, от чего тот рухнул на кафельный пол и, ударившись головой, безжизненно застыл.

Борец, получив бесспорный повод для драки, действовал быстро. Подцепив своей рукой агрессора за ноги, опрокинул его под стол, а сам, чувствуя, что вся дискотека нацелилась на них, срочно забаррикадировался. За ним был диван, а по сторонам теперь находились два стола, позволяющие подобраться к нему только спереди.

– Тогда я еще не знал, что такое работа с подсознанием, – рассказывал Максим, – но именно она и произошла тогда, в критический момент, автоматически. Я четко сказал себе «я не упаду», затем повторил эту фразу несколько раз и, поверив в нее всем сердцем, стал отбиваться.

Макс прижал подбородок к грудной клетке, а руками прикрыл лицо, как в боксе. И как только первый представитель враждебно настроенной толпы оказался в непосредственной досягаемости, принялся выполнять боковые удары налево и направо. Он молотил что есть сил, исподлобья лишь замечая, как перед ним меняются футболки. А когда попадания прекратились, то есть его кулаки стали сотрясать воздух впустую, он медленно опустил руки и увидел, как последний поверженный им встает и бежит прочь.

От такого завершения конфликта были в шоке не только посетители, но и он сам. Местный охранник вообще спрятался за барной стойкой вместе с остальными сотрудниками. И, кстати, к ним тоже присоединился Иван.

В результате все остались живы, отделавшись лишь синяками да ссадинами, а Максим без единого слова, но очень доходчиво, заявил о себе на своем новом районе.

Пускай Макс никогда сам не являлся зачинщиком или подстрекателем к драке, но вот его зачастую воспринимали как главную ее причину. А что плохого в том, что человек заступается за других или отстаивает свою честь? Конечно же, ничего. Да вот только охранники развлекательных заведений не были любителями неприятностей, какого бы рода они ни были, поэтому им проще было просто не впускать серьезного бойца на территорию своей ответственности, что они не раз и делали.

Помимо танцев и алкоголя Макс не переставал разбавлять свою жизнь увеселительным куревом, которое получал от местных барыг. А одного немца, промышляющего торговлей травкой, он даже стал крышевать, то есть обеспечивал ему безопасность. Так уж получалось, что местные банды трясли нелегальных торговцев, отнимая часть прибыли, а так как их представителей было много, то и дележка бывала не совсем справедливой. Поэтому куда проще и надежнее было дружить с Максимом, который был один и с которым никто не хотел связываться.

Хоть репутация латыша бежала впереди него, причем очень быстро, все равно происходили случаи, в которых приходилось доходчиво объяснять пижонам, кто есть кто.

Так, в один прекрасный, теплый день, пока Макс вместе с Катькой радостно ели мороженное в парке, ему поступил телефонный звонок.

– Привет, ты где? – взволнованно спросил сосед Вовка.

– Да тут, в парке, за домом.

– Я сейчас подойду, – коротко кинул звонящий и отключился.

Через несколько минут к парочке «голубков» по тропинке стали приближаться двое. Как выяснилось позже, вторым был самый борзый из местной бригады хулиганов, частенько обитающих неподалеку и пугающих мирных прохожих. Володька, попавший в их прицел, решил излишне не рисковать и предложил проказникам для начала разобраться с его якобы младшим братом, в роли которого и представил Максима.

– Ну?! Кому тут звездюлей навешать?! – уже издалека обозначил свое намерение жлоб громким голосом.

Макс, никому не позволяющий с собой так разговаривать, а в добавок, строго придерживающийся золотого правила, что парня с девушкой трогать нельзя, тут же вскочил разъяренный, выпучил грудь и встав лоб в лоб с атакующим, спросил:

– Ну и кому навешать?!

– Ты что, борец? – сумел лишь выдавить из себя, опешив, забияка.

– Да, борец, давай поборемся! – Макс схватил его за руки и готов был свалить на землю.

– Подожди, подожди, – явно засомневался в целесообразности своей затеи хулиган, хотя выглядел значительно крупнее Максима, – мы же в разных весовых категориях!

– Ничего страшного! Иди сюда! Сейчас мы проверим, какой из тебя боец.

– Не, не, не хочу! – стал увиливать бандюган, резко потеряв уверенность в себе. – Давай лучше так разойдемся.

Макс, не привыкший к такому поведению в драке, ослабил свою хватку, но противника полностью пока не отпустил. И тут внезапно обрушился дождь, невероятным образом сохранивший пришедшему дураку остатки чести. Ребята мигом спрятались под крышей на крыльце близстоящей церквушки и стали выжидать.

– Может, я пойду? – через какое-то время осмелился предложить недавний смельчак.

– Куда ты пойдешь? Дождь ведь идет. Намокнешь. Стой с нами, – ответил Макс.

Неловкое положение для хулигана затягивалось, а неопределенность из-за предстоящих событий после окончания плача небес, угнетала и не давала покоя.

Ситуацию слегка разрядил появившийся вдруг в дверях дома господнего неприметный охранник. Он придал загнавшему себя в беду легкую надежду на спасение, но Макс быстро ее устранил своим грозным взглядом и несколькими словами:

– Чего тебе надо? Иди отсюда!

Следящий за порядком показал рукой на еще недавно ищущего себе на голову неприятностей и, не став испытывать судьбу, мирно откланялся.

Макс не сразу уловил суть происходящего, но затем прислушавшись, он четко уловил приглушенный треск то и дело повторяющегося звонка. Посмотрев внимательно на местного задиру и сложив все проявленные факторы воедино, он посмеялся и сжалился.

– Ладно, иди, – разрешил Максим.

Как оказалось, струсивший проказник цеплялся за крошечный шанс на освобождение, взывая на помощь. Прислонившись спиной к стене, он незаметно нажимал своим мягким местом на звонок, веря, что его услышат и отпустят ему грехи.

А через какое-то время вся их грозная компашка непредусмотрительно решила наехать на настоящего борца.

Максим вместе с друзьями из одного из берлинских районов спокойно отдыхал в баре. Пока он сам безмятежно закидывал евро в игровые аппараты и нажимал на кнопки, один из его товарищей сумел затеять спор с одним из отдыхающих. Начатый с нескольких громких слов конфликт в итоге разыгрался не на шутку. Но вместо того, чтобы самим решить вопрос, обиженный мужчина схватился за телефон и вызвал себе подмогу.

Через несколько минут к бару стала приближаться грозно шумящая группа людей, которую было слышно даже внутри развлекательного заведения. Иван, будучи одним из трех парней, пришедших вместе с Максимом, решил обойтись надежным, проверенным способом и стал горячо подбадривать ребят к бегству.

– Стоять, – скомандовал самый уверенный в себе, – кто бы сейчас ни пришел, разберемся. Никуда никто не бежит.

Но дикая паника Вани, подпитанная вспыхнувшим страхом, произвела на остальных двух парней куда более серьезное впечатление и очень быстро, выйдя на улицу, Макс стал наблюдать вначале сверкающие пятки своих друзей, а вскоре и догоняющих их мужиков.

Примерно через минуту заметная разница в возрасте и в мотивации, то есть быть побитым или побить, сыграли свою вескую роль, и банда мести повернула назад и пошла пешком, восстанавливая дыхание.

– Мужики, – вдруг закричал зачинщик суматохи, стоявший рядом с Максимом и показывающий на него пальцем, – этот тоже при делах, он с ними был.

Борец, как в лучших комедийных боевиках, сперва глянул на крикуна, как на какое-то назойливое насекомое, а затем легким ударом руки усадил его на землю.

Бригада задир, видя, что их следующая цель никуда не спешит, тоже напрягаться не стала и спокойным шагом, лишь выкрикивая разные пакости для собственного разогрева страстей, приблизилась к месту расправы.

Ситуация, конечно, была не из приятных. Особенно, когда количество нападающих перестало иметь для Макса значение, потому что он обнаружил у последнего из них в руке ствол. Пока что он свисал дулом вниз, особо никому не угрожая, но его положение могло поменяться в любую секунду, поэтому все внимание защищающегося стало прикованным к нему.

Первый подоспевший недруг схватил Максима за плечо, что было основной его ошибкой. Борец умело выкрутил его руку своей, ногой подкосил его нижние конечности, и враг рухнул на землю. Второй намеревался выполнить «прямой» правой, но слишком долго готовился, и Макс первым «приложился» ему в челюсть. Следующий был повержен еще одним эффектным борцовским кидком, максимально понижающим боевой дух нападающих. После них вскоре еще пара мужчин оказалась в лежачем положении, и только тогда супергерой встретился со своим главным противником – огнестрельным оружием.

Главарь банды неуверенно начал поднимать пистолет для выстрела, а Макс, будучи в состоянии глубокой сосредоточенности, решения принимал мгновенно. Поэтому, не позволив «пушке» стать реальной угрозой, резко и точно стукнул последнего агрессора по руке, выбивая из нее оружие.

– Я Абба, здешний смотрящий, – растерянно заявил чечен.

– Какой ты, на хрен, смотрящий?! – возмутился тут же Максим. – Ты, не разобравшись, в чем дело, начинаешь стволом махать! Разве это по понятиям? Разве так вопросы решаются?

В общем, загрузил его борец обильным букетом слов с сопутствующими им эмоциями, чего абсолютно хватило, чтобы осадить пыл главаря банды. Остальные же поверженные постепенно поднимались на ноги и некоторые из них даже, руководствуясь обиженным эго, пытались взять реванш, но быстро либо оказывались вновь на земле, либо успокаивались под влиянием грозного взгляда и нескольких ласковых фраз Макса.

В итоге спасать положение подоспел бармен.

– Максим, Максим, успокойся! – кричал он.

– Ты что, прикалываешься? – в своем стиле ответил борец. – Тут толпа мужиков, а ты меня успокаиваешь?!

– Ну ты же их бьешь… – несмело отметил продавец спиртного.

Тут, конечно, не поспоришь. Со стороны, наверное, во всей этой канители плохишом выглядел парень небольшого роста, по очереди выяснявший отношения с представителями чеченской национальности.

В конечном счете, каким бы это парадоксальным ни казалось, Макс усадил всех громил в баре и прочитал им вдохновляющую лекцию на тему хорошего поведения. А затем, забрав у своих «студентов» все ценное: часы, кольца, цепочки в виде оплаты за свои старания, направился решать еще один, куда даже более значимый момент.

– Вы где? – спросил Максим, когда прервались длинные, телефонные гудки.

– Мы уже уехали к себе, – послышался скорый ответ в трубке.

– Ясно. Все в порядке у вас?

– Да, да, все хорошо. Мы успели удрать.

Такое поведение шло в разрез с жизненными принципами Макса, поэтому на душе, конечно же, было паршивенько, но все же ехать в этот же день за сбежавшими и объяснять им, кто они теперь такие, он не стал.

Зато на следующее утро Макс собрал всех своих шустрых приятелей вместе и поделился с ними своими мыслями.

– Ну что, полу покеры, – так называли местных русскоговорящих, которые были не то немцами, не то русскими. – С вами оказывается только выпить да погулять можно. На большее вы и не способны. Сами вчера накосячили, и сами убежали. Я, конечно, все понимаю, иногда надо и в пятку дать, но про меня-то вы забыли! А если бы меня там зарезали или пристрелили? Об этом вы подумали? Я не говорю, что вы должны были идти впрягаться. Испугались, да и черт с вами, но из-за угла-то хоть можно было глянуть, что там творится? И, в крайнем случае, скорую вызвать. Можно было или нет? Как вы считаете?

Пацаны сидели, нос повесившие, и молчали. Да и что было говорить, все и так было понятно без слов.

Таким опасным, но эффективным способом со временем выкристаллизовывались настоящие товарищи, а ненадежные остались в прошлом. А случались и такие ситуации, когда все же не получалось невредимо для себя решать конфликты, которые липли к Максу, как мухи к меду.

Так, например, однажды он вступился на улице за женщину, которую вначале жестко оскорблял, а потом и вовсе стал бить ногами какой-то чечен. Максим так этого оставить не мог и, приблизившись, вежливо объяснил, что мужчины так себя не ведут.

В идеальном мире агрессор должен бы был тут же остыть, извиниться перед дамой и поблагодарить подоспевшего на помощь спасителя. Да вот только мир идеальным не был, и враждебность, получившая дополнительную причину на существование, накинулась на новую жертву.

Сперва чечен совершил обманный маневр, якобы ретируясь, но резко развернулся и попер что есть мочи на защитника слабого пола. Макс таким поворотом событий особо удивлен не был, а уж что делать с таким нападающим, знал предельно точно. С легкостью увернувшись от дилетантского удара, он вначале опрокинул хулигана, а затем, пока тот поднимался, реализовал захват рукой за шею и прижал противника к своему правому боку. Теоретически бунтарь должен был уняться, да не тут-то было. Видно, сообразив, что в честной схватке ему не победить, он принялся за грязные приемчики. В следующую секунду челюсти любителя женских побоев сомкнулись на коже Максима чуть ниже печени. Адская боль пронзила тело и предупредила мозг об опасности, но ослаблять хватку борец не стал, опасаясь, что в таком случае с большой вероятностью лишится пускай и кусочка, но все же своей, родной плоти.

Мужчины продолжали свой несуразный танец еще несколько мгновений, пока Макс чрезмерно сжимал свои зубы из-за телесных страданий, а чечен ослабевал от нехватки кислорода в своей голове. В итоге, конечно же, противник был повержен, но даже за это короткое время он сумел настолько въесться в худой бок парня, что шрам от укуса остался у него на всю жизнь.

В другой раз, видя неравные силы дерущихся на пляже, Максим решил вступиться за тех, что в меньшинстве. А в результате поплатился за свое стремление к справедливости потерей своей крови и еще одной меткой на своем организме. Пока он раскидывал налево и направо забияк, один из них умудрился пырнуть его сзади розочкой, то есть разбитой бутылкой. А увлеченный процессом борец даже того не заметил. В конце концов уже после разборки подруга Макса обратила внимание на кровавый след на его одежде и вытащила пятисантиметровое стекло из его спины.

Были ли оценены его самоотверженные деяния по достоинству жертвами обстоятельств или наблюдающими сверху силами света, и был ли его риск собственным здоровьем и жизнью оправдан, сложно утверждать однозначно. Возможно, в некоторых случаях вмешательство в карму других людей и несло за собой не очень благостные последствия, но это, думается мне, не столь важно на фоне ценности одной только мысли о том, что в нашем мире был и есть человек, готовый прийти на помощь даже незнакомцу на улице. И вроде бы это просто мысль, но зато обладающая огромной силой, придавая ежедневного спокойствия и гоня прочь убеждения в безнадежности человечества.

Конечно, кто-то может указать на то, что силой враждебность не победить, а сделать это можно лишь через любовь, и, возможно, будет абсолютно прав. Но важно отметить, что Максим всегда поступал, прежде всего, в соответствии с истинными законами благородного бытия, то есть руководствовался совестью и честью. И никогда не проходил мимо попавшего в беду, а незамедлительно действовал, протягивая руку помощи. Другое дело, что порой он явно чрезмерно пользовался снисходительностью своих ангелов-хранителей, но, как известно, смелым помогает судьба, поэтому зачастую выходил сухим из воды.

Правда, каким бы удачливым он ни был, даже просто статистически, учитывая интенсивность попадания в различного рода выяснения отношений, его шансы на долгую и счастливую жизнь активно стремились к уменьшению. Так и говорили многие знающие его люди: «Тебя в конце концов или посадят, или убьют», а Макс, несмотря на предостережения от окружения, оставался верен своим взглядам и по-своему вершил правосудие, и призывал к справедливости.

Однако, какими бы чистыми ни были его помыслы, природа не терпит вмешательства в ее гармоничные процессы, не позволяет личности находиться в стагнации, провоцируя сделать выбор – развиваться или деградировать. Поэтому в скором времени с возрастающей силой стали проявляться знаки от Вселенной, поначалу лишь щекоча озорнику пятки, а в итоге – угрожая смертью.

Ведь мы, люди, зачастую не понимаем по-хорошему, и обязательно норовим опуститься на дно, чтобы только потом возродиться качественно новым индивидуумом.

Глава девятая.

Знаки от жизни

В возрасте двадцати пяти лет Максиму поступил «тонкий намек» от мира в виде нового знакомства. И не просто знакомства с человеком, коих было у него сотни, а то и тысячи, а такого, что сумело поразить его сердце.

Избранницу звали Инна, а встреча их пришлась на самое вероятное для этого события место, то есть на дискотеку.

Макс отдыхал с другом, а понравившаяся ему девушка – с подругами. Общение завязалось легко, вспыхнула симпатия. Но вот незадача, когда дамы собрались домой, составить им компанию они пригласили лишь одного, в соответствии с доступными местами в их машине. Само собой, счастливчиком был выбран шустрый и компанейский Максим, вот только леди не могли предугадать, что его товарищеские принципы не позволят ему оставить друга одного. Поэтому были удивлены, получив отказ, что еще больше раззадорило интерес к юному парню. В конечном счете произошел обмен телефонными номерами, и автомобиль с веселыми особами помчался по ночному Берлину.

На следующий день «красавчик» был приглашен на совместную прогулку, на что с удовольствием согласился. Девушка оказалась родом из Казахстана, хотя мама ее была русской, а отец – немцем. Между молодыми людьми быстро разыгрались чувства, и они стали все чаще встречаться. А со временем приняли обоюдное решение – пожить вместе.

Съемная квартира Инны набрала больше плюсов в сравнительном процессе, и Макс, собрав свои немногочисленные мужские вещи, переехал к своей избраннице, переняв, конечно же, ответственность за оплату жилья на себя.

На новом месте жительства единственным ощутимым минусом было наличие относительно шумных соседей, которые любили выпить и бесшабашно погулять. Для Макса, естественно, это особой проблемой не являлось, потому что разговор у него с ними всегда был коротким. Как бы ни выпендривался хозяин близлежащей квартиры, это его отнюдь не спасало, а напротив, усугубляло его изначально проигрышную ситуацию. Борец всегда очень быстро и доходчиво объяснял ему правила игры, используя понятный всем кулачный язык. И вот парадокс: в таких случаях именно сами пьянчуги вызывали полицию, жалуясь на насильственное к ним отношение.

К сожалению, порой именно так и бывало, когда низко нравственный человек, сам натворив дел и получив болезненное для тела или души сопротивление, обращался к правоохранительным органам, которые пока что не являлись ясновидящими и не обладали достаточным количеством времени, чтобы глубоко изучать каждое дело. Поэтому в лапы блюстителей общественного порядка прежде всего попадали менее ловкие и находчивые, а не те, на чьей стороне правда.

На Макса соседи вызывали полицию раз пять, а он всегда находил способ улизнуть. Или просто еще до прибытия людей в форме покидал место своего свершения правосудия или совершал ловкие, с капелькой удачи, маневры.

– Спускаюсь я по лестнице, – рассказывал Максим, – и на первом этаже заглядываю в закрывающийся лифт, заполненный ментами. Они едут по своим делам, а я спокойно направляюсь по своим.

Увы, буйные жильцы не учились на своих ошибках, и в итоге пространство, сотканное из более позитивных вибраций, вытеснило их. В один момент дошло до того, что они повздорили между собой, и жена, получив несколько оплеух от мужчины, запустила проверенную схему, позвонив один-один-ноль.

Поддатый хозяин жилища, вспоминая успешность Максима в таких делах, тоже решил заблаговременно скрыться, да не рассчитал время и свои силы. Перебравшись через неглубокую речку, он наткнулся на ожидающих его на другом берегу людей с погонами. И все бы ничего, можно бы было, наверное, отделаться предупреждением или административным штрафом, да вот у него обнаружили и другие, более ранние нарушения, за которые его и закрыли на целых два года.

Ох, какой он был злой, осознав, что его результативность в уходе от погони равнялась нулю, когда Максим, его заядлый враг, успешно справлялся с такой задачей множество раз.

Что ж, если какая-то ситуация упорно повторяется, лучше приостановиться и проанализировать, почему так происходит и что мир этим хочет сказать. Потому что в противном случае намеки могут перейти в жесткие меры применения.

Дабы было забавнее, следует отметить, что соседи иногда отдыхали вместе, когда между ними сохранялись временные, миролюбивые отношения. И даже случалось так, что Максим отстаивал честь женщины, которая при других обстоятельствах неоднократно жаловалась на него по телефону экстренным службам.

Рядом с их домом находился бар, хозяином которого являлся некий Али. Там-то и отдыхали частенько жильцы этого дома. И как-то раз двое молодых немцев принялись оскорблять даму, которая на данном этапе своей жизни находилась в друзьях у Максима. Ее законный муж, тогда еще будучи на воле, почему-то предпочел остаться в стороне, а наш борец, конечно же, взялся преподносить хамам урок. Охотно выйдя на улицу, ребята принялись мериться силами, после чего лишь один из них остался стоять на ногах.

– Ты избил местных боксеров, – позже тревожно сообщил Али.

– Да все нормально, успокойся, – прилетел блаженный ответ расслабленного Макса.

Владелец бара, быстро уловив, какой у этого парня потенциал, стал относиться к нему не как к обычному посетителю и награждать его различного рода бонусами.

А однажды Максим заполучил самый шикарный приз, о котором может только мечтать любой завсегдатай заведения со спиртным.

Как-то вечером решив, что ему необходим отдых, Макс взял пятисотку евро и направился к Али в гости. Разменяв крупную купюру, он стал тратить честно заработанные деньги, как только того соизволяла душа. Крутились игровые автоматы, лилось виски, шумела музыка, народ веселился. И по истечению нескольких часов, как это бывает с деньгами, они закончились. Но Максим насчет этого, казалось бы, досадного факта, абсолютно не расстроился, а просто сходил домой и взял еще одну красную бумажку. Веселье продолжилось, правда, учитывая текущее состояние физического тела, а именно насыщение его этанолом, из осознанного осталось мало. Двух рюмок крепкого, коричневатого спиртного напитка оказалось достаточно, чтобы мозг дал сбой и отключил режим записи памяти. Может, оно и хорошо, что сработал предохранитель в голове, ведь некоторые вещи и вправду лучше забыть навсегда.

Проснулся Максим на следующее не совсем уже утро дома, в своей постели. Голова гудела, следов драки не наблюдалось, зато карманы были пустыми.

– Ну не мог я просадить еще пять сотен, – сделал он скорый вывод и стал приводить себя в порядок.

Через несколько минут, вооружившись боевым настроением, ограбленный, ну или как минимум вообразивший себя таким, вернулся на место веселья и задора.

– Али?! Где мои бабки?! – взорвался Максим, схватив турка за воротник.

– Макс, Макс, брат, – стал извиваться владелец бара, – успокойся, сейчас все организуем, садись, отдыхай, все за счет заведения!

Игровой аппарат был заряжен кредитами, рюмка наполнена алкоголем, а официант в паре с самим хозяином внимательно бдели, чтобы ресурсы в виде денег и отравляющей жидкости своевременно пополнялись.

День пролетел незаметно, полностью лишенный сознательного присутствия Максима, который лишь под вечер, будучи опять изрядно пьяным, сумел высвободиться из лап бесплатных развлечений и доковылять до дома.

А каким же образом кошелек Максима принял статус опустошенного на самом деле, осталось неразгаданной загадкой. Загадкой, которая стоила турку совсем не дешево, учитывая тот факт, что на этом все не закончилось.

Впредь, когда Макс приходил в бар расслабиться, выпивка с едой преподносились ему даром. То есть за все, что могло поместиться у него в животе, он не отдавал ни гроша. А так как одному веселиться зачастую было скучно, он стал приглашать в свой личный кабак друзей, для которых он тоже ничего не жалел.

– Ешьте и пейте, сколько пожелаете, – провозглашал вожак товарищам, с удовольствием принимающим дармовые угощения.

Порой их приходило человек десять, и все, будучи в ауре Макса, автоматически приобретали эксклюзивное положение, позволяющее безвозмездно пользоваться чарующими своим видом товарами за барной стойкой. А если аппетит голодной толпы принимал уж больно грандиозные масштабы, Али просто-напросто напивался вместе с ними и засыпал на бильярдном столе, чтобы ничего этого не видеть.

Так продолжалось около трех месяцев, в течение которых лишь один раз именно бармен попытался выпрямить ситуацию в пользу заведения и предложил Максиму оплачивать хотя бы половину от стоимости выпитого его друзьями, за что был однозначно и грозно отправлен куда подальше.

Каким бы сладким и манящим ни было это место, постепенно счастливчик стал терять к нему интерес и появлялся в нем все реже. А в конечном счете Али продал бар и прикупил себе помещение побольше, где помимо вливания в себя спиртных напитков, толпы посетителей могли плясать ночи напролет.

Максим пару раз навещал щедрого приятеля на его новом рабочем месте, и владелец дискотеки всегда его встречал приветливо и радостно, любезно предлагая присоединиться к его компании за самым большим столом.

Время шло, жизнь кипела, вместе с новыми знакомствами росли и возможности. Многие хотели работать именно с Максимом, так как точно знали, что ему можно доверять, и любой заказ будет выполнен качественно и точно к установленному сроку.

Заказы искать нужды больше не было, это они искали его. Оставалось лишь дело за малым – выбирать. Поэтому, когда появилось предложение заняться объектом в теплом и живописном Монако, Макс с радостью принял такой подарок от судьбы, да еще и друга с собой прихватил.

Счастливчиком оказался Влад, его приятель еще со времен занятий борьбой в Краславе, который быстро откликнулся на приглашение и прилетел подзаработать деньжат в шикарном месте.

Ребята тяжело и много трудились, а по вечерам и выходным наслаждались сказочным пляжем и успокаивающей водой Средиземного моря. И вот после очередного, изнуряющего рабочего дня парни добрели до моря и плюхнулись на теплый песок. Влад сразу же нацепил наушники и принялся слушать музыку с закрытыми глазами, а Максим решил искупаться. Вроде бы обычное дело, коим он занимался множество раз, да вот внезапно начался отлив, испугавший отдыхающих в воде и заставивший попотеть спасателей.

Латвийский пловец добрался уже довольно далеко, когда до его ушей донеслись первые крики, взывающие на помочь. Оценив ситуацию, Макс вдруг понял, что волны усиливаются с каждой минутой и уносят людей все дальше от желанного берега. Положение усугубляло кардинальное отличие в количестве нуждающихся в помощи и способных ее предоставить, конечно же, далеко не в пользу первых.

Уверенный в своих силах и навыках плавания Максим решил не рассчитывать на чью-либо поддержку в этом угрожающем жизням многих случае и принялся махать руками и ногами, направляясь в сторону твердого грунта. И каким же было его удивление, когда, остановившись после продолжительной борьбы с водной стихией, он осознал, что не продвинулся ни на йоту, а напротив, еще больше отдалился от спокойно отдыхающего Влада.

С таким положением вещей Максим согласиться не мог и стал работать мышцами еще активнее. Но чем отчаяннее были его старания, тем дальше виднелся желанный результат. И лишь в тот момент, когда силы, казалось, оставили его, а мысль о том, что он утонет, стала такой родной и неизбежной, он вспомнил слова тренера.

– Единственный способ спастись, если вас настиг отлив, это нырять под волны, – говорил Чиликин.

Так и поступил Макс. Используя остатки энергии, он перестал сражаться с колебаниями моря и принялся раз за разом погружаться в подводное царство, где было относительно спокойно, а главное, ничто не толкало его к неминуемой смерти.

Битва была неравной, однако, благодаря, прежде всего, своим знаниям, Максим сумел-таки добраться до области, где его рост превышал глубину, и, прошагав еще несколько метров, упал на четвереньки. А как только дополз до сухого песка, рухнул изнеможденный.

– Влад, ты офигел? – возмутился Максим, когда, отдышавшись, добрался до друга и обратил на себя его внимание. – Я там чуть не утонул, а ты тут лежишь, отдыхаешь.

Товарищ смог ответить лишь заспанным и озадаченным видом. Да и что там было говорить? Даже если бы он воочию был свидетелем происходящей трагедии, то что мог бы сделать? Ринуться спасать друга? Думаю, такое поведение только увеличило бы вероятность появления утопленников в тот день, а не принесло бы существенной пользы.

Таким образом в свои двадцать шесть лет Максим родился заново, еще раз доказав миру, что обладает духом настоящего воина.

Однако этот, довольно жесткий знак от жизни, не заставил его призадуматься, ведь, на первый взгляд, казалось, что он просто-напросто угодил в неправильное место, в неправильное время.

Максим продолжил свой привычный образ жизни. Изрядно потел на строительных объектах, пропорционально затраченным силам громко и весело отдыхал и не забывал о драках. Здоровье, несмотря на обильное количество употребляемого алкоголя, прежде всего, в виде пива и нередкого курения дурманящих средств, оставалось в норме и выдержанно терпело все выходки хозяина. С Инной строились крепкие отношения. Молодые люди все больше привязывались к друг другу, хотя бывали и такие периоды, когда они расходились, но быстро снова сближались.

Атмосфера вокруг него постепенно накалялась, то и дело намекая на слишком буйные и безответственные действия.

– Пора бы остановиться и взяться за ум, – как бы говорила с ним Вселенная.

И вот в один стандартный день он «перегнул палку», которая не побоялась дать ему сдачи.

Одолжив машину у подруги, Максим, как обычно, направился на работу. А после ее окончания в сопровождении двух друзей взял курс на дискотеку. Правда, прежде чем это реализовать, ребята успели изрядно выпить, что непосредственно и повлияло на качество вождения автомобиля.

Не справившись с управлением, пацаны несколько раз перевернулись в жестянке на колесах, зацепили столб и приземлились на железнодорожные рельсы. Максим с приятелем, придя в себя, сумели самостоятельно выбраться на волю из дымящегося механического средства, а вот третьему участнику пьяной гонки понадобилась помощь, так как он получил травму грудной клетки.

– Алло, привет, приедь за нами! – прокричал Макс в трубку, а затем описал их местоположение.

Через несколько минут подоспела спасительная машина, из которой вылезли две дамы.

– Все прыгаем в тачку и уматываем отсюда, пока не прибыли менты! – скомандовал Максим.

– Так нельзя, – неожиданно для всех промолвила женщина, приехавшая с Инной, – ты эту машину разбил, тебе и отвечать!

– Ты что несешь?! – взорвался руководитель операции.

– Ты натворил дел, могли погибнуть люди, теперь должен ответить за это, – не успокаивалась тетка.

– Ты мне будешь говорить, что я должен?! Да кто ты такая?!

Макс не стал выяснять с ней отношения, а просто тормознул первое попавшееся такси, понимая, что, если приедет полиция, отвертеться не получится. Таксист лишних вопросов задавать не стал, а просто отвез одного из ребят в больницу, а остальных – по указанным ими адресам.

– Вот ключи от машины, – объяснял сложившуюся ситуацию подруге Максим, – покажешь им два комплекта.

– Кому?

– Полиции, которая в любом случае скоро здесь будет. Они спросят, где ваша машина. Скажешь, на парковке. Они попросят показать. Выйдешь с ними на улицу, удивишься, расплачешься и заявишь, что машину угнали. Все поняла?

– Поняла… – сумела лишь пробормотать теперь уже вовлеченная в происшествие девушка.

Отныне все зависело от хладнокровия и разумности двух человек, которые, благодаря простому, но четкому плану и строгому намерению Макса, сыграли свои роли превосходно.

– Кто еще был в вашей квартире на протяжении последних нескольких дней? – спрашивали правоохранительные органы хозяйку машины, которую уже отправили на свалку.

Но ответа не последовало. Владелица металлолома предусмотрительно воспользовалась своим правом молчать и завела следствие в тупик.

Правда, люди в форме цеплялись за еще одну ниточку, но и та быстро оборвалась.

– Как зовут? Где был вчера вечером? Что делал? – гремели вопросы в сторону парня со сломанными ребрами в госпитале.

Но и тот не растерялся. Вначале попросился в туалет, откуда выполнил звонок Максу, а затем поведал простую, но убедительную историю.

– Так я вчера после работы шел домой, познакомился с русскоговорящим парнем, он любезно предложил меня подвезти, я согласился. Потом попали в аварию, он лихачом оказался. И вот я тут. Вы поймите меня правильно, я и сам-то рад бы его найти да все ему высказать, что о нем думаю, да даже толком и не помню, как он выглядит.

Таким незамысловатым способом дело было закрыто, оставшись без указанного виновника этого вполне опасного события на дороге. Естественно, если бы были жертвы или наблюдалась бы серьезная порча государственного или личного имущества, то стражи порядка копнули бы глубже, применили бы более изощренные методы добычи нужной информации и добились бы своего, награждая главного автора происшествия как минимум лишением прав в паре с солидных размеров денежным штрафом.

Но и в этом случае судьба проявила снисходительность к Максиму, который, наконец-таки, впервые задумался о своем поведении, так как на кону оказались не только его здоровье и жизнь, а еще и его товарищей, плюс невинных, случайных участников движения на улицах Берлина.

Первый кирпичик был заложен. Теперь душе стало проще доносить свои ощущения и желания до мозга, который до этого момента жил, прежде всего, в соответствии с прочно укоренившимися привычками.

Правда, фатум «посадят или убьют» еще продолжительное время не отпускал своего любимчика, который раз за разом доказывал обратное. Но любая удача, даже самая сверхъестественная, имеет свои границы, поэтому в итоге случился кульминационный момент, разделивший жизнь Максима на до и после.

Очередная дискотека, на удивление, имела все шансы закончиться спокойно. Макс покинул уже стены шумного заведения и направлялся домой, как за углом стал случайным свидетелем потасовки между местными пацанами, которых он отлично знал, и охранниками.

Конечно, любой другой человек, скорее всего, просто прошел бы мимо, но не Максим. Он происходящий на его глазах беспредел не мог оставить без своего внимания.

– Так, ребята хватит, расходимся! – с чисто миролюбивыми намерениями подоспел борец.

– Ты чего орешь? – тут же возмутился один из охранников, направив свой грозный взор на новенького и подойдя к нему вплотную.

– А что? Разве я что-то неправильно делаю? – пошел в контрнаступление Макс. – Смотри, они дерутся. Зачем это надо? Следует их разъединить и остановить всю эту возню. Разве не так?

На мнимого стража порядка эти благоразумные слова впечатления не произвели, а свое несогласие с предлагаемым завершением кулачных дел он решил выразить в очень жесткой форме. И в следующую секунду Максим принял на себя «бычка», то есть голова противника резко стукнула его в нос.

Реакция, конечно же, последовала незамедлительно. Борец, ловко подхватив агрессора за подмышки, прогибом перекинул его через себя и, удобно присев на нем, стал молотить руками по физиономии еще совсем недавно слишком самоуверенного человека.

Пока Максим принимал «воспитательные меры», к ним бегом стал приближаться еще один боец, по всей видимости, на помощь своему товарищу. А когда он оказался на расстоянии вытянутой руки, Макс оставил в покое свою лежачую жертву и добавил к ней вторую. Легким движением руки он схватил подоспевшего с подмогой под коленкой и, потянув на себя, заставил его шлепнуться мягким местом прямо на лицо лежащего коллеги. Теперь, вскочив на слегка согнутые ноги, он занял позицию над новым врагом и принялся его колотить.

Кто был третьим соперником и откуда он взялся, не знает даже сам Максим. Очевидно, что тот, увидев, как один парень издевательским образом справился с двумя внушительных размеров охранниками, решил не рисковать и прибегнул к более чем радикальному способу предотвращения избиения. Подобравшись незаметно сзади, он то ли ногой, то ли битой нанес мощнейший удар прямо в голову своей цели. А от чрезмерно примененной силы Максим даже выполнил инерционное сальто назад, упав в конечном счете на грудь.

Его сознание, пусть и крайне затуманенное, присутствовало, но шевелиться, а уж тем более вставать, организм категорически отказывался. Так он и остался лежать еще какое-то время на асфальте в ожидании помощи, которая теперь, как никогда, понадобилась ему самому.

Часть третья. Новая жизнь

Глава десятая.

Трансформация

Большая скорость езды сопровождалась синими проблесками за окном и громким, пронзающим все вокруг сигналом. Машина скорой помощи, безопасно разместив пострадавшего на кушетке, неслась в сторону больницы, где уже готовили операционную.

Состояние потерпевшего было нестабильным. Левая половина лица лишилась своего четкого очертания и теперь напоминала скорее кашу с вишневым вареньем. Санитары стабилизировали шею Максима, по мере возможностей, обработали рану и внимательно следили за пульсом и давлением крови. А чудо уже должны были сотворить их коллеги в белых халатах и со скальпелями в руках.

На операционном столе раненый оказался вовремя, и хирурги принялись за дело, которое было далеко не из простых. Предварительный анализ показал, что скуловая кость и верхняя челюсть вбиты почти на три сантиметра, а вместе с ними, вглубь черепной коробки провалился и глаз. Так что предстояло не только восстанавливать форму головы, но и бороться за сохранение зрения.

Медицинская процедура продлилась несколько часов, а чародеям в стерильных перчатках пришлось задействовать творческий потенциал, чтобы Максим остался похожим на самого себя.

– Половина вашего лица теперь из сахарного гипса, – пояснил доктор, когда Макс очнулся в палате после окончания воздействия наркоза, – ваш левый глаз мы вернули на место. Видеть, скорее всего, сможете, как и раньше, – тут врач сделал паузу и, хорошенько подумав, добавил, – вам очень повезло, молодой человек. Мой вам совет: впредь не встревать в драки и беречь голову.

Пусть медик по-человечески старался, но его авторитет тут не понадобился. Максим, осознав произошедшее, и без него, естественным путем, достиг полного душевного опустошения, а затем экстерном добрался до пятой психологической стадии принятия ситуации, то есть смирения. В отрицании и торгах с самим собой он не видел смысла, а депрессия просто была не в его стиле. Да, гнев немного задержал его в своих уздах, но и он вскоре утих. И теперь, покорно относясь к ситуации, лежа на больничной койке, он занудливо прокручивал в своей голове лишь одно слово.

– Хватит, – повторял он монотонно себе, – хватит!

В какой-то мере это сработало и после долгих переговоров, в конечном счете удалось договориться с внутренним, эгоистическим подстрекателем, который всевозможными уловками держался за привычную и приятную ему жизнь. А вот остановить прописанный свыше, повторяющийся жизненный ход событий было куда сложнее. Поэтому привыкший делать все эффективно и качественно Макс значимую часть своего времени, пока восстанавливался в больнице, посвятил молитве, а точнее, искренней беседе с Богом.

– Я не хочу так больше! Я больше так не буду! Слышишь? Всевышний?! Помоги! С меня хватит! Почему я всегда и везде лезу? Почему я дерусь? Мне этого не надо! Ведь самое главное оружие – это мой мозг. И я могу справиться с любой задачей без применения физической силы!

С такими мыслями, а порой и словами, Максим проводил день и ночь в госпитале, а когда из него вышел, просто перестал махать кулаками да применять борцовские приемы. Не потому, что в нем зародился страх, нет, этот «товарищ» не имел ни единого шанса в противостоянии с силой духа Макса, а просто потому, что так решил!

С того момента, в какие бы сложные и опасные ситуации он ни попадал, а они все еще случались, решал он вопросы при помощи ума и мудрости, которые частенько просто-напросто ставили его противников в ступор, призывая к беспрекословной капитуляции.

Ежедневность с тех пор стала куда безопаснее, как для Максима, так и для его окружения. А берлинские злоумышленники могли бы позволить себе куда больше, если бы только знали о столь серьезных внутренних изменениях латвийского борца.

Весомый шаг на пути к лучшей жизни был сделан. Мужское слово было озвучено, а оно, учитывая характер Максима, имело первостепенное значение, независимо от обстоятельств. Конечно, мир искушал его еще не раз, загоняя в ситуации, в которых ранее он просто бы раскидал всех оппонентов, коротко и ясно объясняя положение вещей. Однако теперь он не шел на физический контакт, а честно да верно пользовался лишь своим интеллектом.

Успешно пройдя изощренные проверки свыше, Макс с Инной получили награду от Творца, и у них родился первый ребенок, который своим появлением еще больше успокоил пыл своего отца. Мальчишку назвали Артемом, а свет нашего мира тот впервые увидел двадцать шестого августа две тысячи пятнадцатого года.

Воспитывать малыша оказалось непросто, но, несмотря на все тяготы родительского испытания, по истечению пятнадцати месяцев, девятого декабря к наследнику присоединилась сестренка Дария, которая невольно призвала Максима к повышенной ответственности.

Дети сыграли огромную роль на пути трансформации их отца из плохиша в абсолютно новую и уникальную личность. Они позволили взглянуть на отношения со спутницей жизни под совершенно иным углом, пересмотреть личные ценности, вспомнить о целях и мечтах, а самое главное, – осознать, что в настоящем темпе и с актуальными действиями достигать их предстоит бесконечно долго.

Мысли о том, что весь мир лежит у его ног и что он может достичь целиком и полностью всего, о чем только в состоянии подумать, вернулись и стали все чаще навещать его мозг.

Хотелось большего, для себя и семьи. Но для этого нужны были новые действия и выход на качественно новый уровень сознания и бытия. Понимание этого присутствовало, но вредные привычки не давали покоя, привлекая своим слащавым вкусом. Поэтому дискотеки с алкоголем и сигаретами все еще присутствовали в обыденности Максима. Эгрегоры веселья и генного оружия не желали расставаться со своим преданным клиентом, но у Высших сил были на него отдельные, свои помыслы, которые постепенно, но верно, реализовывались, вытягивая ценного человека из тягучего рабства.

Вслед за коренным внутренним изменением, связанным с отношением к физическим расправам, голову Максима стали посещать мысли касательно спиртных напитков.

Ведь каждый божий день после работы, как это заложено в лучших традициях многих строителей, они направлялись в бар или просто в магазин за холодным пивом. И пока добирались до дома, настроение их было заметным образом разбавлено этанолом. Именно это состояние, а точнее, осознание его наличия каждый вечер, теребило душу Максима.

– Моя жизнь год назад и сейчас в мои тридцать, в основе своей – одна и та же, – размышлял он, – в ней практически ничего не поменялось. А у меня же есть мечты и планы, а главное, жгучая уверенность в том, что я всего этого могу достичь! Если мой образ жизни останется неизменным, то и целей я никогда не добьюсь, даже если буду существовать вечно.

Таким логическим путем размышлений было достигнуто однозначное понимание того, что пришло время бросать пить. А так как откладывать задуманное в долгий ящик он не привык, то сразу принялся за реализацию.

Чтобы не создавать значимых турбуленций в своей обыденности, для начала Максим пошел на хитрость. Он все еще составлял компанию своим коллегам по труду, но в отличие от них затаривался безалкогольным пивом, постепенно перебираясь на светлую сторону. А со временем он и вовсе отказался от спиртного, даже с привлекательной надписью «ноль процентов» на этикетке.

Конечно, как при любых изменениях, и в этом случае стали поступать «проверки от мира», в первую очередь, под видом псевдодрузей, которые не желали просто так мириться с потерей собутыльника.

– Ну что, Макс, давай пивка выпьем! – предлагал товарищ. – Со мной то можно. Никто не узнает.

– Ты же знаешь, что я бросил.

– Да знаю, знаю. Но это же я! Со мной-то чуть-чуть можно. Ты что меня не уважаешь?

– Послушай, Ден, – спокойно отвечал на такие заявления Максим. – Вот ты мне друг?

– Естественно, друг!

– Ну вот. А ведешь себя, как черт последний! Ты бы лучше порадовался за кореша, поддержал бы. Я иду от плохой жизни, меняюсь, а ты мне все эти бутылки в руки суешь. Вот кто ты после этого? Не черт ли?

Денис, конечно, обижался на такие слова, да вот только претензии можно было иметь лишь к себе. Ведь Максим все верно истолковывал, от чего еще надежнее закреплялся на своей позиции абстинента, то есть человека, осознанно отказавшегося от употребления хмельных напитков.

Состояние тела и духа стало приобретать новый характер. Постепенно интерес к вечерним, пустым разговорам с коллегами навеселе достиг нуля, а им на смену пришли прогулки по парку в одиночестве. Вот только грустно от этого Максу не было. Напротив, его мозг работал на повышенных оборотах, пытаясь прописать сценарий лучшей жизни. А так как без соответствующего опыта выполнить это практически нереально, заметно продвинуться вперед не получалось. Поэтому он обратился к уже проверенному и самому надежному источнику помощи:

– Всевышний. Я не могу понять, что мне надо. Во мне дремлет огромный потенциал, я это отчетливо чувствую. Но что мне делать? Какие действия предпринять? Я уже отказался и от драк, и от алкоголя. Ты же видишь, я настроен серьезно, я готов. Но где именно то, что мне надо? Прошу, помоги! Наставь меня на истинный путь!

Строгое намерение было запущено во Вселенную, которая принимает любые заявки, а осуществляет их в соответствии с силой и желанием просящего. Пусть Максим на тот момент еще не был знаком с этим законом природы, но это не помешало просьбе стать явью.

Вдобавок, пока воплощалась материализация мыслей, Макса посетило осознание родового характера и масштаба, к которому он отнесся с полной серьезностью и ответственностью.

В его памяти всплыли сведения о том, что, когда его мама Елена родилась, то ее отец не подходил к ней целых две недели, демонстрируя таким образом свое отношение к девочкам в семье. Старовер Иван жестко придерживался мнения, что лишь мальчики способны продлить род, а представительницы женского пола являются лишними. Такая дискриминация в паре с повышенной важностью в этом вопросе привела к ситуации, в которой у троих дядей Макса родились только дочки, а у четвертого – дочка да сын. А чтобы было забавнее, у единственного пацана, Сашки, когда он вырос, на свет явилась тоже девочка, поставив таким образом род Давыдовых в весьма затруднительное положение.

Максим, решив возвысить свою мать в глазах уже ушедшего в мир иной деда Ивана, а семье – добавить шансы на существование, сменил фамилию. И теперь, воссоединившись со своими предками и обретя их силу, был полностью готов к качественно новому жизненному пути.

Время шло, разговоры с Творцом продолжались, но существенно ничего не менялось. Лишь намерение не угасало, а напротив, подбадривало и толкало вперед. И, соответственно, как написано в Библии – «по вере вашей да будет вам», так оно в итоге и произошло.

В один из обычных дней зазвонил телефон. Как заранее предупредил Максима экран, это Эдуард, друг детства, добивался разговора с ним.

– Женюсь! – раздалось из динамика. – Хочу видеть на свадьбе только самых близких мне людей! Приезжай!

Пускай последние года у ребят нечасто получалось общаться, учитывая такие факторы, как разные места жительства и некоторые внутренние ценности, но все же они сохранили обоюдное ощущение статуса лучших друзей.

– Когда? – лишь пал уточняющий вопрос. – Буду обязательно!

Свадьба удалась на славу. Эдуард наконец-таки официально соединился с дамой сердца, с которой был вместе уже долгие годы. А параллельно церемонии союза в двух словах рассказал гостям о своем главном проекте, в связи с которым вскоре должно было состояться огромное мероприятие.

– Подробно объяснять ничего не буду, – пояснил жених, – сами видите, у меня новая машина и дом. Вот билеты, вам отдам по себестоимости, и через месяц встречаемся в Турине.

Максим поначалу отнесся скептически к такого рода затее, однако вспомнив свои молитвы, вдруг осознал:

– Так я же просил, – подумал он, – и вот мне дают. Значит, надо пользоваться, надо делать!

Факторы сошлись. Ни о каких сомнениях не могло быть и речи.

– Конечно! Какие разговоры! Поехали! – согласился борец за свою новую жизнь.

А в итоге, учитывая обстоятельства и восхитительные навыки в продажах у Эдика, все посетители торжественного события дополнительно раскошелились и записали себе в календарь трехдневную поездку в Италию.

Так Максим попал в сетевой маркетинг.

По истечению четырех недель ребята снова встретились. Теперь уже в более солнечной и наполненной экспрессивными жителями стране. Правда, наслаждаться пастой и живописными пейзажами особо возможности не представлялось.

То, что происходило на том бизнес-событии, полностью перевернуло картину мира Макса. Тысячи людей из разных уголков мира собирались три дня подряд под одной крышей и совместно радовались, кричали, слушали, делились своими результатами и медитировали. С одной стороны, если взглянуть поверхностно, можно было воспринять все происходящее как собрание секты, испугаться, придумать себе кучу причин и убежать. С другой же, копнув поглубже и присмотревшись к ключевым факторам, таким, как предлагаемые компанией продукты, результаты участников, масштаб деятельности фирмы и, конечно, авторитет спикеров, можно было собрать для себя огромный перечень бонусов.

Максим, как мы уже убедились, проработал все свои страхи еще в далеком детстве, поэтому, попав в абсолютно новую качественно среду, принялся впитывать в себя все самое полезное.

Данное направление MLM (multi-level marketing) называлось Лайконет, а главным его продуктом являлась услуга по экономии денег, а точнее, возврата небольшой части финансов с покупок в виде кэшбека. Идея отличная, полезная людям, правда, с уж больно сложной внутренней системой. Но какой бы ни была задумка, и какие бы цели ни преследовались ее создателями, главная ценность была в другом.

Основным оратором на встречах многотысячных команд являлся Эрик Уорри, предприниматель и лидер в сетевом маркетинге более двадцати пяти лет. Он профессионально делился своим опытом с участниками событий, которым оставалось лишь быть открытыми и внимательными. А после приобретения бесценных знаний просто следовало приступить к реализации в соответствии с точной инструкцией.

Вдобавок к этой незаурядной личности приглашались также и великие другие. К примеру, бизнес-тренер номер один в мире – Энтони Роббинс, который не просто давал рабочие инструменты для достижения успеха, но еще и работал с куда более значимым элементом – подсознанием, прорабатывая таким образом страхи партнеров компании и формируя их новые жизненные программы.

Помимо образовательной пользы, ценность которой неоспорима, такие масштабные встречи заряжали эмоционально, позволяя заинтересованным лицам трудиться еще несколько дней на повышенных оборотах. А когда энергетический ресурс иссякал, а четкие результаты лишь вырисовывались где-то там, вдалеке, большинство людей сдавались, подобно не успевшему добраться до солнечных лучей ростку зелени, пробивающемуся сквозь землю.

Кто-то объяснял свою неудачу ненадежностью фирмы, кто-то переходил на сторону скептиков, уверенных, что вся эта затея является пирамидой или денежным пузырем, который рано и поздно лопнет, а кто-то находил свои личные причины, чтобы все бросить или отложить на реализацию в будущем.

Рабочий процесс по обсуждению проекта «Лайконет». На фото: Максим (слева) и Эдуард

И это нормально, ведь основа успеха, это не наработанные профессиональные навыки, которые, несомненно, являются важной ее частью, а прежде всего, – личные качества.

Максим, получив заряд дополнительной бодрости и заглотив надежду на светлое будущее, как жизненно важный воздух, вернувшись домой, принял кардинально важное для себя решение, которое являлось максимально рискованным и одновременно эффективным.

– Отныне я буду заниматься сетевым маркетингом, – заявил он Инне.

Семью ожидали перемены, и в финансовом плане, скорее всего, не самые воодушевляющие. Главный добытчик, мало того что вложил немалую сумму в сам проект для самого быстрого старта, так еще и перестал приносить домой ежемесячную, надежную зарплату.

Теперь Максиму предстояло поработать головой. А Эдуард, как ответственный наставник и надежный друг, ему в этом помог. В виде первого шага было обозначено составление базы данных, то есть размещение всех имеющихся контактов в одном, легко доступном месте, с чем новичок справился без особых проблем. А вот со следующим этапом все выглядело гораздо сложнее.

Опыта ни в «холодных», ни в «теплых» звонках у Максима не было, так же, как и в искусстве продаж. Поэтому между друзьями была заключена договоренность, что один раз в месяц Эдик будет прилетать в Берлин и очно помогать ему проводить переговоры с потенциальными клиентами.

Так оно и случилось. Эдуард, вооруженный личным, наработанным опытом и готовыми скриптами для переговоров, прибывал на несколько дней в немецкую столицу и вначале на личном примере показывал, как следует назначать встречи и закрывать сделки, а затем наблюдал и вводил корректировки в труд своего бизнес-партнера.

Огромными плюсами во всей этой затее были присущие Максу смелость и открытость к общению с любыми, даже незнакомыми ему людьми. То есть он был готов продавать идею и призывать к сотрудничеству даже президентов крупных корпораций или даже стран, пусть делая это криво да косо.

Поначалу у Эдика от услышанного вяли уши. Он то и дело рисовал на своем лице недоуменные гримасы или взрывался смехом, когда Максим невразумительными речами пытался привлечь внимание потенциального клиента.

– Порой это звучало, как будто он звал человека «на стрелу», – рассказывал Эдуард, – а личности, которым я проводил презентации, иногда удивляли меня не на шутку.

В Макса списке возможных клиентов или партнеров и вправду оказались весьма контрастные лица, как по внешнему виду, так и по манерам поведения. Там были и простые труженики, чаще всего, из строительной сферы, и признанные системой правосудия преступники, недавно покинувшие тюремные стены, и предприниматели, владеющие, как малыми, так и крупными бизнесами.

Но кто бы ни появлялся на встрече, Эдуард честно растолковывал суть проекта и отвечал на вопросы, которых, в свою очередь, бывало немало, особенно, если речь заходила о реферальной системе, при виде которой даже у профессиональных бухгалтеров и финансистов волосы становились дыбом.

Помимо весьма замысловатой внутренней системы «Лайконет», имелись сложности и иного типа. А именно, их было целых три!

Во-первых, Максим в то время любил разбавить свое настроение дымом знаменитой «травки». То есть зачастую он трудился навеселе.

Во-вторых, он был предельно вспыльчив. То есть мог вспыхнуть эмоционально, даже не дослушав, что ему пытаются донести.

А в-третьих, Макс привык общаться с определенным человеческим контингентом. То есть ни способностями дипломата, ни продавца он на тот момент не обладал.

Однако ни один из перечисленных факторов не остановил его наставника, который честно верил в успех друга.

С первой сложностью, мешающей их обоюдному росту, Эдуард справился довольно легко. Прилетев в Берлин и подписав под Макса его первого партнера, который тут же присоединился к ребятам, он попытался объяснить им все прелести реферальной системы, от чего изрядно накуренных коллег пронзило диким смехом. Приступ веселья продлился несколько минут, а когда все же утих, разозлившийся учитель строго заявил:

– Еще раз придете в таком состоянии на нашу встречу, я больше не прилечу. Какой смысл мне тратить свое время, вкладываться в вас, обучать, если вы будете только хихикать? Возвращайтесь на стройку, живите своей привычной жизнью, а про эту тему забудьте.

Такое обозначение условий сотрудничества безотказно сработало, и Макс стал относиться к происходящему более серьезно.

Со вспыльчивостью дела предстояли не так радостно. Тут недостаточно было воспользоваться уловкой находчивого продавца и решить все одной фразой. Контроль эмоций не поддается сиюсекундному принятию решения и вырабатывается порой годами. Поэтому в данном случае друзья просто раскаляли свои нервы и выплескивали друг на друга все свои чувства. Со стороны порой казалось, что парни вот-вот пустят в ход кулаки, учитывая уровень их пылкости, но сами-то они один другого хорошо знали, поэтому лишь ругались, а затем остывали и продолжали естественное общение.

А со временем, развиваясь духовно, Максим сумел усмирить и свою горячность, но для этого понадобилось получить немалый практический опыт и провести не один внутренний диалог.

На третью же загвоздку, непосредственно влияющую на эффективность привлечения клиентов, Эдуард имел прямое воздействие. Поэтому мало-помалу люди, принимающие звонки от Макса, смогли услышать в трубке не коллектора, жестко настаивающего на встрече с обоюдной выгодой, а приятного человека, предлагающего аппетитную сделку.

В итоге Максим достиг такого уровня мастерства, что звонил просто по объявлениям из газет, устанавливал контакт с чужим человеком и с легкостью приглашал его на презентацию. Эффект, конечно, такие действия имели синусоидально-разный. Кто-то вовсе не приходил, дав обещание, кто-то просто не был готов для такого рода бизнеса, и лишь редкие особи становились частью огромной денежной сети.

В любом случае, какие бы трудности ребята ни проходили, самым забавным в их совместном предпринимательстве Эдуард отметил способ общения именно товарища Макса, который обладал, так сказать, блатной манерой выражения своих мыслей. А если он к своей коммуникации с людьми добавлял еще и дымовой наркотик, то слушать его без как минимум ухмылки не представлялось возможным.

– Привет, братишка, – звучало это примерно так, – хватит вату катать, подтягивайся к нам, вместе «филочек намутим».

И к нему приходили люди, и в его ветку подписывались партнеры, и у него происходил личностный рост. Поэтому, если кто-то утверждает, что сетевой маркетинг не для него, ссылаясь на отсутствие успеха, это может быть связанно с одной из двух основных причин – или был выбран неправильный, несущий сомнительную пользу людям продукт, или отсутствует сильный, очень важный в этом деле, характер.

У Макса же с личными качествами было все в порядке. Он целеустремленно звонил, встречался, презентовал, обучал и организовывал небольшие мероприятия. Вот только достойного заработка так и не увидел.

С целью увеличения эффективности Эдуард стал советовать Максиму книги, с которыми до этого жизненного этапа борец не особо дружил, а вернее, даже не дружил вовсе.

Началось все с «Трансерфинга реальности» Вадима Зеланда, который в своем творческом труде доходчиво доносит до читателя законы нашего мира и поясняет, как ими пользоваться.

Этот момент можно смело назвать вторым переломным после поездки в Турин. Если грандиозное мероприятие в Италии наглядно доказало, что жизнь может быть абсолютно другой, то книги стали менять Максима изнутри, предлагая обратить его внимание на свою душу и ее истинные желания.

Так, дойдя до главы о питании, ученик осознанно отказался от употребления мяса, хотя еще совсем недавно подшучивал над Эдиком в связи с его вегетарианским подходом к пище. Глубокое понимание того, что мясные продукты являются частью плоти живых существ, а самим названием «мясо» изощренные умы планеты назвали трупы, чтобы товар можно было проще продать, в корне поменяло его представление о здоровой еде.

Следом за этим философическим и жизнеполагающим шедевром в арсенал Макса поступили «Семь навыков высокоэффективных людей» Стивена Кови и «Богатый папа, бедный папа» Роберта Кийосаки, которые помогли сперва выявить, а потом и привить в ежедневность самые полезные привычки.

Благодаря полученному личному опыту и прочитанным книгам, а главное, открытости к новым возможностям, Максим сообразил, что путь к успеху начинается с работы с подсознанием. Медитация приобрела для него новый характер: не просто расслабления и дыхания, а прежде всего, четкой мыслительной и ярко эмоциональной установки желаемого результата. Фраза «какой внутри, такой и снаружи» получила статус первостепенной важности. Макс следил за своими мыслями и направлял их в нужное ему русло, ел пророщенную, живую пищу, уделял внимание своему телу, нагружая его физическими упражнениями, исключил из своего лексикона ругательства и строил гармоничные отношения с людьми.

Его личные навыки переговорщика стали быстро развиваться, а вот финансовая сфера все еще испытывала на себе тяготу темных времен. Поэтому в конце концов настал момент, в котором Максим был вынужден взяться за другое, более перспективное дело.

Казалось бы, вложил уйму времени и средств, а на выходе остался нищим. Да, – если смотреть на ситуацию только через призму денег, и нет, – если взглянуть глобально!

Одним из ключевых понятий, которое укоренилось в его сознании, была концепция рычага, то есть идея того, что лучше иметь один процент от стараний ста человек, чем сто процентов от своих. На основе этого он и стал строить дальнейшую деятельность.

В свою очередь, Эдику он остался признателен на всю жизнь, несмотря на то что денег при этом проекте он больше вложил, чем заработал. Накопленная за тридцать с лишним лет мудрость достигла уже той величины, когда Макс отчетливо понимал, что ценность исчисляется не только в финансах, но и в других благах. Так, например, Эдуард сохранил благодарность лучшему другу за поддержку во время учебы в школе, когда тот раскрепостил его с девушками, привел на занятия по борьбе да помог справиться с другими комплексами, непосредственно влияющими на самооценку, а значит, и успех. А в итоге через много лет вернул вложенную в него положительную энергию в виде полезных навыков и знаний.

Около шести месяцев Максим плотно взаимодействовал со своим другом детства, а затем, копаясь в пустых карманах, принял однозначное решение – вернуться в хорошо знакомую ему нишу, – строительство и ремонт.

А предшествовал этой кардинальной смене обстановки еще один намек от мира. Именно звонок от приятеля направил его мысли в иное русло и дал возможность быстро восстановить неблагополучную финансовую ситуацию.

– У меня тут много людей из Чехии, – звучал темпераментный голос из трубки, – а ты стройкой занимался, помнится мне. Ты объект возьми, моих ребят туда поставим и сами на этом подзаработаем.

Думать особо было не о чем. Максим просто набрал пару номеров и на следующий день у него был контракт на отделку нескольких жилых домов. Можно было приступать к делу, да вот незадача, у подкинувшего идею вдруг пропали все обещанные им люди.

Производственных задач была уйма, а из рабочей силы – лишь две руки. Вот они и были пущены в ход! Максим не стал огорчаться или искать работников себе в помощь, а сделал все по старинке.

С раннего утра и до позднего вечера он пропадал на объектах, целенаправленно приближаясь к первоклассному осуществлению поставленной ремонтной задачи. И в конечном счете, по истечении почти шести месяцев заказ был выполнен всего одним человеком, причем с безопасным временным запасом относительно оговоренных сроков.

Деньги опять зашелестели в его кошельке, позволив вернуться к комфортной жизни. Но останавливаться на этом Макс не собирался. Вдохновение от личного махания шпателем поиссякло, особенно учитывая новые знания, настырно циркулирующие в его голове. Поэтому оставалось лишь правильно применить их в близкой сердцу нише, чтобы выйти на качественно новый уровень.

Откуда ни возьмись, как это бывает, когда человек идет своей дорогой, появился новый объект, даже куда серьезнее предыдущего. Знакомый немец строил отели и искал толковых подрядчиков, а так как репутация Макса в качестве профессионала в строительном деле говорила надежнее любых его слов, контракт был с легкостью подписан.

В данном случае, даже если бы наш шустряк сам трудился день и ночь, справиться с возложенным объемом не представлялось возможным. Соответственно, чтобы и берлинские объекты, и доверие к нему только росли, Максим взял себе в партнеры опытного знакомого, с отдельной строительной фирмой. Однако, по подсчетам ребят, даже этих мощностей было мало, поэтому на работу в срочном порядке были приняты двадцать новых сотрудников.

Работа закипела, а двое смельчаков стали ею управлять. А точнее, один из них. Пускай у товарища было больше опыта в руководстве персоналом, но вот в общении он все же допускал некоторые ошибки, да и с ответственностью у него было не все так гладко.

К примеру, одолжив однажды у соседней фирмы бормашину, не просто не вернул ее на следующий день, а даже позабыл, где ее оставил. А когда владелец пожаловал с закономерным вопросом касательно своего имущества, занявший спецоборудование не мог толком связать нескольких слов.

Тут-то и подоспел на помощь уверенный в себе Максим с текстом:

– Добрый день. Мой коллега брал у вас бормашину. Сегодня вернем. Если не найдем, купим вам новую.

Вопрос был решен.

– А что, я должен был так сказать? – с восхищением и одновременно недоумением спросил бизнес-партнер Макса, когда они остались вдвоем.

– Ты же взял. Так ответь, – прозвучал поучающий ответ. – Ты набрал два десятка человек, теперь ты несешь ответственность не только за себя, но и за них.

– Да ладно?! – удивился тот, похоже впервые осознав масштаб их совместной затеи.

– А если меня не будет? Как ты собираешься решать текущие и внезапные вопросы? А их, как ты знаешь, в нашем деле огромное количество.

В общем, после короткой беседы и появления понимания, что полностью полагаться на товарища было бы по меньшей мере неразумно и рискованно, Максиму пришлось тащить практически все операционные вопросы на себе.

А так как опыта в управлении строительными процессами двадцати с лишним человек у него не было, так же, как и четкой, налаженной системы, то задача эта оказалась далеко не из легких.

– Порой я думал, что моя голова взорвется! – вспоминал Максим. – Потому что всеми рабочими процессами я управлял лишь ментально.

В повышенном напряжении находился не только мозг Макса, но и его телефон, который просто разрывался от потока звонков. У кого-то заканчивались стройматериалы, у кого-то потерялись инструменты, а где-то не хватало рабочей силы. И все эти составляющие одного большого дела обрабатывал один биологический компьютер, без каких-либо записей на бумаге или в электронном виде.

– Я сильный, я все смогу! Эта ситуация дана мне не просто так! – подбадривал себя в мыслях Макс, во время коротких пауз.

Так оно и случилось. Объект в итоге был сдан вовремя, опыт получен, а деньги заработаны.

Труд головой, а не руками, как оказалось в данном случае, был связан с повышенным стрессом, однако имел свои неоспоримые перспективы. Следовало отточить некоторые моменты личного поведения, выстроить работающую, как часы, структуру и можно было смело масштабироваться.

Пошли новые заказы, а параллельно им Максим отрабатывал свои навыки коммуникации, выстраивал четкие условия сотрудничества и работал над своими несовершенствами.

В первую очередь, его интересовало спокойствие, то есть контроль эмоций, которые на стройке зачастую бурлили, как кипяток на огне. Макс отчетливо понимал, что вспыльчивость ему только мешает, затем искал способы искоренить эту негативную привычку. В ход была пущена медитация с уклоном на внутренний покой и образовательная литература. И спустя долгие месяцы тренировок он научился отслеживать свои мысли и заблаговременно останавливать внутренний порыв ярости. А достичь этого было не так-то просто, ведь между внешней провокацией и реакцией обычно находилась всего лишь одна секунда, во время которой и следовало осознать происходящее и усмирить свой внезапно растущий пыл.

Постепенно эмоциональное, сопровождаемое криками решение строительных вопросов, сменилось спокойным и одновременно настойчивым пояснением видения шефом сложившейся ситуации.

Например, если рабочие теряли инструмент, то должны были сами скинуться и купить новый. Максим не выяснял обстоятельства, не вникал в детали и никого ни в чем не обвинял. Его интересовала лишь суть, которую он весьма доходчиво доносил.

– Если я каждый раз буду закрывать глаза на вашу оплошность и приобретать новые орудия труда, – пояснял он, – то вы не научитесь брать ответственность за предоставленные вам вещи, а я разорюсь. Поставьте себя на мое место и скажите, только честно, как бы вы поступили?

– Да, мы понимаем, что виноваты, – после некоторых раздумий поступал ответ, – мы все осознали и больше так не будем.

– Конечно, не будете. Потому что у вас два варианта: или самим найти решение, или искать себе другую работу.

Ведь если я вас сейчас не накажу, то ничего не изменится. В ваших головах не сформируются новые нейронные связи, и вы тут же продолжите поступать по старинке.

Возразить было нечего, так как с законами совести и чести не поспоришь. Таким образом, четко и справедливо обозначая условия сотрудничества, Максим свел случаи воровства, халатности и пьянства до минимума. А чтобы такая схема работала, ему достаточно было придерживаться одного базового принципа: отвечать за свои слова. Или, как он сам выражался, – отвечать за свой «базар».

То есть главное, на что, прежде всего, обращал свое внимание владелец фирмы, это – своевременные выплаты зарплат. В результате чего люди хотели у него работать и цеплялись за эту уникальную возможность. Так уж заведено в строительном бизнесе, что деньги не всегда вовремя поступают к их закономерным владельцам. Это касается, как саму компанию, так и, соответственно, ее сотрудников. Поэтому Максим, прекрасно понимая правила игры, всегда оставлял финансовые резервы, чтобы в любом случае иметь возможность расплатиться со своими трудягами.

За это его ценили и порой уходили с прежней работы, и устраивались к Максу, если только предоставлялась такая возможность, потому что знали, что здесь они могут рассчитывать на адекватно высокий и надежный заработок.

А так как его работники всегда были сыты и довольны, следовательно, и объекты сдавались вовремя, и с присущим должным качеством. Поэтому и сами заказчики любили иметь с ним дело, все чаще обращаясь к нему с новыми заявками.

Финансовая пунктуальность, пусть и являлась, несомненно, важнейшим фактором в успешном сотрудничестве сторон, все же не могла в одиночку обеспечить положительный результат. Такие качества, как разборчивость в людях, здоровая коммуникация и умение войти в положение другого человека, – безусловно, сыграли свою значимую роль.

К примеру, Максим мог запросто отказаться от сотрудничества с людьми, которые просто опоздали на встречу. А чтобы не быть уж совсем резким и жестким, он делился своей мудростью, оплачивал пришедшим кофе и откланивался. А звучало это приблизительно так:

– Есть такие понятия, как дух, душа и тело. Троица святая – мать, отец и дитя. И тело – это наше дитя. Оно всегда норовит согрешить. Тянется к сладкому, к запретному плоду или хочет просто дольше поспать. Так вот, мы с вами договорились на встречу рано утром, а вы не соизволили оказаться здесь вовремя. Не побоюсь предположить, что вами еще управляет дитя. То есть вы хотите делать серьезные дела, к которым сами еще не созрели. И, пожалуйста, вы можете их делать, но не со мной.

– Постой, – пытались его остановить повергнутые в недоумение потенциальные партнеры.

– Дальше мы не будем продолжать разговаривать, – тут же отрезал Максим, – мне приятно, что мы познакомились, возьмите себе кофе за мой счет, а дальше, до свидания!

Таким образом, диалог заканчивался, даже не успев начаться.

В других же ситуациях приходилось включать находчивость, которая не могла бы существовать, не научись Максим управлять своим эмоциональным состоянием.

Была у него бригада грузинов, к которым требовался специфический подход. Встретившись на объекте, Макс обозначил объем работы и указал стоимость за один квадратный метр, на что тут же получил букет недовольств и возражений. Вслед услышанному мгновенно пришло осознание, что с этими товарищами предстоит нелегкое сотрудничество, а вдобавок он вдруг понял истинное значение названия.

– Грузины – от слова «груз», – подумал он, – такой тяжелый, тяжелый груз.

Вариантов было немного. Или вести с ними ценовые переговоры, или искать других людей. Правда, Макс был уверен в адекватности величины предлагаемой им суммы, то есть стоимость явно соответствовала рыночной, поэтому осознанно ставить себя в дурацкое положение у него не было ни малейшего желания. А поиск других людей был связан с потерей времени и дополнительными, абсолютно нежелательными, задачами в виде телефонных звонков и встреч. И тут работодателю в голову пришла гениальная идея. Он собственноручно, за пару минут выполнил замеры площади коробки, которая требовала отделки, и заявил конечную сумму за выполнение всего объема работ.

– Ну вот! Другое дело! – прозвучали довольные голоса. – Вот это деловой разговор!

Договоренность была закреплена рукопожатием, и счастливый Макс отправился по другим, не менее важным делам.

В данном случае сердцам исполнителей была близка полная, круглая цифра, а фиксированная за единицу измерения вовсе их не вдохновляла. Конечно, они могли бы и сами посчитать, но для этого нужно бы было сохранять спокойствие и трезвость ума, которые в приведенном примере отсутствовали.

Так, познавая отличия в менталитетах различных национальностей, коих в Берлине было немало, и находя приемлемые обеим сторонам условия сотрудничества, Максим со временем утвердился на уровне предпринимателя со штатом в двадцать человек на постоянной основе. Это количество менялось в зависимости от сезона и, соответственно, от объема заказов, но в целом держалось на таком уровне, который позволял обеспечивать достойную жизнь не только владельцу компании и его семье, но и накапливать капитал.

Таким образом, спустя несколько лет с момента появления желания достичь большего и начала надлежащих действий, вся его деятельность обрела довольно стабильную структуру. Теперь Максим мог позволить себе проводить время с детьми или заниматься саморазвитием, когда душе было угодно, но, чтобы система работала эффективно и безостановочно, он также планировал заранее все трудовые, семейные и личные процессы, эластично подстраиваясь под неизбежные корректировки жизнью.

По утрам будних дней он отвозил детей в школу и садик, затем направлялся в офис или другое комфортное для души место и делал записи прочитанных накануне книг, параллельно отвечая на звонки, от которых, бывало, разрывались его два телефона. За многие вопросы отвечал специально отобранный и обученный персонал, но все же, на сколько бы ни были автоматизированы операционные процессы, они иногда требовали внимания лица, стоящего во главе.

Имелись люди, отвечающие за административные моменты, содержа все документы в порядке, были и прорабы, курирующие рабочие процессы на объектах, и был даже руководитель проектов, который согласовывал планы и руководил всем строительным персоналом. На себе же Максим оставил финансовые вопросы, особенно, связанные с выплатой вознаграждений, контролировать которые он предпочитал лично. И, несмотря на отлаженность всей операционной деятельности, все же телефон владельца бизнеса иногда «становился красным».

Случалось это, правда, с каждым месяцем все реже, учитывая накапливающийся совместный опыт, поэтому Максим все чаще имел возможность заниматься не связанными с основным бизнесом делами.

Финансовые резервы росли, знания накапливались, низко нравственные развлечения исчезали, а жажда жизни, насыщенной интересными приключениями, не утихала. Таким постепенным образом, в итоге настал закономерный момент, благоволящий сделать еще один шаг вверх по ступеням развития.

Пришло время учиться плодотворному управлению накопленными денежными средствами.

Глава одиннадцатая.

Инвестиции

– О чем задумался? – спросили знакомые пацаны.

Максим стоял на улице с закрытыми глазами и наслаждался теплом полуденного солнца.

– Да так, хочу вспомнить свои прошлые жизни, – пал умиротворенный и в то же время шокирующий ответ.

– Ты что, обкурился? Трое суток не спал? – зашумели возбужденные, озадаченные голоса.

Максу такая реакция была уже знакома, так же, как и выражение из библии «Margaritas ante porcos», которое предупреждает, что не стоит говорить о том, что собеседники не могут ни понять, ни оценить должным образом.

– Ладно, пойду я, парни, – ответил лишь Макс, понимая, что объяснять свою задумку этим товарищам бесполезно.

Знаний с каждым днем в голове копилось все больше, поэтому Максим естественным образом начинал ими делиться. Правда, многие слушатели просто-напросто не были готовы их адекватно воспринимать и, слыша то, что ни коим образом не вписывалось в их привычное мировоззрение, лишь отнекивались или ошеломленно пялились на рассказчика баек.

Поменять человека очень сложно, даже практически невозможно, пока он сам того искренне не пожелает. Можно, конечно, сломать его силой, но это дело неблагодарное и неэффективное. Единственный надежный путь ведет через личный пример, присматриваясь которому наблюдатель выбирает, подходит ему такой вариант или нет. А в случае позитивного ответа самому себе, начинает задавать вопросы и действовать в соответствии с полученной информацией.

Максим на берегу Балтийского моря

Макс неоднократно рассказывал приближенным к нему людям, как стать более успешным или как справиться с той или иной проблемой, но как показала практика, достучаться до них было крайне сложно. Даже передавая, казалось бы, элементарные вещи, он зачастую встречался с упертым сопротивлением, не желающим ничего менять, а что уж тут говорить о более тонких, духовных сведениях, которые и вовсе делали Максима в глазах товарищей безумцем.

К примеру, он мог подсказать выбранному человеку, наблюдая его положительные личные качества, как развиваться и зарабатывать больше при меньших усилиях.

– Стоимость квадратного метра на этом объекте такова, – пояснял Макс, – объем, как ты видишь, огромный, самому тебе здесь не справиться. Поэтому возьми еще людей и с них зарабатывай.

– Я сам все сделаю! – загорелись глаза у подрядчика, увидевшего золотую жилу.

– Сам не потянешь. Есть сроки.

– Я миллионером буду! Сам все сделаю!

– Смотри, – Максим вынужден был подключить повышенное терпение и дал человеку еще один шанс, – здесь поставь своих работников, а я тебе еще один заказ подгоню. Если и там людьми обеспечишь, то и еще один тебе дам. В итоге будешь следить за качеством и скоростью реализации и зарабатывать больше, чем если бы один сам трудился в одном месте. Понимаешь?

– Не, не. Я сам все сделаю! – не слыша или не хотя слышать, отбивался получивший уникальный шанс от жизни.

В таких случаях Максим, видя, что образ мышления человека далек от предпринимательского, просто отпускал ситуацию и находил другое, удобное для себя решение, а избранный, заглотив немного свежего воздуха из другой жизненной реальности, возвращался в свой привычный, комфортный мир.

Таким образом Максим вкладывался не только в себя, но и в отношения с людьми, которые со временем автоматически приносили пользу. И тут важно понимать, что это не имело под собой четких и дальновидных расчетов, нет, а шло от сердца и базировалось на твердых и единственно верных принципах совести и чести.

Люди хотели с ним работать не просто потому, что он платил вовремя, а прежде всего, из-за того, что он придерживался договоренностей и всегда действовал по справедливости. Так, когда подходило время зарплат, Максим не просто всегда был доступен, но и еще порой сам звонил сотрудникам, напоминая им, что следует встретиться. А если он замечал ошибку в подсчетах рабочих часов в свою сторону, то не пользовался этой мелкой, краткосрочной прибылью, а исправлял погрешность и рассчитывался в полной мере, что резко увеличивало и доверие, и уважение к нему, а в будущем приносило дополнительный доход.

А некоторым своим сотрудникам он даже выплачивал авансы или одалживал деньги, когда его об этом просили.

Он прекрасно понимал, что у каждого человека есть свои заботы, семьи, желания, а обстоятельства не всегда складываются благоприятным образом, поэтому протягивал руку помощи тем, кто, и по отношению к нему, и к труду, вел себя подобающе.

Конечно, случались ситуации, в которых доброе сердце приводило к потере финансов, но это Максима особо не расстраивало, ведь с его стороны совесть была чиста. А бывали и форс-мажорные обстоятельства, когда взявший в долг внезапно умирал не расплатившись, что приводило к двойной утрате, как денег, так и рабочей силы. Однако и при таком раскладе судьбы Максим не огорчался, так как знал, что сделал доброе дело для ушедшего человека. А поскольку на этом свете природа всегда стремится к равновесию, и если что-то даешь, то получаешь в разы больше, и Максу доставались подарки от мира сего, только не от конкретно должника, а через другие, надежные каналы божьи.

Помимо себя, детей, жены да своего дела Максим уделял также свое внимание сестре, матери и друзьям. Алену поддерживал материально и психологически, когда того требовала ситуация, Елену и отчима Мирзада навещал, а с приятелями созванивался и встречался в свободное время. Не забывал и про своего тренера по борьбе, Юрия Чиликина, к которому наведывался в гости, когда прилетал в Латвию. В то время спортивную школу, к сожалению, уже снесли, преподавателя боевых искусств отправили на пенсию, а на замену пришел его воспитанник, который теперь уже обучал в другом месте.

Время неумолимо летело вперед, а вместе с ним старели и человеческие тела, с дня на день все сложнее перенося тяготы этого физического мира. Так, незаметно подкрался именно тот критический момент, который громко объявил семье Давыдовых об инсульте. Мама Максима в срочном порядке попала в надежные руки немецких врачей, которые сделали все возможное и невозможное, чтобы спасти женщину. Была проведена тончайшая операция на головном мозге, сопровождаемая неумолкаемыми молитвами близких. И мастерское вмешательство в жизнь самого энергозатратного человеческого органа увенчалось успехом.

Елене предоставился счастливый случай продолжить свои земные приключения. А чтобы увеличить шансы на их продолжительность, пришлось серьезно взяться за рассмотрение изменений в жизненных привычках, что она благополучно и сделала.

Прошло еще время, Елена полностью восстановилась и поехала на родину по делам. И именно из Латвии в один из обычных, не предвещающих беду дней Максиму поступил телефонный звонок.

– Мама умерла, – прозвучал холодный голос сестры из трубки.

Внезапный, второй инсульт женщина не смогла перенести, и ее душа отправилась в мир иной.

Максим тут же бросил все дела и полетел на похороны любимой матери, которая в итоге прожила всего шестьдесят лет. Правда, учитывая те обстоятельства, в которых ей пришлось долгое время выживать и растить двоих детей, следует сменить слово «всего» на «аж» и почетно присвоить ей статус героини.

Так Максим лишился матери, благодаря которой когда-то стало возможным его существование. В то же время остались другие, близкие ему родственники, а самое главное, – его дети, продолжающие циркуляцию родовых душ.

Постепенно обыденные дела снова поглотили Максима и заставили думать не о прошлом, а о будущем, а именно, о процветании его семьи.

И если в тот момент посмотреть на финансовую сферу жизни Максима через призму квадранта денежного потока Роберта Кийосаки, то можно смело согласиться с тем фактом, что он уверенно шагнул на правую сторону. То есть этапы работы по найму и бытия самозанятым лицом были пройдены, и теперь он по праву считался бизнесменом и серьезно присматривался к последней сфере, сулящей финансовую независимость и абсолютную свободу.

Настало время денежных инвестиций.

И, конечно же, появился первостепенный в таких ситуациях вопрос – куда вкладываться?

С решением этой непростой задачи помог опять-таки проверенный друг Эдуард, который на своей шкуре тестировал различного рода ниши и имел в этом деле достойный опыт. Само собой, к Максиму поступали предложения также из других источников, но Эдик обладал неоспоримым преимуществом – к нему было выработанное годами доверие. Поэтому любые заманчивые проекты сперва оговаривались с ним.

Одно из первых серьезных вложений было направлено в компанию Х100, которая предлагала стать владельцем действующего бизнеса в международной сети ресторанов. Схема была, по сути своей, простой, гениальной и рабочей. Группа людей руководила всеми процессами управления и масштабирования пиццерий и суши-баров, а своим инвесторам выделяла долю от акций и выплачивала оговоренный процент от прибыли.

Для начала в ход были пущены несколько тысяч евро, так сказать, проверить надежность. Ее компания оправдала, уверенно пройдя этап тестирования и выполнив все свои обязательства. А затем выступила с уникальным предложением.

– Если возьмешь большой пакет, сделаем именно для тебя по супервыгодной цене, – заявил один из директоров, облагородивший онлайн-встречу своим личным присутствием.

– Звучит нормально, – ответил Максим, – можно и двадцать пять вкинуть, если все будет четко, как говорите.

– Да, компания развивается, идет вверх, все будет в порядке, – заверили его.

– Ну тогда давайте, – согласился потенциальный инвестор.

Решение было принято. Осталось лишь подписать бумаги и осуществить перечисление кругленькой суммы. А потом можно было сложить руки и регулярно пожинать плоды.

С контрактом кое-как справились, хотя это было не так уж и просто. Страниц много, юридически умного текста тоже. А все это нужно было растолковать, заполнить да подписать.

Со своего счета Максим решил не перечислять, а попросил посодействовать еще одного надежного друга.

– Слушай, надо в Россию двадцать пять закинуть, поможешь?

– Да, без проблем. У меня там деньги есть. Собираемся квартиру покупать, но еще не определились с конкретной.

Ребята встретились и Макс передал драгоценные бумажки, а вечером они созвонились и снова увиделись.

– Я поговорил со своей, – пояснял друг, – так сложилось, что она уже едет осуществлять сделку по недвижимости. Извини, не смогу тебе помочь в этот раз.

Таким образом, наличные вернулись к своему хозяину, у которого снова встал резкий вопрос о способе перевода.

И спустя некоторое время, был найден местный товарищ, которого устраивал вариант с обменом электронных денег на реальные купюры. Да вот незадача, когда он приехал в банкомат для осуществления транзакции, техника отказалась выполнять данное ей поручение. Ему на помощь Максом был вызван еще один коллега, якобы лучше разбирающийся в такого типа делах. Однако по прибытию на место реализации замысловатой операции, и он после нескольких попыток сдался.

– Все делаем правильно, – пояснял он Максиму по телефону, – не проходит платеж, да и все. Извини.

– Да что же это такое? – естественным образом задался вопросом начинающий инвестор. – Похоже это – знак…

И следом он решил поделиться своими размышлениями с главным зачинщиком всего этого мероприятия.

– Да какой тебе знак? – отреагировал Эдуард. – Перестань. Давай быстрее переводи. Ян уже звонил, интересовался, почему нет поступления. Цеплялся за твое слово. Ты же обещал, а сам не сделал.

– Где он?! – тут же возмутился Макс. – Где этот умник обитает? Я сейчас сам поговорю с этим фраером.

– Не надо, не надо, – принялся успокаивать его Эдик.

– А что он там раздает? Сколько он сам туда вложил? Хочет просто на мне заработать через реферальную систему!

– Слушай, не суетись, такое бывает. Попробуй сделать перечисление другим способом, – Эдуард перевел внимание на основную проблему.

– Ладно, дай мне подумать.

Пораскинув мозгами, Макс нащупал еще вариант. И теперь в помощники был выбран друг Вадим из Латвии, который охотно согласился поддержать его и попросил прислать договор. А ознакомившись, отзвонился:

– Короче, дело такое, – объяснял Вадик, – на любой другой счет для тебя готовы хоть сегодня закинуть бабки, но не на этот.

– А что с этим не так? – удивился Максим.

– Мы его проверили. Он открыт в Дубае, а владельцем его является человек из Украины, а точнее, из Донбасса. Ситуация там сейчас накаленная, сам знаешь. Есть опасения, что нас могут обвинить в спонсировании военных действий.

– Да сколько ж можно?! – прозвучала закономерная мысль в голове у Макса.

Следующий шаг на пути к участию в привлекательном проекте снова подвис в воздухе. Сомнения в правильности выбора усилились, а значит, нужно было их нейтрализовать.

Эдик продолжал настаивать на своем мнении, не веря ни в никакие знаки свыше, а Максим тем временем обратился к знакомому астрологу, который не раз уже помогал ему в нелегких ситуациях.

– Да, компания нормальная, можешь вкладываться, только небольшими суммами, помаленьку, – услышал он анализ, солидного, явно понимающего, что он делает, специалиста.

Максим на фоне озера в Карпатах

– А что значит небольшими? – подумал Максим уже после встречи с предсказателем. – Для кого-то тысяча евро – большая сумма, а для кого-то – миллион.

В общем успокоить сознание в итоге удалось, да вот только надежные способы передачи денег иссякли. А пока созревали новые, разыгралась настоящая война.

Февраль две тысячи двадцать второго года расставил все точки над и. Стабильность проекта Х100 серьезно пошатнулась, а регулярные, ежедневные выплаты прекратились. Основные поля развития сети ресторанов находились на территории России и Украины, поэтому вооруженные действия сурово повлияли на их процветание. Многие люди сбежали из проекта, а самые стойкие продолжили искать выходы даже из такого удручающего положения. Правда к моменту написания этой книги, так и не было ясности по поводу дальнейшего развития, в целом-то, очень даже перспективной предпринимательской деятельности.

– Вот видишь, как хорошо, что я не перевел тогда деньги, – от части всерьез, от части в шутку кинул Эдику Макс.

– Так кто ж знал, что такое начнется? – ответил друг, понимая, что оба они уже с большой вероятностью потеряли свои вложения, а могли потерять еще больше.

Любой проект подвержен риску. Какой бы шикарной не была бы идея, какими бы опытными не были ее исполнители, существуют факторы, которые невозможно предвидеть, и которые могут, как возвысить бизнес, так и в миг его утопить.

Случился форс-мажор, от которого кошельки друзей существенно не пострадали. Вложенные деньги были не последними, да и как заработать еще понимание было. Зато на основе произошедшего Максимом был сделан однозначный вывод – доверять как минимум этому астрологу более не стоит.

Параллельно этому проекту, друзья затеяли еще один, в котором в отличии от Х100 сами контролировали каждый этап реализации.

Когда людям объявили о появлении смертоносного вируса COVID-19 и ввели жесткие ограничения человеческим возможностям, это сильно повлияло, прежде всего, на жизнеспособность малых и средних бизнесов. А так как предпринимательская деятельность Эдуарда в большой степени зависела от выставок, на которых происходила торговля его продукцией, то и его финансовый поток значительно сузился. Соответственно, он стал искать дополнительные источники заработка.

На глаза ему попались несколько гектаров земли, выставленные на продажу неподалеку от его места жительства. У него на тот момент денег для покупки не было, зато он обладал мастерскими навыками продавца, а значит, умел договариваться о взаимовыгодных сделках практически с каждым.

Идея заключалась в том, чтобы приобрести подешевле обширную территорию, затем ее разделить на куски, которые впоследствии продать по отдельности под постройку домов.

Своими мыслями Эдуард поделился с Максимом, у которого предпринимательские дела в эти сомнительные времена шли гораздо лучше. Строительные процессы у него не останавливались, несмотря на необходимость в прививках и лицевых масках, поэтому его капитал продолжал испытывать рост, просто с сопутствующими дополнительными трудностями.

Максу свежая идея пришлась по душе, и он с легкостью подтвердил свое финансовое участие.

Пока Эдик договаривался о покупке, друзья оговаривали условия совместного сотрудничества. А после того, как зачинщику проекта удалось сбить покупочную цену на семь тысяч евро, ребята остановились на том, что Макс выступит только в качестве инвестора, а Эдуард будет реализовывать задуманное, за что ему будет полагаться десять процентов от оборотной суммы.

– Сколько дашь, столько и будет хорошо, – обозначил свою позицию к заработку Эдуард.

Учитывая тот факт, что особого опыта в купле/продаже недвижимых участков ни у кого из них не было, а маклеры за свои услуги обычно брали от трех до пяти процентов, то ребята остановились именно на десятине для исполнителя операционных задач, а большую часть заработка Макс приписал себе, так как основной риск лежал именно на нем.

Сделка состоялась, и земля сменила законного владельца. Следующим этапом была дележка, которая с учетом всех бюрократических моментов заняла почти год. Зато терпение друзей вскоре принесло уже первые плоды. Эдуард выставил объявления в общественный доступ и занялся тем, что умел лучше всего на свете. Очень быстро первый земельный кусок был продан, а у предпринимателей появилось уверенность в прибыльности их задумки.

Спустя несколько месяцев все площади, кроме одной, были распроданы, а ребята зафиксировали свой успех в бумажном эквиваленте. На последний же кусок земли Макс попросил значительно повысить цену, чтобы либо увеличить заработок, либо в итоге оставить участок себе, что тоже его устраивало. Как вариант, он думал построить там дом с баней и время от времени приезжать туда отдыхать с семьей.

Таким образом, максимально прозрачный и поддающийся контролю проект увенчался успехом, принося его участникам достойную прибыль.

Финансовые запасы росли, поэтому рисковать можно было чаще и более нагло, за что и принялся Максим.

Весной две тысячи двадцать второго года по Европе прокатилась волна довольно изощренной, жульнической схемы. Правила были простыми: купив один из нескольких предлагаемых пакетов, новоиспеченному партнеру фирмы предоставлялась возможность ставить лайки указанным видео, находящимся в общем доступе. Пиарилась тема так, что мировые звезды и большие компании желали продвигать свою известность и готовы были платить за активность в их социальных сетях. То есть, чем больше людей смотрело их ролики, чем большему количеству они нравились и чем больше к ним было комментариев, тем лучше!

Выглядело это уж больно красиво, учитывая, что при входе с максимально допустимой суммой в три тысячи долларов, можно было ежедневно просмотреть и полюбить шестьдесят видео на ютубе, фейсбуке или тиктоке, а за каждый свой клик заработать чуть больше двух долларов, которые в сумме приносили почти сто сорок денежных единиц прибыли. Все перечисления происходили через криптосеть, а допустимую валюту правильнее бы было назвать USDT, которая являлась крипто-фиатной и была привязана к стоимости американского доллара. Во всяком случае, на момент написания этой книги, это все еще оставалось так.

Максим, будучи азартным человеком, чтобы не мелочиться, а уж если играть, то с ощутимой для себя отдачей, открыл сразу три аккаунта, благодаря чему получил дополнительную выгоду по реферальной системе, без наличия которой, конечно же, этот проект не имел права на существование. А познакомился он с этой схемой под названием NetComWorld опять-таки через своего лучшего друга Эдуарда, который лично уже нащелкал себе на телефоне солидное состояние.

Вложенных девять тысяч начали приносить быстрые дивиденды, которые составили чуть больше четырехсот ежедневных долларов. А свои честно заработанные пальцами рук электронные деньги можно было выводить на личный кошелек хоть каждый день, что придавало кампании сомнительного, но хоть какого-то доверия, которое резко закончилось в один прекрасный миг.

Вначале была введена более высокая комиссия на вывод средств, затем людям был подкинут пряник в виде дополнительного процентного заработка, в случае продолжительного хранения своих активов в системном кошельке компании, а в конечном счете все попытки снятия своих ресурсов были заблокированы. Как только транзакции оказались замороженными, мистические представители масштабного, международного проекта объяснили это вынужденной, временной мерой, связанной с появлением повышенного количества нереальных пользователей, то есть так называемых ботов, которые выполняли работу некачественно и тем самым портили репутацию фирмы. Для выявления этих компьютерных программ и подтверждения личности сотрудников, было предложено в обязательном порядке выполнить перевод небольшой суммы, которая после проверки была бы возвращена владельцу. Естественно, многие люди, учитывая величину изначально вложенных собственных денег и пропорционально маленькую контрольную сумму, дающую лучик надежды, делали переводы, а затеявшие эту гениальную процедуру наживы, прежде чем исчезнуть, еще дополнительно хорошенько подзаработали.

Многие попались на эту удочку искушения. Некоторые брали кредиты, некоторые одалживали у знакомых, ослепленные простотой и быстротой заработка, а некоторые просто рисковали, даже отдавая себе отчет в нелепости выручки высотой в два с лишнем долларов за какой-то там лайк.

К сожалению, Максим подошел к этой затее без четкого расчета необходимых для успеха действий. Он вообще не выводил никакую прибыль, чтобы излишне не тратить время, а в конце насладиться приходом одноразовой, кругленькой суммы. Эдуард же был более осторожен и кое-что даже заработал, но так как ранее опыта участия в подобного рода пирамидах не было, то все же не добрал того, чего мог.

Опять была пройдена жесткая финансовая школа, которая послужила Максиму ценными выводами. Участвовать в таких схемах можно было, если, конечно, не мешал тот факт, что реальная прибыль шла с других людей, подключившихся чуть позже. Однако важно было придерживаться трех непоколебимых правил:

1) Заходить в проект только на его старте;

2) Соблюдать хладнокровие и не докидывать денег;

3) Ежедневно выводить прибыль, особенно, при появлении соответствующих знаков о вероятном скором финале.

Правда, в любом случае, каких бы железных принципов ни придерживаться, такие мероприятия были связаны с повышенным риском. И теперь Максиму было понятно: чтобы его снизить, важно было распознать здоровую систему. То есть следовало изначально выяснить для себя, насколько живым является предлагаемый продукт или услуга и, соответственно, какую пользу несет человечеству. Затем познакомиться с командой, которая стоит во главе всей этой грандиозной затеи, и уж чтобы совсем быть во всеоружии, изучить рынки, на которые распространяется данная и конкурентная продукция.

Учитывая эти факторы, следующую подготовку к денежному вложению Максим начал с личной встречи.

При очередном посещении Даугавпилса он увиделся со своим знакомым, с которым когда-то вместе ходил на борьбу. Товарищ не раз хвалился, что занимается инвестициями и готов поделиться информацией касательно его проектов. Так оно и случилось. Рассказав в нескольких словах об одной из рабочих, несущих золотые яйца схем, он повез Максима знакомиться с человеком, стоящим у ее истоков.

– В эти санкционные времена, – пояснял, на первый взгляд, солидный дядька, – мы перевозим металл из России в Европу своими каналами. В принципе, никого к себе в команду не берем, но раз уж за тебя просят, я готов рассмотреть тебя как вариант.

Теперь, когда Максим познакомился с ответственным лицом лично и услышал в подробностях сценарий действий, был практически сразу готов войти в долю, но, на всякий случай, решил еще задать вопрос астрологу.

– Тема верная! Повезут товар в контейнерах по морю! То, что надо! Смело заходи в проект! – прозвучал разгоряченный анализ звездочета.

Доверять, само собой, таким предсказаниям на все сто процентов не стоило, учитывая последний, горький опыт, однако такие слова прибавляли уверенности. Поэтому, еще раз хорошенько все взвесив, Максим собрал пакет с деньгами и договорился на повторную встречу.

– Примерно через три недели прокрутим одну ходку, – объяснял человек, держащий в руках плотный пакет с бумажками, тогда выйдем на связь и передадим тебе твою долю.

Договоренность была заключена. Оставалось лишь ждать и в перспективе регулярно забирать плоды. Однако ни по истечению установленного срока, ни даже через три месяца обещанный заработок не был получен.

– Где мои деньги? – Максим систематически интересовался по телефону.

– Возникли определенные трудности, – то и дело слышал он в ответ, – придется еще немного подождать.

Так, вначале неделями, а затем и месяцами испытывалось его терпение, пока он не прилетел в Латвию, чтобы лично решить вопрос.

Такая уж завелась традиция, что, когда он появлялся на родине, его встречал Эдуард и развозил по нужным ему местам. Однако в этом конкретном случае так сложились обстоятельства, что привычный четырехколесный транспорт находился в ремонте, и перед ребятами встала дилемма: ехать во второй по величине город Латвии на поезде или же арендовать машину.

Более комфортный вариант с легкостью победил в соревнованиях, и друзья рванули двести сорок километров на восток на новеньком Порше. Деньги были, Макс спокойно мог себе позволить такую роскошь, да и на встречу лучше бы было явиться с шикарной визитной карточкой. Во всяком случае, так тогда оно казалось.

Солидный дядька на стрелке появился вовремя. Правда, на этот раз с ним пожаловал еще один товарищ, как выяснилось в ходе беседы, – местный авторитет. Макс тоже прихватил с собой друга, однако, скорее, просто для компании, а не для более убедительных переговоров, как это вышло в случае его оппонента.

– Ваша доля в этом деле невелика, по сравнению с нашей, – стали разъяснять серьезные господа. – Так получилось, что человек, которому мы выслали деньги в Россию, пропал. Братву на его поиски мы уже отправили, так что нужно лишь ждать. Не волнуйтесь, мы заинтересованы не меньше вашего. Рано или поздно его точно найдем.

Звучало, конечно, сказочно, но убедительно. И для начала Максим решил поверить, а тем временем навести свои справки. Он сделал несколько звонков, пока они с Эдиком решали другие дела в окрестностях Даугавпилса, а перед отъездом запросил еще одну встречу.

– Я поговорил со своими, – теперь уже Макс пояснял ситуацию, смотря соперникам в глаза, – они любого в Рашке найдут. Давайте имя.

– Слушай, мы же договорились. Зачем этот переполох? Вдруг наши с вашими там встретятся, начнется нездоровый замес. Кому это надо? Мы сами порешаем. Дайте нам месяц.

Определенная логика в сказанном была, поэтому Макс принял предложение и снова окунулся в ожидания. Правда, для надежности все же решил подготовиться, на тот случай, если вдруг выяснилось бы, что его все-таки разводят.

– Ты почему меня сразу не спросил? – огорчился один из друзей Максима, у которых он расспрашивал про солидного дядьку, чтобы сложить для себя более целостную картину. – Нашел с кем связываться. Это раньше у него все было хорошо. Своя фирма, грузоперевозки, а потом у него что-то пошло не так, и он все свои машины распродал, кредитов в банках набрал, у знакомых денег позанимал, в общем, в долгах как в шелках.

Новость была не из лучших и предвещала беду. Вдруг стало предельно ясно, что сидеть сложа руки и надеяться на благополучный исход ситуации по меньшей мере глупо. Поэтому прозвучало еще несколько звонков, теперь уже людям, живущим по иным понятиям и готовым за дело любого закопать в землю.

– Макс, ты только скажи, хоть в России, хоть в Латвии, да хоть где, нам без разницы, мы найдем, да голову отвернем, – было объявлено на полном серьезе.

С этими ребятами Максим был знаком лично и отчетливо понимал, что они слов на ветер не бросают, и уж если возьмутся за дело, то доведут его до конца или цели, или своего.

Другой же источник посоветовал обратиться к рижской братве, которая могла бы все порешать более цивилизованным методом. Вложенное вернуть, а нахалов наказать.

В общем, варианты имелись. Теперь достаточно было сделать выбор и дать команду «фас»! Однако Максим не спешил, он понимал, что опрометчивость в этом деле ни к чему, и если поспешить, то все может стать только хуже. Он давал мужчине из Даугавпилса шанс одуматься, но тот, со своей стороны, расценил ситуацию иначе и в итоге просто «пропал с радаров», перестав отвечать, как на телефонные звонки, так и на текстовые сообщения.

Что ж, ничего иного не оставалось, как только приступить к плану Б. Жестких разборок Максиму не хотелось, он уже давно вырос из того состояния, когда любые вопросы решал силой. Поэтому, предварительно договорившись, он полетел в Ригу, знакомиться с потенциальными «регулировщиками» бессовестного поведения.

– Мы можем взять тебя в нашу группу, – пояснял новый знакомый, – взнос – пятерка. Тогда ты будешь одним из нас, и мы будем за тебя впрягаться.

Изначально Максу думалось рассчитаться процентом от возвращенной суммы, так бы он себя чувствовал максимально надежно, однако вероятный исполнитель обозначил иные условия, и его можно было понять, учитывая затраты на реализацию и риски.

Конечно, вкладывать еще несколько тысяч опять-таки под честное слово крайне не хотелось, но выхода особо не было. Поэтому Максим для начала закинул две тысячи, а когда ему сообщили, что с обидчиками уже поговорили, и дело подошло к следующему этапу, добавил еще три.

В скором времени братва назначила своему заказчику встречу, чтобы обсудить дальнейшие действия, и указала на обязательное присутствие Эдуарда. Максим был в Берлине, а Эдик, по-дружески помогая, направился в указанное место и время, где по видеосвязи к разговору присоединился и Максим.

– Значит, расклад такой, – поясняли ребятам двое авторитетов, – этот фраер из Даугавпилса, хоть и однозначно вас кинул, так как сам нам в этом признался, тоже не дурак. Теперь его крышует другая, рижская, группировка. Мы с ними потолковали, и все готовы встретиться. Последнее слово за вами. Главное условие таково, что присутствовать должны все, кто был задействован с самого начала.

– Сколько есть времени подумать? – спросил Макс.

– Пять минут для принятия решения.

Максим отключился и все три сотни секунд интенсивно сопоставлял все за и против. Он прекрасно знал, что Эдуард категорически отказался присутствовать на такого рода стреле, о чем открыто заявил на текущей встрече. Его можно было понять, ведь опыта общения в таких кругах у него не было, и рисковать собственной шкурой ради денег друга не особо-то имело смысл. Максим же, привыкший доводить любое дело до конца, был полон задора и решимости, однако какой бы ни была вложенной сумма, хоть бы даже в несколько раз больше, она не могла сравниться по своей ценности с дружбой.

– Я готов, – заявил Макс, вернувшись на связь, – назначайте на любое время, я буду. Но мой друг тут не при чем. Его я не только не могу заставить, но и не имею права.

– Ты что, черт какой-то?! – два грозных взгляда направили на Эдуарда. – Твой друг попал в беду. А ты заднюю даешь?

– Я-то там зачем? – возмутился Эдик. – Я всего лишь пару раз передавал деньги, а при первой встрече и вовсе отсутствовал.

– Сказано, что все должны присутствовать, значит все, – не отступала братва, – или так или никак.

– Значит, никак, – вскоре принял тяжелое решение Максим. – Дружба важнее.

На этом процесс приостановился, встреча была закончена, и все вернулись к своим привычным делам.

Максим сожалел, что так получилось, но поступить по-другому ему не позволяла совесть. Ведь он бы мог все же назначить стрелку и приехать без Эдика, а на месте сказать, что друг соскочил, и настаивать на решении вопроса в таком составе. Но таким образом он бы его подставил, и последствия для него могли бы быть не самыми приятными.

Эдуард же, со своей стороны, тоже прав, если смотреть на это недоброе событие с привычной его уму, предпринимательской точки зрения. Договоренность была между солидным дядькой и Максимом, риски заранее не оговаривались, а была обещана надежная прибыль, поэтому, прежде всего, сторона, принявшая инвестиции, нарушила данное слово. А кто косвенно присутствовал при последующих этапах, не имеет значения.

Однако у бандитского мира свои законы, на основе которых разруливаются сомнительные моменты. И у них тоже имеется своя правда. Мнение каждого замешанного лица берется во внимание, и только тогда создается полное понимание происходящего.

Кто знает, что бы ждало друзей, если бы они приехали на стрелку. Возможно, им удалось бы вернуть вложенные деньги, причем с процентами, а возможно, исход мог бы направиться в печальную для них сторону, к тому же не только финансовую, но и жизненную.

– Все, что не случается, все – к лучшему, – подбадривал Эдуард Максима, одновременно будучи благодарен ему за такое непростое, но более безопасное решение.

Макс, с одной стороны, был согласен с другом, но с другой, – испытывал грызущее чувство досады, что изначально взял Эдуарда с собой. Ведь если бы он все делал сам, то смог бы дойти до конца. Правда, опять-таки, с другой стороны, возможно именно присутствие надежного товарища уберегло его от беды.

Помимо огорчения в связи с незаконченным делом, внутри у Максима присутствовало, конечно же, недовольство из-за утраты денег. Сумма для него была не особо значимой, всего-то каких-то несколько десятков тысяч, но все же теребила душу. К тому же время от времени ему звонили его знакомые братки, те, что пожестче, и напоминали о своей готовности решить вопрос.

– Ты только скажи, кто он, – убеждали его, – мы найдем, и он отдаст. Поверь, и не такие отдавали.

А Максим не спешил. Он размышлял, как поступить честно и справедливо. Ведь ему был уже знаком закон кармы, и он отчетливо понимал, что все деяния возвращаются обратно. И если ли бы он отправил пацанов, которые причинили бы боль, как это отразилось бы на нем?

– Ну сметут его с лица земли, – задумывался Максим, – ну верну я свои деньги. А смысл? Я развиваюсь духовно. Что будет со мной от такого поступка? Скорее, это был бы шаг вниз, к деградации… а не правильный, божественный ход.

Еще несколько лет назад, Макс не задумываясь, сам бы нашел солидного дядьку и убедительно бы с ним потолковал. Но теперь, осознавая больше, ощущая этот мир по-другому, он не спешил и задавался лишь одним вопросом: как поступить правильно?

И ответ пришел. От Бога, но через его знакомых, серьезных предпринимателей.

– Отпусти ситуацию, – делился личным опытом Вадим, – поверь, так будет лучше для тебя. Пока ты думаешь о ней, ты растрачиваешь свою энергию впустую. Я сотни тысяч терял и ничего, все в порядке. Живой и довольный жизнью, как видишь. Лучше направь свое внимание на актуальные дела, иди дальше, развивайся, а про те деньги забудь.

– Если это серьезные люди, то они тебе отдадут, – пояснял другой товарищ, – а если нет, то это просто гопники какие-то. Да и нашел ты из-за чего переживать. Это ведь не миллионы какие-нибудь…

Послушав знакомых и глубоко осознав тот факт, что обманувшие его – еще совсем дети и просто не ведают, что творят, Максим честно принял ситуацию как есть и обрел внутреннее смирение, тем самым вернув злоумышленникам их карму и предоставив их личной судьбе.

– Да что с них возьмешь? – Макс подытожил случившееся в своей голове. – Ими проделанное к ним же и вернется с удвоенной силой. И будут лишь удивляться они: «За что же мне это»?

Каким бы ни был опыт, с позитивным или негативным результатом, ценность его прежде всего в его наличии. Любая практика и выводы, из нее вытянутые, ведет к развитию личности. Важно лишь правильно и без избыточной значимости к ней относиться.

Максим своим примером прекрасно показывал эффективный путь роста личности. Он быстро учился на собственных ошибках, он слышал окружающий его мир и продолжал движение вперед во что бы то ни стало.

Со временем предложения для финансовых вложений стали сами находить его, но теперь уже они подвергались детальному анализу с каждой доступной стороны.

К примеру, была возможность запустить в Берлине собственный, круглосуточный магазин с алкоголем, который однозначно приносил бы ощутимый, ежемесячный доход. Однако Максим уверенно отказался от такой затеи, понимая, что тем самым был бы причастен к травле людей спиртными напитками, и это имело бы свои последствия на его тонком плане.

Более серьезно он также рассматривал инвестиции в открытие ресторана, которым управлял бы знающий свое дело человек. Но мысль о том, что он был бы связан с убийством животных и продажей людям мяса, не давала ему покоя. Да и хочешь не хочешь, это была абсолютно неизвестная для него ниша, которая в любом случае требовала бы от него внимания.

Денежные запасы росли, и Максим продолжал их вкладывать, отдавая предпочтение подсказкам Эдуарда и других своих друзей. Это были проекты, которые, прежде всего, особо не занимали его времени и, конечно же, приносили свои проценты. Он складывал небольшое количество яиц в разные корзины, так сказать, а в соответствии с отдачей принимал решения, как поступать дальше, докинуть, вытащить или смириться с очередным провалом.

Именно такая тактика позволила излишне не рисковать и одновременно увеличить шансы на дополнительный доход, не зависящий от основной деятельности Максима.

Глава двенадцатая.

Мировоззрение

Основными жизненными принципами Максима являлись совесть и честь, которыми он руководствовался в любых ситуациях. Пусть в детстве, когда он еще не имел никакого представления о законах мира сего, или же в зрелом возрасте, когда он на личном опыте уже ощутил многие невзгоды и горечи. Неважно, что происходило, какими бы жесткими ни были обстоятельства и каким бы тяжелым не было решение, все равно главным индикатором правильных действий оставался компас души.

Уверенность в том, что мы можем все, присутствовала в нем, как только появилась первая осознанность. И именно с этой мыслью он целенаправленно двигался вперед, упорно достигая все новых высот.

Отсутствие среднего и высшего образования, которые принято воспринимать в современном обществе как серьезные показатели статуса личности, никак не помешало Максиму жить желаемой жизнью. А все потому, что нынешняя образовательная система не готовит детей к самостоятельному существованию, а напротив, затрудняет его, закладывая в головы подрастающих людей мешающие гармоничному развитию программы. Самое ценное, что выносят из школ и университетов их воспитанники, это связи, то есть отношения с одноклассниками, сокурсниками и преподавателями. Особенно ярко это проявляется в высших учебных заведениях, где большинство учащихся уже знают, чего хотят.

Максим же обладал уникальными качествами, позволяющими ему добиваться всего, на что он был нацелен. Он проработал все свои страхи еще в юношестве, он не слушал присущий каждому человеку назойливый голос эго, и он уверенно проходил в любые двери, возникающие на его пути.

– Какая разница, с кем разговаривать? – делился своим взглядом Максим. – Пусть напротив меня будет хоть сам президент страны, он же тоже человек, такой же, как и мы все. И даже если я бы ему сказал то, что его бы задело, то ведь всегда можно извиниться, а затем уточнить, как правильно следовало бы мне себя вести.

Такой подход позволил Максу обзавестись множеством знакомств, которые постепенно приносили свои плоды, делая его благополучным человеком. Именно они являлись первостепенной причиной его результативности, а не знания, которые составляют лишь маленькую, десятую часть успеха.

Не менее важным фактором также считается мышление, которое в связке с окружением человека и собранной в его голове информацией на целых сорок процентов влияет на его жизнь.

Поэтому Максим уделил львиную долю своего внимания корректировке своих мыслей. Долгое время он отслеживал привычные ему процессы в мозге, занимаясь тщательной селекцией нужного и ненужного. Он устранял негативные реакции, заменяя их противоположными. То есть в любой ситуации находил позитивное и фокусировался на нем. И таким образом, он в итоге создал такой тип личности, которая была в состоянии спокойно относиться к любым происходящим событиям, с выдержкой разрешать вопросы и преодолевать трудности, а также и непринужденно пользоваться уважением соприкасающихся с ним людей.

Благодаря своевременным наводкам от Эдуарда, а впоследствии прочитанной литературе и практике в реальном мире, Максим ощутил силу мысли и стал ее применять себе и окружению во благо. Он быстро убедился, что все, что происходит у него в голове, рано или поздно материализуется во внешнем мире, следовательно, лучше контролировать первоначальный, безболезненный процесс, чем потом расхлебывать самим же сотворенное.

Осознанная практика привела к тому, что он перестал удивляться ситуациям, когда находящийся рядом с ним человек вдруг начинал говорить о том, о чем Макс только что подумал, или когда ему звонила та персона, о которой он недавно вспоминал, или когда освобождалось место именно для него на переполненной машинами парковке.

А закрепило его уверенность в закономерном осуществлении мыслей воспоминание из детства, когда он зарекся никогда не ехать в Германию, узнав, что именно немцы во время Второй мировой войны повесили его прадеда в их родовом поместье.

– Я тогда несколько раз вслух заявил, что в эту страну – ни ногой, – вспоминал Максим, – а когда в свои двадцать два года прилетел в Берлин, сам себя упрекнул: «Меньше базарь»! Ведь о чем мы думаем, а уж тем более, о чем говорим, то и получаем.

Неважно, в какой форме человек о чем-то размышляет, а важно то, что он фокусирует на этом свое внимание, а если к тому же он добавляет яркие эмоции, то эффект усиливается, и созданное в голове стремится непременно сбыться.

Как только Макс стал истинным «владельцем» своей жизни, отодвинув в сторону, как вредные привычки, так и отрицательные мысли и эмоции, она вознаградила его своей простотой и расширила свои горизонты. Правда, насколько бы он духовно не эволюционировал, всегда находилось то, что можно и нужно было в себе прорабатывать, чем он усердно и занимался, как только ему удавалось это выявить. То есть никогда не наставал такой момент, когда он мог искренне сказать, что все, теперь он идеален и расти больше некуда. Нет, такого не бывает. То, что порой кажется потолком, через мгновение может оказать лишь полом.

Чем больше Максим читал и познавал этот мир, тем больше он убеждался в том, что существует огромное количество незаметных для человеческого глаза сущностей, которые питаются людской энергией. И чтобы обрести гармонию с миром и выйти на уровень человека воистину разумного, следует однозначно от них очиститься. И именно тогда не мозг будет править человеком, а дух поведет его по пути праведному.

В принципе, инструкция простая – не вредить себе, роду, народу да матушке-Земле, и откроются сверхспособности, непривычные современному человеку. Вот только чтобы так жить, следует многое понять, чему абсолютно не учат в общепринятых учебных заведениях. Поэтому важно читать, задавать вопросы и лично тестировать этот мир.

Еще один, несомненно, важный параметр, влияющий на результативность личности, который Максиму удалось выявить, – это наличие состояния «здесь и сейчас». То есть нахождение в моменте, а не в переживаниях из-за прошлого или в предвкушении будущего. Именно фокус на настоящем, и в идеале на чем-то одном, повышает эффективность в разы. Поэтому и этому состоянию Максим уделил достойное внимание при работе со своими мыслями, что, несомненно, повлияло самым что ни на есть положительным образом на его продуктивность.

Из дополнительных практик он применял на себе, как дыхательные и медитативные, так и отдавался глубоким аффирмациям, таким образом вплотную работая со своим подсознанием. Самое подходящее время для такого рода занятий относилось к просоночному состоянию, поэтому он применял их или перед сном, или сразу после пробуждения. Кстати, максимально полезную привычку вставать в районе пяти часов утра, приносящую однозначную пользу, а порой и творящую чудеса, Максим тоже ввел в свою ежедневность.

Итак, обратившись за помощью к Богу и получив ответы в виде знаков и необычных событий, а также через книги и лекции, Максим принялся применять все новшества на практике, что на выходе привело его к достижению серьезных целей и более выдающимся результатам.

А на вопрос «какие основные факторы повлияли на твоей успех?» Максим ответил однозначно:

– Отказ от вредных привычек и целенаправленное размышление о том, чего я по-настоящему хочу. Я часами сфокусированно представлял и визуализировал свои желания, а чтобы их достичь, я не просто действовал, но и развивался духовно!

…

Изучая наш мир под каждым доступным углом и стремясь к духовному росту, Максим, конечно же, не оставил без внимания религию. Постигая различные ее направления, он пришел к однозначному выводу, что это лишь бизнес-проекты, которые по сути своей не имеют, практически, ничего общего с Богом. Его стали умилять люди, которые ходили в храм замаливать свои грехи, а в обыденной жизни совершали поступки, далекие от совестливости.

– Творец всегда тебя слышит, – пояснял Макс, – ты всегда и везде можешь с ним пообщаться. И для этого не нужны ни посредники, ни специально отведенные места.

В этом он был абсолютно уверен, потому что его личный опыт был надежным тому свидетелем. А еще он точно знал, что все происходящее в жизни человека является его же результатом, и если уж кого-то винить, то только самого себя, а не обстоятельства или же причастных к ним лиц.

Исследуя различные религиозные направления, Максим в итоге наткнулся на самое близкое его сердцу и разуму толкование происхождения мира и причин текущей несуразицы на свете.

Славяно-арийские веды говорили о создании нашей планеты тремя кругами Богов, каждый из которых вложил свою энергию и сотворил на Земле конкретные атрибуты природы, выполняющие свою, определенную функцию.

В редких сохранившихся в наши дни писаниях говорилось также о могуществе предыдущих цивилизаций, о том, как они жили в гармонии с окружающей средой, славили Богов и перемещались между различными Мирами. Однако настали темные времена, когда все это было разрушено, Земля захвачена паразитирующей нацией, а ее жители погружены в неосознанное рабство.

Так как главный Вселенский закон запрещает навязывать свою волю, захватчики поступили заранее отработанным и очень хитрым способом. Они просто создали множество искушений, выбирая которые люди самостоятельно и добровольно стали отдавать свою энергию, сами того не подозревая. Продолжительность жизни одной особи сократилась от благостной бесконечности до, в среднем, шестидесяти лет, – идеального срока для откачки человеческого главного ресурса, не позволяющего воплотившейся сущности эффективно развиваться.

Для плодотворного контроля населения был применен простой и четко работающий принцип «разделяй и властвуй», на основе которого Землю разделили на двести с лишнем стран, в каждой из которых поставили своего управляющего. Жителям же стали присваивать документ, трансформирующий их из живых людей в физические лица, а назвали его вполне незамысловато «паспортом». Если приглядеться, то с легкостью можно заметить, что это слово состоит из двух частей, напрямую указывающих на разрешение прохождения через «порт». То есть из людей красиво сделали товар, которым вполне легально стали торговать.

Кстати, Максим даже добрался до информации, свидетельствующей о том, что если ранее за каждого человека полагалось определенное количество золота на основе веса тела, то в современном мире продаются просто персональные коды через банковские электронные переводы. То есть, по сути, каждая личность принадлежит определенному клану, главенствующему над той или иной территорией.

Важно отметить, что спокойный, счастливый человек не имеет нужной ценности в современном обществе. Подпитка энергией здесь осуществляется через негативные эмоции, поэтому целенаправленно создаются благоприятные для такого состояния условия. Начиная с самого простого – физической войны, через генное оружие в виде алкоголя, табака и наркотиков, до искушающих финансов и удручающей религии, и истории. А самым сильным фактором воздействия на массы является мировоззрение, которое преднамеренно перекручивается и подается под благостным соусом лжи. Стравливаются между собой четыре живущих на Земле расы из-за абсурдного различия в цвете кожи, пропагандируется далекая от природных законов, нетрадиционная сексуальная ориентация, принуждается обязательное девятилетнее образование, уничтожающее важнейшие для развития человека годы, навязываются законы физики, не выдерживающие никакой критики и не поддающиеся логическому объяснению.

А ведь раньше все жили дружно, принимали и уважали друг друга. Путешествуя по миру, не останавливались на вымышленных границах и не объяснялись системным контролерам. Ведь любой человек имеет, как и все остальные, независимо от должностного или общественного статуса, право на полностью свободное пребывание на созданной Творцом, или Творцами, Земле. Так же, как и доступные ресурсы все общие, и торговать ими, по совестной сути, никто не имеет права.

В равной степени, как и межличностные отношения, кардинально отличалось и образование, которое не засоряло мозг, а напротив, заставляло ученика вспомнить свой, приобретенный в прошлых жизнях опыт и настроиться на голос истинного «я» – на голос души, чтобы более эффективно продолжить страннический путь.

А наука не ограничивала человека, тыча в невозможность идей, и не защищала тупиковые суждения, а гармонично шагала вперед, создавая грандиозные технологии и позволяя каждому наслаждаться чудесами миров, коих существует бесконечное количество.

Фактически, если по-честному взглянуть на последние сорок лет, то становится ясно, что из новшеств в общем доступе оказались лишь телефон, компьютер и интернет, благодаря которым максимально продуктивно можно влиять на сознание человека и провоцировать столь необходимые отрицательные чувства, которыми питаются актуальные правленцы. Именно поэтому по телевизору транслируются, прежде всего, негативные события, которые проникают в подсознание смотрящего и вызывают подавленное, раздраженное или агрессивное состояние, которое зараженная личность далее излучает в свое окружение.

Чем больше Максим углублялся в альтернативные знания, тем отчетливее осознавал, как устроен этот мир. У него появилась уверенность, что Матушка Земля является живым организмом, о котором следует заботиться и который крайне важно любить. Ведь именно эта Мать дает нам все, что мы имеем. Она нас кормит, одевает, предоставляет кров и балует. Поэтому каждый ее житель обязан ее беречь и жить не просто сегодняшним днем, а также обеспечить достойные условия для развития следующим поколениям.

– Какой смысл накапливать материальное? – делился своими мыслями Максим. – На тот свет ведь его не заберешь. Куда ценнее подумать о своих детях и вложиться в процветание природы!

Конечно, чтобы созрело такое мышление, прежде всего, нужно было отказаться от многих искушений, а затем открыться миру и допустить мысль, что жизнь может быть другой и что многое из до сих пор ему известного может оказаться обманом.

Но что ценнее, все свои дни довольствоваться лишь ошметками благости, подбрасываемыми нам, как скоту, системой, или же раскрыть свой потенциал и стать человеком, полностью свободным и счастливым?

Каждый выбирает сам, – жить в забвении или, воспользовавшись силой своего духа, стать источником чистой любви и творцом благих дел на Земле.

Максим выбрал второй путь, несмотря на все тяготы и испытания в течение первых тридцати лет жизни. Он осознанно отказался от прошлых привычек и стал применять на личной практике новые знания.

Одно из важнейших составляющих жизни каждого человека, которое занимает аж треть его существования, тоже приобрело для Макса новое значение. В соответствии с информацией из Вед, он стал спать теменем на восток и обязательно закрывать гениталии одеждой. Ранее он предпочитал отдыхать ночью голышом, однако, когда осознал, что таким образом он предоставлял возможность темным силам свободно проникать в его тело и влиять на качество снов, то перестал так поступать. Также он понял сакральную силу пупка, который раньше всегда прикрывали пряжкой на ремне. То есть штаны мужчины носили значительно выше не потому, что такова была мода, а по более существенным и тонким причинам. Ведь именно через это место мать кормит младенца, придавая ему жизненных сил, ведь именно в этом месте находится оранжевая чакра, отвечающая за желания и удовольствия, и именно поэтому это место следует беречь.

Углубившись в темы об одежде, домах и питании, Максим пришел к печальным выводам, что и здесь нас обманывают.

– Все одеяния должны шиться под определенного человека с учетом его личных, телесных мерок, – пояснял Максим, – а обувь ни в коем случае не может быть на резиновой подошве. Поскольку резина обрубает связь с Землей. Энергия должна свободно протекать вдоль человеческого позвоночника в двух направлениях, из Космоса к планете и наоборот.

В прошлом использовались природные меры исчисления, такие, как аршин, верста, сажень, локоть. Причем величина некоторых из них могла отличаться, так же, как и люди отличаются друг от друга. Поэтому дом каждый хозяин строил под себя, в соответствии с пропорциями его тела. Таким образом, жилье и его владелец становились одним целым, позволяя тем самым свободно циркулировать энергии. В таком строении человек гармонично восстанавливал свои силы и мог результативно трудиться продолжительное время. А с появлением многоэтажек или, как их еще называют «муравейников», люди стали больше болеть, хуже себя чувствовать, и срок их жизни значительно уменьшился.

С едой, как выяснилось, все выглядело гораздо мрачнее. Людям целенаправленно привили привычку питаться термически обработанной пищей, то есть перед тем, как положить ее в рот, сварить да пожарить, когда, в соответствии с природой, следует употреблять «живую еду», что, если призадуматься, абсолютно логично. Ни одно живое существо на земле, кроме человека, перед употреблением пищи, не кладет ее на огонь. И только «высоко цивилизованные» хомо сапиенс отошли от естественных продуктов питания, таких, как овощи, фрукты, зелень, орехи и пророщенные злаки, во благо вкусовому наслаждению и культурным традициям. Именно эта причина стала одной из важнейших в появлении огромного количества разных заболеваний, особенно, на протяжении последних нескольких десятилетий.

И не мудрено, ибо такой образ жизни человека более чем устраивает правителей мира сего. Исказив знания касательно причин всех недугов, они смогли запустить отдельную, сверхмощную модель, дополнительно сокращающую жизни людей и приносящую колоссальный доход. Фармакология стала одним из передовых бизнесов, построенном на обмане. Конечно, имеются и плюсы от ее существования, однако они никчемно малы, по сравнению с вредом.

Взять, к примеру, простуду. Пьет заболевший лекарства или же нет, продолжительности это не меняет. В любом случае сопли и кашель досаждают человеку примерно семь дней. В то время как, если очистить организм и питаться лишь «живыми» продуктами, то никакие хвори попросту не могут появиться. А дело все в наличии правильной микрофлоры в кишечнике. То есть, если присутствуют микробы, находящиеся в симбиозе со своим хозяином, то никакие вирусы и бактерии не в состоянии повлиять на его самочувствие.

Наряду с пищей физические тела стали загрязнять и другими изощренными способами. Начиная с воды, из которой состоит около семидесяти процентов человеческого организма, а значит, это ключевой строительный материал; через воздух, в котором распыляют различного рода химикаты; заканчивая зубной пастой, которая никак не спасает от кариеса. Напротив, в ней содержится фтор, лишь несколько граммов которого убивают лошадь наповал. Чтобы устранить возможные сомнения, опять-таки можно обратиться к миру животных, где никто не чистит зубы и уж тем более не ходит к дантистам, а во рту у них царит полный порядок.

Максим в Германии в 2023 году

Собирая знания, тестируя их на себе и перенимая опыт людей со схожим восприятием вещей, Максим в итоге пришел даже к такому пониманию, что можно вообще ничего не есть и при этом вести активный образ жизни. То есть трудиться, творить, веселиться и оставаться полным энергии. Однако это – уровень глубоко просветленных и умиротворенных личностей, которых пока что не так уж и много на этой планете.

Учитывая накопленную кладезь информации и наличие качественно нового восприятия окружающего мира, Максим расширил свое сознание и нашел способ помочь Матушке Земле и, соответственно, ее жителям. Теперь, как и прежде, продолжая поддерживать отдельных, нуждающихся людей, он обозначил себе четкую и более масштабную цель по посадке большого количества деревьев. Причем не просто хаотичного лесного массива, а, базируясь на древних знаниях, священной рощи, в которой все стволы расположены в правильной, сакральной форме.

Такие сады и леса ранее были хорошо известны людям, которые чтили и славили истинных своих Богов. Затем после Октябрьской революции в тысяча девятьсот семнадцатом году преднамеренно был введен грабительский налог на каждое фруктовое дерево, имеющееся в хозяйстве. А за неуплату ссылали в Сибирь. Таким простым, но коварным образом людей вынудили срубать несущие жизнь деревья, что, несомненно, повлияло, как на общий климат планеты, так и на состояние каждого ее жителя.

Священные рощи – это не просто могучие и завораживающие сады, а это – целая философия и уникальное верование, основанные на порядке, нравственности и любви.

Поэтому в наши дни особенно важно их восстанавливать, чтобы со временем возродить мощь былой природы, а вместе с ней и силу истинного, живого человека!

Темным временам приходит конец. Свет да любовь все ярче проявляются в этом мире, усмиряя ненасытное эго и запуская новый, божественный лад. А Максим, как неотъемлемая частица этой светлой силы, является убедительным примером свободной, творящей благо души.

Table of Contents

Владимир Осипов Максим Давыдов. По совести и чести

Часть первая. Молодость

Глава первая. Детство, или выживание

Глава вторая. Юный защитник

Глава третья. Начало учебы

Глава четвертая. Краслава

Глава пятая. Без тормозов

Часть вторая. Посадят или убьют

Глава шестая. В поисках лучшей жизни

Глава седьмая. Жизнь сладка

Глава восьмая. На Берлин

Глава девятая. Знаки от жизни

Часть третья. Новая жизнь

Глава десятая. Трансформация

Глава одиннадцатая. Инвестиции

Глава двенадцатая. Мировоззрение